Чтение онлайн

И он был там. В центре каменного островка, стоя спиной к нам. Высокий, широкоплечий, в доспехах из темного металла и мехов. Его светлые волосы были заплетены в косы, а руки... его руки двигались, и потоки лавы послушно вздымались, образуя на мгновение фигуру гигантского волка, который затем с шипением рассыпался обратно в озеро.

Он не подавлял стихию. Он... дирижировал ею.

Он закончил и медленно повернулся. Его лицо было молодым, но глаза... глаза были старыми, цвета полярного льда. И на его обнаженной руке горели узоры. Не алые, не фиолетовые. Золотые. Теплые, как само пламя.

Он смотрел на меня без удивления. Словно ждал.

— Я чувствовал, как твоя сила резонирует с горой, — сказал он. Его голос был низким и глухим, словно подземный толчок. — Ты пришла. Проснувшаяся. Я Рорк, «Хранитель Огня».

Я стояла, не в силах вымолвить ни слова, глядя на Хранителя Огня. На того, кто, возможно, был единственным человеком во всем мире, кто мог понять, кто я такая на самом деле.

«Хранитель Огня». Слова повисли в раскаленном воздухе пещеры, густые и значимые, как расплавленный металл. Рорк стоял неподвижно, его золотые узоры мерцали в такт пульсации аметистов, а ледяные глаза изучали меня с безмятежным, почти отстраненным любопытством. Он не выглядел враждебным. Он выглядел... на своем месте. Как гора, как озеро лавы. Часть пейзажа.

Он не пахнет угрозой,— мысль Моргуса была на удивление спокойной.Он пахнет... камнем и молнией. Как буря.

Я сделала шаг вперед, все еще ощущая жар, исходящий от пола.

— Ты сказал «проснувшийся». Что это значит?

— Это значит, что ты перестала быть тем, кем тебя сделали, и начала становиться тем, кем должна быть, — ответил он. Его голос по-прежнему напоминал далекий обвал. — Храм дает форму. Дисциплину. Но нашу истинную суть они выковывать не в силах. Они могут лишь заточить клинок, но не создать сталь. Наша сталь... — он широким жестом обвел пещеру, — рождена здесь. В сердце мира.

Он подошел к самому краю лавового озера. Багровый свет лился на его лицо, подчеркивая резкие, словно высеченные из гранита, черты.

— Я родился в Нордхейме. В племени, что живет у подножия дышащих гор. Моя сила проявилась, когда я был ребенком. Я мог успокоить разгневанный геотермальный источник. Угасить пожар, прикоснувшись к пламени. Сначала боялись. Потом... пришли легаты. Увидели мои узоры. Забрали. — В его голосе не было ни злобы, ни сожаления. Лишь констатация. — Они думали, я просто сильный пиромант. Обучили контролировать огонь. Подавлять его. Но здесь... — он коснулся груди, там, где должно было быть сердце, — я научился его слушать. И он научился слушать меня.

Он повернулся ко мне.

— А ты? Твоя песнь... она не о разрушении. Она о росте. О связи. Я чувствовал, как она резонирует с самой жизнью, когда ты приближалась. Ты говоришь с миром на языке, который он понимает без слов.

Его слова находили во мне глубочайший отклик. Это было именно то, чему учила меня Верда, то, что я начинала чувствовать. Но сформулировано с пугающей точностью.

— Меня нашли в пустыне, — сказала я. — Я думала, я просто... ошибка. Мутант.

Рорк покачал головой.

— Нет ошибок. Есть лишь разные пути пробуждения. Пустыня... она жестока, но чиста. В ней нет ничего, что могло бы заглушить зов твоей крови. Она выжгла все лишнее, оставив лишь суть. — Он пристально посмотрел на меня. — Они ищут тебя. Те, кто пришел извне.

Это было не вопросом. Я кивнула, чувствуя, как сжимается желудок.

— Они нашли и меня, — сказал Рорк. — Месяц назад. Отряд их гибридов и двое в белых костюмах. Они хотели... «образец». Говорили, что я — аномалия. Искаженный продукт этого мира, впустившего в себя чужеродную энергию.

— Что ты сделал? — спросила я, уже зная ответ.

Он посмотрел на озеро лавы. Небольшой пузырь поднялся на поверхность и лопнул, выбросив сноп искр.

— Я показал им, на что способен «искаженный продукт». Лава — не просто огонь. Это кровь земли. Она не прощает вторжения.

От его слов повеяло леденящим спокойствием. Он не хвастался. Он просто сообщал факт.

— Они вернутся, — тихо сказала я. — И за тобой, и за мной. С большими силами.

— Пусть возвращаются, — пожал плечами Рорк. — Готова к ним. А ты... нет. Твоя сила еще не окрепла. Ты умеешь слушать, но не умеешь командовать. Ты можешь просить мир о помощи, но не можешь заставить его подчиниться.

— А ты можешь? — не удержалась я.

Впервые на его лице появилось нечто похожее на улыбку. Скудную, как солнечный луч на леднике.

— Огонь не подчиняется. С ним можно лишь договориться о сотрудничестве. Но да. Я могу убедить его быть... более убедительным.

Он вытянул руку, и струя лавы поднялась из озера, зависла в воздухе в виде идеальной сферы и начала медленно вращаться. Затем он разжал пальцы, и сфера, не падая, распалась на десяток меньших шаров, которые выстроились в сложную, движущуюся фигуру.

— Ты хочешь сказать, мне нужно научиться... убеждать сильнее? — уточнила я, глядя на этот огненный танец.

— Нет, — он опустил руку, и шары с шипением вернулись в озеро. — Тебе нужно понять, что твоя сила — не в грубой силе. Ты никогда не сможешь сравниться с пиромантом в разрушении или с геомантом в твердости. Твоя сила — в гибкости. В способности находить общий язык со всем, что живо. А живо... все. Даже камень. Даже звезды. Ты должна стать мостом. Тем, кто может говорить и с огнем, и с водой, и с ветром. Только тогда ты станешь неуязвимой. Потому что чтобы уничтожить тебя, им придется уничтожить весь мир вокруг. А это... не так-то просто.

Его слова заставили меня по-новому взглянуть на все, чему я училась. Это был не просто навык. Это была философия. Стратегия.

— Останься, — сказал Рорк. — На несколько дней. Я не могу научить тебя твоей силе. Но я могу показать тебе, как говорить с моей. Если ты сможешь найти общий язык с огнем, то с остальным ты справишься.

Предложение было более чем заманчивым. Это был уникальный шанс.

Я посмотрела на Моргуса. Он с интересом наблюдал за лавой.

Горячо. Но... интересно. Можно остаться.

Я кивнула Рорку.

— Я остаюсь.

Он коротко кивнул в ответ, и его золотые узоры вспыхнули чуть ярче.

— Хорошо. Начнем с малого. — Он указал на небольшой, тлеющий кусок шлака на краю островка. — Попробуй поприветствовать его. Не как госпожа. Как... соседка. Узнай, о чем он мечтает.

Я подошла к шлаку. Он был безобразным, пористым и издавал едкий запах серы. Какие уж тут мечты.

Но я закрыла глаза и попробовала. Я послала ему не приказ, а вопрос. Простой, как тот, что я задала репе. «Кто ты?»