Чтение онлайн

— Ну да, поможете, как сержанту Николаеву? — Хмельницкий окинул меня холодным взглядом. Он не такой уж и честный, не стоило открывать перед федералом карты, пришлось снова вернуться к глухой обороне:

— Я не знаю, что произошло в участке, и к этому не имею никакого отношения.

— Вы хотите сказать, что взрослый трезвый мужчина, оставшись с вами наедине, умер, просто чем-то подавившись?

— Я рассказал вам всё, что видел своими глазами, я пытался ему помочь, — главное не сорваться, он этого ждал.

Хмельницкий закатил глаза:

— Я вот что думаю: это из-за вас на меня повесили это дело! Маг вы там, шмаг или инквизитор, лично я не верю во всё это, и была бы моя воля, вы все давно сидели бы за шарлатанство! Этот ваш руководитель зря покрывает вашу деятельность, я считаю, что вы, Ярцев, и вам подобные для общества просто вредители!

Грубо и честно. Я обомлел, услышав такое откровение в свой адрес, старался всё это время уходить от провокаций, сдерживать негодование, Хмельницкий о таком даже не задумывался. Значит, это дело действительно не приносило ему интереса? В любом случае аргумент ФСБешника оказался веским, и мне попросту нечего ответить. Незаметно мы добрались до нужного съезда, сурово смотря в пространство перед собой, Хмельницкий нажал на газ. Сафроновская, Багрицкого, улицы и номера домов мелькали перед глазами бесконечной чередой, за которой в конце пути открылось до боли знакомое место. Полицейский участок находился в жилом доме, я видел его угол, и сердце начинало стучать быстрее. Волнение мой главный враг, положив руки на колени, я сконцентрировал импульс. Подкорректировал выработку гормонов и нейромедиаторов.

— А знаете, Ярцев, мы с вами почти коллеги, — федерал заговорил снова, уже въезжая на огороженную территорию. — Я тоже вроде как инквизитор, только сужу ваше племя по человеческому закону, а не по божьему.

Меня осенила догадка, продолжая молчать, пристально взглянул на ФСБешника, парковавшего машину. И как же теперь его называть: Малдер или Скалли?

— Особый отдел по расследованию мистических преступлений? — попытался сострить я.

Хмельницкий лишь многозначительно улыбнулся в ответ, перед тем как выйти из машины, надел солнцезащитные очки, потянулся к папке на заднем сиденье.

— Всё, Ярцев, приехали.

Решил, что буду звать его нейтрально: Скалдер. Я вышел из машины, первым вошёл в здание участка. Слегка обшарпанное снаружи, в дневном свете оно выглядело не менее удручающе, чем ночью. Итак, теперь самое главное — как можно тише вырвать перстень Яра из рук этого Еремеева.

Внутри участок выглядел уже не так спокойно, как снаружи. В дверях меня сразу встретили двое полицейских, остановили без церемоний, посоветовали уходить подобру-поздорову. Отличная идея, я бы с удовольствием. Сзади навис тенью неминуемого наказания Хмельницкий, толкнув меня в спину, пошёл вперёд с раскрытым удостоверением. Бравые служители закона от МВД виновато потупили глазки, оно и понятно — «старший брат» в лице капитана ФСБ уже не по зубам.

— Держитесь рядом, Ярцев, — самодовольно хмыкнул федерал, мы вошли внутрь околотка. Он гудел как муравейник, снующие туда-сюда люди в черных комбинезонах и белых перчатках на руках напоминали мне фокусников, только из шляп они доставали не кроликов, а скудные вещдоки. Встретился с несколькими криминалистами взглядом, суровый и не слишком добродушный люд. Я мог их понять, это не рядовая смерть, при загадочных обстоятельствах погиб человек из особого полицейского круга. Дело чести — разобраться с этим как можно скорее. Я чувствовал себя здесь лишним звеном, но лишним только как свидетель. Тяжелое присутствие Хмельницкого за спиной не давало покоя. Кто послал сюда агента из спецотдела, да и ещё такого специфического? На мгновение у меня в голове возникла дурацкая картинка, прямо сюжет забавного детектива: экстрасенс и полицейский-скептик расследуют загадочные преступления по всей Москве. Идея заставила меня улыбнуться, но я совершенно не видел себя в роли ищущего пришельцев Малдера, да и сама концепция настолько избита, что от такого тандема начинало подташнивать.

