Чтение онлайн

Легкая пробежка сделала путь до храма быстрым и приятным. Погода с каждым днем портилась все сильнее, и внутренний жар от “Пилигрима” уже не справлялся с этим, так что тепло от физических нагрузок было нелишним.

Почти не вспотев, но разогревшись, я добежал до развилки и увидел этих гавриков. Как и мы с Лизой когда-то, Барон с друзьями тщетно пытались выйти. Я еще сверху увидел, что они атаковали магический круг, как мотыльки – фонарь. Сам Барон сейчас как раз сидел на дороге и мрачно смотрел, как один из его подчиненных пытается преодолеть невидимую линию.

– Эй, неудачники! – сказал я. Довольно громко сказал, потому что “линия отупения” была широкой, и нас с Бароном разделяло с десяток метров. – Выйти хотите?

Вместо ответа я услышал лишь ругань. Барон материл меня последними словами – старался изо всех сил.

– Фу, как некрасиво, – сказал я и повернулся к псу, как это обычно делала Лиза. – Форрест, ты это слышишь?

Пес фыркнул, разумеется, ничего не ответив.

– Этот плебей, похоже, знает только три грязных слова и повторяет их, повторяет и повторяет, – пояснил я. – Теперь я начинаю уважать Лизино умение ругаться: вот, вроде, она тоже матерится, а как-то совсем по-другому. Искусно, что ли.

– Выпусти нас, ублюдок! – наконец, перешел на чуть более цензурные слова Барон.

Он поднялся на ноги и сделал пару шагов, но не решился подойти ближе: судя по истоптанной траве, они уже определили “зону отупения” и пока не придумали ни одного способа ее преодолеть.

– Не могу, – честно сказал я. – Но Лиза может. И если вы поможете мне, я замолвлю за вас словечко перед ней.

Лгал ли я? Нет, нисколько. Просто не уточнил, что если они не пойдут на сотрудничество, мы с Лизой их все равно рано или поздно выпустим – не такие уж мы злыдни, в отличие от этой кучки идиотов.

– Чего ты хочешь? – с неохотой спросил Барон: похоже, он уже осознал, в какую задницу угодил.

– Мне нужна информация, – сказал я. – Точнее, контакты человека, которому вы сдаете краденое.

– Ты че, дурак? – поднял одну бровь Барон.

– Нет, я законопослушный, – сухо ответил я. – Поэтому обычно не общаюсь со всякой швалью вроде вас.

– А если законопослушный, то нафига тебе скупщик? – логично уточнил Барон.

– Хочу продать редкий предмет, – не стал скрывать я. – И нет, не краденный. Но мне нужен покупатель, который разбирается в дорогих редкостях.

Барон прищурился и замолчал. Он думал так долго, что его подпевала, который недавно штурмовал “зону отупения”, как раз успел очухаться, увидел меня и тоже начал материться и сыпать угрозами.

– Тише ты, болван! – Барон хлопнул его рукой по носу, и придурок резко заткнулся. После чего главарь банды обратился уже ко мне:

– Нам нужны гарантии, – сказал он.

– Гарантии? – не понял я. – Какие тебе еще гарантии? Не нравится – сиди тут до бесконечности, вот и все.

Последнюю фразу я сказал, вспомнив, как Муратов заставил нас подписать трудовые договора – ультимативно, ничего в них не меняя. Мол, или мои условия, или до свидания. И я взял этот метод на вооружение. С благородными людьми так лучше не обращаться – у них есть связи и сила. А вот с быдлом вроде Барона – легко.

– Я не об этом, – сказал Барон. – Когда я открою тебе имя скупщика, ты можешь психануть и сказать, что я тебя надул.

– Что? – нахмурился я, будучи не в силах понять, о чем он.

Барон на миг закатил глаза.

– Короче, просто пообещай поговорить со своей телкой, чтобы она нас отпустила, – смирился он. – И я тебе назову имя самого надежного скупщика в городе.

– Ну, обещаю, – пожал я плечами. А в следующее мгновение понял, почему Барон опасался, что я психану:

– Палыч, – сказал он. – Наш Палыч – самый надежный скупщик в городе. Выше него только Три Петра. Но они с кем попало дел не имеют. Палыч у них типа посредника: фильтрует покупателей и оценивает товар.

Барон договорил и уставился на меня в напряженном ожидании. Я же мысленно хлопнул себя по лбу: так вот, чем занимается Палыч в своей кладовке со всякими мутными типами! А я почему-то думал, что он кто-то вроде связного между теми бандитами, которые не хотят “светиться”.

– Хорошо, – сказал я Барону. – Спасибо, я замолвлю за вас словечко перед Лизой.

– И че, не будешь даже возмущаться? Ну, что я тебе назвал того, кого ты и так знаешь, – пояснил он.

– Ну, я догадывался, что он занимается темными делишками, – пожал плечами я. – Но не знал, какими именно. Пойду, навещу его.

Я развернулся и кивнул Форресту, что нам пора.

– А что насчет нас? – чуть нервно уточнил Барон и едва не шагнул в “зону отупения”. – Когда вы нас выпустите?

– Лиза со смены вернется, и выпустим, – пообещал я, но вдруг спохватился и обернулся к Барону. – Только вы тут это… В общем, тут крысы красноглазые водятся. Они по ночам выходят и могут на людей бросаться. Так что осторожнее.

– Крысы? – Барон скривился. – Ладно, понял.

– А, вот еще! – спохватился я. – В храм не ходите, там магический фон повышенный. Долго в нем находиться нельзя – вредно для здоровья. Так что если будете прятаться от крыс, то лучше в домах.

– Так дома ж трухлявые совсем, – скривился Барон. – Наверняка в них крысиных нор много.

– Ну, тогда режьте крыс, – развел руками я. – Больше ничего не могу посоветовать. Сами виноваты, что на Лизку полезли: она девушка опасная. И без тормозов.

– Это я уже понял, – нахмурился Барон. – Ладно, с крысами как-нибудь разберемся. Но ты хоть кинжал верни.

– Извини, трофеи не возвращаю, – не без доли злорадства ответил я. – Ты первый напал, причем уже не раз, вот и поплатился. Без обид?

Барон пожевал губу, но буркнул:

– Без обид.

На этом я с ним и распрощался, кивнул Форресту, и мы пошли осваивать темную сторону жизни. И хоть я не крал глаза мутантов, а честно их добыл, но все равно было такое чувство, будто я все сильнее уподобляюсь бандитам.

Как тут говорят? С кем поведешься, от того и наберешься? Мне срочно нужна более благородная компания, я качусь по наклонной!

От автора. Делюсь маленькой бумажной радостью: до меня доехал мой экземпляр))

В монастыре Святого Митрофана

Три монахини сидели, глядя на стопочку купюр, как на ядовитую змею, которая вот-вот бросится.

– Настоящие? – наконец, насмелилась уточнить Глафира.

– Вроде бы да, – ответила ей Феофания. – Водяные знаки на месте, числа разные, и на просвет тоже все нормально. Да и пахнут, как должны пахнуть деньги.

– Мистика какая-то, – протянула Глафира, не сводя взгляда с купюр. – Что, правда сами по себе на столе появились?