Чтение онлайн

— Моя судьба — не быть частью какого-то коллективного кошмара! — прошипела я, уворачиваясь от его хватки и нанося удар «Отзвуком» по его ноге. Клинок впился глубже, и существо вскрикнуло — на этот раз физически, и в его крике было что-то жалобное, почти детское.

Из-за спины до меня донесся рев Дориана. Наконец-то. Он ворвался в ущелье, как разъяренный бык, его алые клинки оставляли в воздухе огненные следы. Он обрушился на ближайшего иномирца, отбросив его ударом щита и вонзив свой меч в стык доспехов.

— Араш! Держись! — крикнул он, но его взгляд был прикован к моему противнику. И в его глазах читался не просто боевой азарт, а нечто более темное. Отвращение? Страх?

Амон, тем временем, вел свою собственную войну. Он не вступал в прямое столкновение, а манипулировал полем боя. Камни под ногами иномирцев внезапно превращались в зыбучий песок, сковывая их. Ветер поднимал вихри пыли, скрывая наши движения. Его магия была точечной, почти хирургической, и смертельно эффективной.

Мой «брат», видя, что его спутники терпят поражение, пришел в ярость. Его глаза вспыхнули ярче, и он испустил ментальный визг, направленный исключительно на меня. Боль, знакомая и оттого не менее ужасная, пронзила мой разум. Я споткнулась, и он воспользовался этим, схватив меня за горло своей костлявой лапой.

«Кончено... сестра...»

Его пальцы сдавили горло, перекрывая воздух. Я билась, пытаясь освободиться, но его хватка была стальной. В глазах начало темнеть.

И тут произошло нечто странное. Моя метка на боку, до этого просто горевшая, вдруг вспыхнула ослепительным серебристым светом. Волна энергии, теплой и чужой, вырвалась из меня и ударила прямо в грудь существа, в его собственный шрам-цветок.

Он взревел от боли и отшатнулся, выпустив меня. Его шрам тоже светился, но его свет был болезненным, прерывистым. Он смотрел на свою грудь, а потом на меня, и в его глазах читался уже не голод, а ужас.

«Ты... несовершенна... испорчена... чужой силой...»— его ментальный голос дрожал.«Они... испортили тебя...»

Он отступил на шаг, затем на другой. Его спутники, видя это, тоже начали отход, отстреливаясь лучами, чтобы прикрыть его.

— Не уйдешь! — зарычал Дориан, пытаясь броситься в погоню, но Амон остановил его жестом.

— Довольно, — сказал Амон. Его лицо было бледным, но глаза горели триумфом. — Мы получили то, что хотели. Данные. Образцы энергии. И... весьма ценную информацию. — Его взгляд упал на меня.

Я стояла, тяжело дыша, потирая синяки на шее. Серебристый свет моей метки медленно угасал, оставляя после себя странную теплоту и ощущение... пустоты.

— Что... что это было? — прошептала я, глядя на Амона.

— Это, дорогая Араш, — произнес он, подходя ко мне, — было первое подтверждение того, что вы не просто легат. И даже не просто представитель другой расы. Вы — нечто большее. И эта «порча», как назвал это ваш... брат, — он кивнул в сторону, где скрылось существо, — возможно, единственное, что отделяет вас от них. И делает вас нашим союзником.

Дориан подошел ко мне. Он смотрел на меня с новым, сложным выражением — остатками ярости, недоумением и... жалостью? Мне стало противно.

— Ты... в порядке? — спросил он, его голос был необычно тихим.

— О, просто прекрасно, — я горько усмехнулась, отряхивая пыль с плаща. — Узнала, что мой брат — монстр, который хочет меня поглотить, чтобы «стать целым». Просто прекрасный день для воссоединения семьи. Не находишь?

Я отвернулась от них обоих и посмотрела вглубь ущелья, туда, где скрылось существо. Оно называло меня сестрой. Оно говорило об отце. Оно сказало, что я «испорчена».

У меня не было ответов. Были только вопросы. И растущая уверенность в том, что сокровища в пустыне Генэ — это не просто богатство. Это часть головоломки. Часть моей головоломки.

Игра была далеко не окончена. Она только начиналась. И моя роль в ней оказалась куда сложнее, чем я могла представить. Я была не просто пешкой или королевой. Я была самой доской, на которой велась эта игра.

Тишина, наступившая после боя, была тяжелее любого грохота. Она была густой, звонкой, наполненной невысказанными вопросами. Мы стояли среди обугленных пятен на песке и оплавленных камней — свидетельств технологии иномирцев. Воздух пахлом озоном, пылью и чем-то еще, сладковатым и болезненным — эхом ментального визга моего «брата».

Амон первым нарушил молчание. Он подошел к тому месту, где упало существо, и поднял с земли несколько осколков его хитинового панциря, черных, с фиолетовым отливом.

— Фасцинирующе, — пробормотал он, рассматривая их на свет. — Структура небиологическая, но и не технологическая в привычном смысле. Это нечто среднее. Органический сплав.

— Поздравляю с новым экспонатом для твоей коллекции, — хрипло сказала я, все еще потирая шею. На горле проступали красные следы от костлявых пальцев. — Надеюсь, он стоит того.

— О, поверьте, стоит, — он убрал осколки в складки плаща. — Этот «экспонат», как вы выражаетесь, только что предоставил нам больше информации, чем месяцы шпионажа. Он подтвердил, что вы — гибрид. Или, точнее, носитель чужеродной генетики, интегрированной в ДНК легата.

Дориан, до этого молча наблюдавший, резко выдохнул.

— Что это значит, Амон? Говори прямо.

— Это значит, брат, — Амон повернулся к нему, и в его глазах плясали холодные огоньки, — что наша подопечная — это не просто сирота, найденная в песках. Она — продукт целенаправленного скрещивания. Или... эксперимента. И иномирцы, или те, кто за ними стоит, считают ее своей собственностью. Законченной или... испорченной, как выразился тот гибрид.

Слова «эксперимент» и «испорченная» повисли в воздухе, словно ядовитый туман. Меня стошнило. Не физически, а глубоко внутри. Я всегда чувствовала себя чужой, но чтобы настолько...

— Прекрасно, — прошептала я, глядя на свои руки. Руки, которые могли убить точечным ударом, могли варить зелья и владеть клинками с искусством Мастера. Руки, которые, оказывается, могли быть... ошибкой. — Значит, я просто неудавшийся проект.

— Неудавшийся? — Амон подошел ко мне, его взгляд был пристальным, изучающим. — Напротив. Тот факт, что они хотят вас «вернуть», говорит о том, что вы представляете ценность. А ваша способность... отталкивать их, та самая «порча»... это и есть ваш настоящий козырь. То, что делает вас уникальной. И опасной для них.

Его слова должны были утешить. Но они лишь подчеркивали мою уязвимость. Я была ценна лишь как аномалия, как отклонение от чьего-то грандиозного плана.

Араш...— в моем сознании прозвучал голос Моргуса, наполненный беспокойством.Ты... пахнешь болью. Я рядом.

Теплая волна благодарности подкатила к горлу. По крайней мере, один человек в этом мире... одно существо... принимало меня такой, какая я есть. Не как экспонат или оружие, а как Араш.