Чтение онлайн

– Где я, блин? – невольно пробормотала я, спуская ноги с кровати.

На мне оказалась длинная ночнушка с кружавчиками по подолу. Старая одежда куда-то делась, но рядом на спинках стульев были подготовлены платье, комбинация на завязках и несколько белых юбок.

Котелок у меня варил с трудом, так что я еще с полминуты тупо пялилась на вещи, пытаясь уловить ускользающую мысль. А мысль была о том, что вещи явно для меня и их можно надеть.

Когда это до меня дошло, я огляделась и почти сразу нашла неподалеку ширму с китайскими мотивами. Пожала плечами, взяла вещи и пошла туда переодеваться.

Когда я вышла из-за ширмы, то мой взгляд сразу зацепился за большое зеркало в деревянной раме. Я подошла к нему и вгляделась. Выглядела я посвежевшей и похорошевшей. Только на брови виднелась корочка запекшейся крови.

Недоуменно нахмурившись, я потрогала это место и ощутила легкое воспаление. А потом вспомнила.

Вспомнила, что этой бровью я треснулась о стул, падая. А упала, потому что начала терять сознание. А сознание от меня ушло, потому что кто-то, подло подобравшись со спины, прижал к моему лицу вонючую тряпку. И этот кто-то был…

– Палыч, сцука! – я сжала кулаки.

Я еще не поняла толком, что произошло, но вряд ли это было что-то хорошее. Ведь даже добро, причиненное против воли, уже ни разу не добро. И те, кто его наносят, должны сидеть в тюрьме. Которая у меня, кстати, есть!

Я мрачно ухмыльнулась, уже представив план мести. А потом вдруг похолодела и схватилась за грудь.

Амулет, где он?!

– Фу-у-ух, – с облегчением протянула я, найдя его на своем законном месте. Но перетрусить успела знатно – аж коленки задрожали и живот скрутило. Подумать только: я могла лишиться своей имбовой способности и превратиться в хилую девчонку, которую каждый может поиметь в любом смысле! Бррр!

Меня передернуло. Тем временем в дверь постучали, а затем женский голос спросил:

– Барыня, к вам можно?

Барыня? Это я, что ли? Ну у них тут и лексикон.

Оглядевшись, я не обнаружила в комнате других претенденток на это сомнительное звание, так что сказала:

– Да, можно.

Дверь тут же скрипнула, и в щели появилось лицо какой-то тетки. Вроде бы, той самой сиделки, которую я спугнула.

– О, вы уже оделись? – удивилась она.

– Ну, не голой же ходить, – развела я руками. – А что, нельзя было?

– Да нет, можно, – тут же смутилась тетка. – Просто я как раз пришла помочь. Ну, дайте я вас хоть причешу.

Я пожала плечами, совершенно не возражая.

Тетка усадила меня на скрипучий “венский стул”, причесала и принялась заплетать что-то вроде “корзинки”. Парикмахер из нее вышел так себе: дергала многовато. Зато информатор получился отличный, потому что на вопросы она отвечала, почти не задумываясь, явно отличаясь природной склонностью к болтовне и сплетням.

– Что это за место? – спросила я у нее первым делом.

– Дык барина Петра Сергеича Лужина старая усадьба, – тут же пояснила женщина. – Тута еще отец его жил, Сергей Михалыч. Хороший был человек, жаль, что помер.

– Лужина? – ухватилась я за знакомую фамилию. – Это купца, что ли?

– Его самого! – обрадовалась женщина. – Петра Сергеича все знают – еще бы не знать. Такой большой человек! У него даже автомобиль есть. Да не развалюха кака перепродажная, а прямо-таки с конвейера – новенький “Урал”! Лично на нем с самого Миассу ехал! Ой, меня б кто хоть раз покатал…

– А я тут как оказалась? – задала я не менее важный вопрос, перебив ее мечтания.

– Не знаю, – вроде бы искренне сказала женщина. – Вас, барыня, вчера уже спящей занесли, велели переодеть и ждать, пока проснетесь. А как проснетесь – барину сказать.

– Понятно, – я задумчиво постучала пальцем по подбородку.

Картина вырисовывалась вполне ясная. Вчера в самый разгар смены Палыч послал меня на кухню. Но стоило мне зайти за занавеску, как он тут же чем-то меня “отключил”. А может, и не он. Но точно с его подачи!

Потом, по всей видимости, меня загрузили в транспорт и перевезли сюда, в усадьбу лысого женишка, которому я заочно отказала. Видимо, мужик решил, что заочно не считается, и попробовал зайти с другого конца.

“А с другого конца – это через жопу, – мысленно сказала я. – Ну и лажанулся же он, украв меня и даже не отобрав амулет! Я ж ему тут такую “Кавказскую пленницу” устрою, что мама не горюй!”

Впрочем, не стоило пороть горячку. Покамест меня никто ни к чему не принуждал. Более того: на окнах не было решеток, да и дверь тетка не закрывала, когда выбегала.

Так что, пожалуй, пока не буду злобствовать. Надо сначала разобраться, кто тут плохой и не пострадают ли невинные, если я начну “стоять за себя”. Вон, Тетка Туповатая явно тут совершенно ни при чем.

“Да и прав Кирилл, надо как-то осторожнее, – подумала я. – Вот, вчера потеряла бдительность, и на тебе – вырубили, украли. Надеюсь, хоть не надругались”.

Я прислушалась к ощущениям. Нет, вроде, ничего такого не чувствую.

– Готово, барыня! – сказала тетка, закончив трепать мои волосы. – А теперь поторопитесь к барину – он звал ужо.

– Что, прямо сейчас? – я вздернула брови. – Может, хоть накормите сначала?

– Приказу не было, – развела руками женщина.

Я вздохнула и сказала:

– В туалет-то хоть можно сходить?

В туалет, к счастью, отпустили. И даже дали воды, чтобы умыться и рот прополоскать. А потом повели по “усадьбе”.

Честно говоря, слово “усадьба” было слишком громким. Да, дом был большой, но, похоже, довольно старый. Видно было, что за ним тщательно следят: полы были чисто вымыты, половики на них – выстираны. Все горизонтальные поверхности застелены салфеточками с кружевами и украшены фарфором и забавными картинками.

Я даже застряла подле одной такой – со странным зверем и подписью “Кот Казанской, ум Астраханской, разум Сибирской”.

“Фиг пойми, что значит это народное творчество, но взгляд притягивает, – признала я. – Особенно в таком старинном антураже”.

Все это место дышало историей… и бабками. Вот прямо чувствовалось, что все это скопление милых вещиц – дело рук старой женщины, которая изо всех сил старалась сделать свой дом красивым, но са-а-амую чуточку застряла в прошлом. Да и пахло тут стариками.