— Помните дорогу? — Хмельницкий толкнул меня в бок, я остановился перед развилкой, вспоминая, куда меня тащили в прошлый раз.

— Ну а сами как думаете? — я тяжело вздохнул, мне так не хотелось играть в экстрасенса, отчасти потому, что я и не был таковым.

— Тогда я пойду первым, — ФСБешник прижал меня к стене, прошёл вперёд, обернулся, подозрительно сверкнув глазами: — Только смотрите не потеряйтесь!

Да, черт возьми! Когда я терялся в присутствии этого Скалдера?! Навязчивая язвительность федерала начинала выводить меня из себя. Мысленно ответил ему:

«Сам не потеряйся, спецагент хренов!»

Оставаясь невозмутимым внешне, молча кивнул. Впрочем, потеряться мне было суждено, мы не прошли и четырёх метров, как впереди открылась дверь одного из многочисленных кабинетов. Вышедший в коридор оперативник, увидев Хмельницкого, сбавил шаг.

— Артур Павлович, хорошо, что уже здесь, майор Меркулов хочет видеть, — он заботливо придержал дверь.

Майор? Наверное, хозяин этого околотка, после ночной оказии у него много вопросов от начальства, можно только посочувствовать.

— Хотел зайти позже, — Хмельницкий нерешительно покосился в мою сторону, но подчинённый настоял на своём:

— Майор просил зайти как можно быстрее.

— Ну, хорошо, — федерал закатил глаза, бросил мне с недоверием: — Побудете в коридоре, далеко не отходить, я вернусь через пару минут!

— Так точно! — я показательно выпятил грудь. — А справить нужду можно только вон в том углу?

Указал на поворот, который делал коридор в пяти метрах впереди. Хмельницкий тупо уставился в него и завис на несколько секунд, тяжело вздохнув, обратился к оперативнику:

— Покажите свидетелю, где тут туалет. Только не задерживайтесь там.

Сотрудник кивнул, хоть Хмельницкий и забыл упомянуть, что я не просто свидетель, а очень важный свидетель, но догадался об этом сам и отправил меня в обратную сторону с особой учтивостью и вежливостью.

Ну, хоть туалет оказался не в камере, как в прошлый раз. Узкая кабинка позволяла ненадолго уединиться, особых позывов я не ощущал, но мне нужно время подумать, как вести себя дальше. Скалдер обещал, что Еремеев будет здесь, но в череде лиц я не видел своего воришку. Обманул или приготовил самое интересное на потом? Главное, на очной ставке не потерять самообладание, отвечать спокойно, с расстановками и паузами, думать, прежде чем открывать рот. Закончив процедуры и настроив себя на нужный лад, я склонился над крохотным умывальником, очищая голову от ненужных мыслей, услышал, как у двери переминался с ноги на ногу приставленный оперативник.

— Ну вот, а я думал, действительно придётся испражняться в том углу, злой этот ваш Хмельницкий... — я довольно хмыкнул, выйдя в коридор, но слова не произвели на соглядатая должного эффекта, его просто не оказалось на посту. От такой халатности я замер в дверях, не зная, что делать дальше. Нет, это не халатность, это наглость! И как он посмел лишить меня надзора? Обязательно пожалуюсь Скалдеру. Грустно озираясь по сторонам, вспомнил обратную дорогу. Пожалуюсь, как только найду его...

— Артур не злой, просто сейчас у него некоторые сложности в жизни, Роман Валерьевич, — знакомый, сдержанно вежливый голос заставил остановиться. Я обернулся, у окна в конце коридора стоял Спесивцев, он дружелюбно махнул рукой. Это единственный человек, что радовал меня во всей этой истории и из всех этих персонажей. Деловой строгий костюм с иголочки смотрелся на нём как влитой и выгодно выделялся на фоне разношерстной одежды остальной гвардии агентов ФСБ, а-ля кто во что горазд.

— Ну да, он добрый и пушистый, просто сейчас болеет, — на ум пришёл древний мем; я подошел к федералу, и мы пожали друг другу руки. — Я вас помню, вы приходили ко мне в больницу. Спесивцев, если не ошибаюсь? Здравия желаю.

Спесивцев улыбнулся в ответ:

— Да, меня зовут Вячеслав Игоревич. И вам не хворать, впрочем, я вижу, вы себя чувствуете намного лучше? Не обижайтесь на Артура, он хороший человек.

Я махнул рукой:

— Да на мне, как на собаке.

— Рад слышать. Вы долго добирались, Артур повёз вас сначала в морг?