Чтение онлайн

Ставшее привычным противостояние Танара и Хвостика не вызывало ничего, кроме улыбки у остальных членов отряда - кроме дракона, которому, в сущности, все это было безразлично, но в крайнем случае, он бы встал на сторону хвостатого, ибо от него шума было меньше, чем от человека - которые они старательно прятали, ибо сами мужчина и явар относились к пикировкам весьма серьезно.

Собрав все вещи и оседлав лошадей, люди двинулись прочь от места стоянки. Итарина оглянулась, чтобы напоследок посмотреть на место становища и произнесла:

– Мне здесь понравилось, я бы хотела сюда вернуться.

– Чем тебе приглянулось это место?
– заинтересовалась Олеяна.

– Местными жителями, - просто ответила принцесса.

– Жителями Тарта?
– фрейлина изумилась еще больше: она не могла представить, чем Итарину могли покорить жители небольшого приморского городка.

– Нет, нашими подводными соседями. Знаешь, их дети совершенно очаровательны, - развеяла ее подозрения Ее Высочество.

Рыжеволосая девушка улыбнулась, а едущий позади них эрлейский князь, наоборот, нахмурился и недовольным взглядом прищуренных глаз напоследок окинул морские просторы.

– Тышхатские степи...
– задумчиво протянула Итарина после нескольких минут молчания, а потом поравнялась с эрлейским князем и обратилась к нему.
– Акран, а что мы станем делать, если встретимся с обитателями степей? И я не имею ввиду единорогов.

Вопрос Ее Высочества был более чем насущным, ибо тышхатские степняки славились необузданным нравом, жесткостью и презрением к любой градации власти. Степняки выбирали вождей своему многочисленному племени в поединке, понятия наследования этой почетной должности у них не было и в помине. Чужаков они не любили, а сопредельным с ними государствам приходилось заключать мирные союзы с каждым вождем в отдельности. В зависимости от удачливости, силы и смекалки вождь мог сохранять свое положение очень долго, а мог смениться через год. Причем причиной для свержения старого вождя мог стать как брошенный вызов, так и неудача в военном набеге или засушливое лето, в которое сгорело становище. Глава, которому не благоволит судьба и счастливый случай, долго на своем посту не задерживался. Что удивительно, все эти перестановки в верхушке власти почти никак не влияли на мирную жизнь рядового населения: степняки не разбивались на группы, поддерживающие того или иного кандидата, спокойно воспринимая каждого нового вождя - победил, значит, имеет право.

– Будем надеяться, что встречи удастся избежать, - хмуро ответил князь.

– А если нет?
– девушка была настойчива.

– Тогда попытаемся договориться.

– Договориться с тышхатскими степняками...
– принцесса посмотрела на мужчину с недоверием.
– Интересно, как?

– Будем решать на месте и по ситуации, - поведал князь.

– Воодушевляющий план, - скептически заметила Итарина.

– С тышхатцами другого не бывает, - пожал плечами эр Харш.

– Ваша правда, - согласилась принцесса.

– На крайний случай, у нас в спутниках огнедышащий дракон, - присоединился к разговору Иштар.
– А на совсем уж крайний - ваша фрейлина. Если что - можно будет откупиться, - широко улыбаясь, добавил он.

Слова эрлейца возымели действие: Олеяна с неподдельным негодованием обернулась, готовая разразиться тирадой о непорядочных меркантильных мужчинах, но, увидев ухмылку, ответила в делано-задумчивом тоне:

– Или можно тебя им в рабство отдать в обмен на разрешение путешествовать по их земле.

– Достойная альтернатива, - согласился Иштар.

– Не согласна, но слава небесам, тышхатцы этого не знают, - съязвила рыжеволосая и отвернулась, всем видом показывая, что больше этот разговор поддерживать не намерена, и оставляя последнее слово за собой.

Отвернувшись, девушка не могла видеть улыбку эрлейца, ставшую еще более довольной, чем она была до этого. Итарина с интересом взглянула на первого помощника князя, в ответ на этот интерес Иштар только еще шире растянул уголки губ и снова сделал серьезное лицо.

Путь до границы с Тышхатом был неблизким: неделя верхом. И весь он прошел относительно спокойно. Охотились в основном мужчины, иногда Варраш. Девушек одних никогда не оставляли, кто-нибудь всегда следил за их безопасностью. Дракон, правда, не был уверен кого именно следует охранять: девушек от окружающих или окружающих от девушек - и больше склонялся к последнему. Явар так и шел с отрядом. Его лапа уже зажила, но, то ли прикормленный, то ли привязавшийся к Ее Высочеству, зверь не захотел уходить.

В один из таких привалов Итарина, пользуясь тем, что дракон остался в полном их с Олеяной распоряжении, задала ему вопрос:

– Вар, а ты когда-нибудь видел степняков?

– Видел, - ответил ящер.

– А я нет. Отец никогда не брал меня с собой в Тышхат. Если задуматься, то он вообще мало куда брал меня с собой.

– Ты ничего не потеряла, Высочество, - спокойно пророкотал примирившийся с характером девушки дракон.
– Обычные люди, только без налета культуры и цивилизации, помешанные на смелости и отваге до полной потери чувства самосохранения.

– Хотела бы я на них посмотреть, - задумчиво произнесла принцесса.

– Оглянись и посмотри, если так интересно, - в том же безразличном тоне, что и всегда, ответил крылатый змий.

Первой последовала совету Олеяна. Раздался сдавленный писк. Итарина удивленно подняла брови и обернулась.

За их спинами стояли пятеро мужчин свирепого вида, вооруженных ножами и копьями. Все, как один были, высокими, черноволосыми и обнаженными по пояс. Торс каждого был отмечен узорами, нанесенными черной краской.

– Это и есть степняки?
– уточнила Ее Высочество, потратив минуту на изучение черных линий на загорелых телах и отметив для себя, что узоры не повторялись и у каждого мужчины был свой, отличный от других рисунок.

– Они самые, - флегматично подтвердил дракон.

Рыжеволосая фрейлина подвинулась ближе к подруге, явар, лежащий у их ног ощерился и утробно зарычал, Варраш показательно выпустил струйки дыма из ноздрей. К чести степняков, они не дрогнули и только поудобнее перехватили оружие.

– Женщины пойдут с нами, - произнес тот, что стоял впереди всех.

– Зачем женщинам идти с вами?
– сдержанно поинтересовалась принцесса.

Наставления учителей и редкие замечания отца вовремя всплыли в памяти: мужчины не любят женщин, умнее себя, а степняки и подавно, предпочитая имеет дело исключительно с мужчинами, поэтому употреблять сложные конструкции в речи Итарина поостереглась.

– Женщины пойдут с нами сами - или воины Тышхата заставят силой, - объяснил, как тугосоображающей, предводитель отряда.