Чтение онлайн

Я устало и без интереса посмотрел на федерала, его доброжелательный внешний вид — это обманка, чтобы подозреваемый вроде меня потерял бдительность. Да-да, именно подозреваемый. Борисыч сказал, что я свидетель, да хрен там! Мужик пожирал меня взглядом, едва ли не раздевал. Я не знал, что он хотел там увидеть, но по телу прошла волна навязчивого жара.

— Юмор — это хорошо, значит, скоро поправитесь, — тактично заключил федерал, прошёл в палату, достал удостоверение. — Майор Спесивцев. Вы, конечно, сможете отдохнуть, но сначала мне придётся задать вам пару вопросов.

— Ну конечно, — обречённо вздохнул я. Интересно, сколько я был в отключке? Они уже успели вскрыть толстяка и достать осколок? А если нет? Перспектива поработать лопатой после того, как всё уляжется, заставила нехорошо откашляться. Я знал Яра: если ему потребовался осколок, он заставит эксгумировать сержанта и провести вскрытие прямо на кладбище. Однако тут вставал другой вопрос: упоминать его в показаниях или нет? С другой стороны: да, конечно, они уже резали мента! Полицейский умер без видимых насильственных действий, и скрывать тут совершенно нечего.

— Да, но в интересах следствия я хотел бы поговорить с вами тет-а-тет, — Спесивцев улыбнулся, переведя взгляд на Борисыча, замолчал. Очень культурно выгнав его отсюда нафиг.

— Да-да, — мой начальник ожил, задумчиво шарил в карманах накинутого халата. Я видел, как он мучительно не хотел оставлять меня на растерзание грозному правосудию, но выбора не оставалось, и Борисыч, насупившись, вышел в коридор. Дверь за ним прикрылась.

— Ну, хорошо, теперь приступим, — Спесивцев проводил моего единственного защитника краем глаза, встал у кровати, потер маленькую бородку с проседью, взглянул с хищническим интересом. Тут же захотелось упасть в обморок и притвориться мёртвым. Вообще, мало того, что этот мужик мне не нравился уже с порога, так и выглядел он совсем не как федерал. Строгий костюм, небрежная небритость... У меня, конечно, не так много опыта в общении с ФСБешниками, но если честно, представлял я их себе как-то по-другому, может быть, другой дресс-код.

— Что произошло в участке? — продолжил он, вежливо улыбаясь.

Я ответил не сразу, судорожно вспоминая, кто был свидетелем разыгравшейся драмы. Таак! Рядовой с телефоном ушёл. Мало того, он ушёл с моим кольцом, но всё же минус один. Кто следующий? Камера под потолком. Ну, этот свидетель, как и статуя Фемиды, в ответственный момент всегда с повязкой на глазах. Беглый подсчёт шепнул: врать можно нагло и безбожно. Предвидя все албанские и сумасбродные вопросы, я начал с основ, которые на фиг никому не были нужны:

— После офисной работы мне захотелось подышать свежим воздухом. Ближайший к Москва-Сити парк — это Филёвский. Время было уже позднее, и меня, сидевшего на скамейке в трезвом состоянии, приняли ППСники, — я сделал паузу, с интересом наблюдая за реакцией Спесивцева. Словно раскусив мою издёвку, он сосредоточенно кивнул головой, ни один мускул не дрогнул на лице. Жаль, надо было начинать давать показания с раннего детства, занятная бы вышла история.

— Ну, в общем, привезли меня в участок, оформили и через пару часов повели на допрос, — усиленно расписывать дальнейшее нет смысла. — В комнате для допросов сержанту стало плохо...

— Он представился? — Спесивцев перебил мой рассказ, нахмурившись, деловито скрестил руки на груди.

— Кто? — удивился я, не сразу поняв суть вопроса.

— Тот сержант, он представился? — Спесивцев пояснил вопрос с таким суровым выражением лица, словно ответ на него пролил бы свет на раскрытие преступления.

— Ну... нет, — я пожал плечами. Что за бред?! Это вообще не шутка? Кто этот человек?! Я побоялся играть с ним дальше, спросил прямо: — А что, это так важно?

— Для следствия важна любая информация, — ФСБешник профессионально нагнал тумана. Пришлось продолжить рассказ без издёвок. Я хотел потроллить Спесивцева, но получилось всё как-то с точностью до наоборот.

— Сначала их было двое. Сержант отослал напарника пробить информацию по мне к дежурному. Кажется, того звали Еремеев.

— Да, мы уже допросили рядового, но он не смог рассказать что-то вразумительное.

Я неуверенно кивнул. Интересно, они действительно не добились от Еремеева полезной информации или это очередная ложь, чтобы усыпить мою бдительность? Помнится, именно стажёр выбивал в комнату дознания дверь, освобождая меня от наручников, и самое поганое, видел, как я прикладывал к сержанту руки. Мда... и как же он описал всё это?

— Что было дальше?

Я тяжело вздохнул. Мысль рассказать Спесивцеву чистую правду издевательски мелькнула в голове. Интересно, ФСБешник отправит меня на освидетельствование в психушку после упоминания про инфернала, вселившегося в тело человека, или на моменте, когда мне пришлось с помощью Яра закрывать портал в лимб. Не удивляйтесь, что я так скептически общаюсь с представителями власти. Мне слишком часто приходилось иметь дело с более могущественными существами.

— Если честно, я и сам не понял, что произошло. Когда рядовой ушёл, сержант закрыл дверь, стал кричать на меня, угрожать.

— Это он нанёс вам раны? — Спесивцев ожил, пригляделся к ссадинам на лице. Хитрый ход, скажу: «Да», — и он тут же поймает меня на лжи. Хоть раны и были получены тем же вечером, но наряд ППС составлял акт сдачи меня в участок, и все дефекты моей внешности на тот момент были бережно зафиксированы в протоколе.

— Нет, — уверенно ответил я, закатив глаза, морщил лоб, создавая видимость тяжелой мозговой работы. — В Филёвском парке что-то произошло...

Я совершенно растерялся, не знал, о чём врать.

— Что произошло? — Спесивцев хитро прищурился, оживился. Ну да, так я и сказал правду! Придумывать и расписывать нудную легенду не хотелось, а мой внешний вид говорил недвусмысленно.

— В парке на меня напали, я помню, что сидел на скамейке, кто-то ударил меня сзади, повалил на землю. Я не успел заметить, кто это был, но, по-моему, их было двое.

Первое, что пришло на ум. Ничего не знаю, ничего не видел, а даже если я там и был, то я спал. Старая сицилийская присказка пришлась как нельзя кстати. Я, конечно, мог бы то же самое рассказать и об инциденте в комнате дознания, но, как ни крути, там были свидетели.

— Значит, не сможете описать нападавших? — грустно осунулся ФСБешник, я помотал головой. — Ну, хорошо, что было в участке потом?

— Если честно, я так и не понял, что от меня хотел тот сержант, кричал всё про какого-то душегуба из парка, может, хотел выбить чистосердечное, но я же обычный законопослушный гражданин, просто оказался не в то время не в том месте.

Я не давил на жалость, но от слишком неприятной аналогии с прошедшим сном невольно передёрнуло. Если бы сейчас из какой-нибудь стены вылез очередной Инфернал, я бы точно наложил в штаны, конечно же, от удивления. Спесивцев понимающе закивал, нахмурился: