Чтение онлайн

Он словно опытный скульптор отсекал всё лишнее и превращал моё многострадальное тело в произведение искусства в плане маскировки.

— Билли не дурак, — сказал Хант, не поднимая глаз от куртки. — На выходе он тебя ощупает взглядом до костей. Если рукав не порван по верху, а ожог снизу — спросит, как стрела прошла. Гончие огнём не плюются, Доу. Думай заранее, что скажешь. Иначе тебя возьмут на первом же вопросе.

Я кивнул, соглашаясь с его словами. На мне ожоги от стрел Райса, значит, в легенде мне нужно добавить, что Райс пытался меня прикрыть и чуть промазал. Пусть на тоненького, но пойдёт.

— Спасибо за совет, мистер Хант.

— Вот и думай. — Он выпрямился, осмотрел работу, удовлетворённо хмыкнул и отшвырнул коготь обратно к туше. Потом выпрямился и протянул мне нож Кайзера, которым я ещё недавно забрал жизнь Райса.

Я убрал клинок.

— А манок, что ты мне отдал, остаётся у меня, — добавил он. — Тебе он ни к чему, только срок впаяют, а вот мне сгодится. Валите отсюда, а я пока за вами окончательно приберусь. И помните: Райса утащили твари.

— Но ребята видели его труп, когда шли назад.

— Или, скорее, не видели, так как бежали со всех ног. Пока вы занимались кристаллом, я успел отследить. К тому же, неужели ты думаешь, их будут допрашивать, когда три опытных охотника подтвердят его смерть?

— Стоп, но охотники же этого не видели.

— Поверь, я покажу им нужные следы, и они не станут разбираться. Двигайте уже.

— Сэр.

— Что ещё?

Я набрал воздуха. Спрашивать было слабостью, и я это знал. Но иначе вопрос остался бы висеть.

— Почему вы всё-таки решили помочь?

Хант не задумался. Он решал, сколько правды выдать.

— Раны у тебя спереди, парень. — Сигарета стояла ровно. — Этого мне достаточно.

Мы спокойно шли с Дэмионом, оставив за спиной Ханта, который решал вопрос с трупом ученика. Интересный человек этот однорукий, но пока мы делаем то, что ему выгодно, то и он будет нам помогать. А что будет потом — будет видно. Проблемы нужно решать по мере их возникновения, или рискуешь серьёзно облажаться.

— Что-то мне сомнительно про то, что у Анны с парнями не будут спрашивать про Райса. — Голос Дэмиона выбил меня из моих размышлений.

— Сейчас это всё на Ханте. Мы не можем повлиять на это, так что остаётся дышать ровнее и следовать плану.

— Согласен с тобой, хоть мне всё это и не нравится. — Как бы мы ни готовились к ситуации с Райсом, но жизнь всё равно сделала всё по-своему. И, судя по морщине на лбу Дэмиона, его это злило.

— Мне тоже, но выбор у нас небогатый. Вон уже Андерсон, так что лучше заткнуться.

Старый охотник сидел в той же позе, что и в момент нашего выхода, читая газету.

— Значит, всё-таки двое? — спросил он, не отрывая глаз от газеты.

— Двое.

Он медленно сложил газету. Один раз вдоль, потом ещё раз, и положил рядом со стулом.

— Троица перед вами сказала, что погиб Райс, всё так?

— Да, сэр. Райс. — Дэмион говорил ровно. — Напали костяные гончие.

— Хант на месте?

— Проверяет, что гончих в округе больше нет, и заодно ищет тело.

Андерсон задумчиво посмотрел мне в лицо.

— Значит, ещё и тело утащили. Печально, даже нечего отдать родителям. Остальные-то вон лежат. — Он кивнул на небольшой холм, накрытый брезентом, на который я не обратил внимание в начале. — Ладно, поставлю в журнале: «тело утрачено при нападении монстров». Стандартная формулировка, никто не цепляется. Гончих тут давненько не было видно, а сегодня с нами ещё и Хант. Ну да чего только в разломе не бывает. — Он взял фляжку, отсалютовал нам и сделал большой глоток. — Идите, парни, хватит тут торчать. Отметитесь у Билли — и в автобус. Доу — рекомендация моя в силе. Определишься со школой — заглядывай.

— Спасибо, сэр.

— Не благодари. Это всего лишь бумажка, они тебе теперь понадобятся, парень.

Кивнув ему, я шагнул в портал…

Когда портал выплюнул меня в обычный мир, то первое, что я почувствовал, — нестерпимый голод. Изменённое инициацией ядро требовало такой вкусной и дармовой жратвы. Там, за спиной, в чёрной кляксе разлома, энергия лезла в меня плотной струёй, и чёрное солнце жрало её, не разбирая.

Здесь же воздух был почти пустой. Чистый, прохладный, с привкусом болотной сырости и с тонкими нотками энергии разлома. Раньше такое содержание привело бы меня в полный восторг, но сейчас мне было мало. Будто я пил вкусный наваристый бульон, и он резко превратился в тёплую воду. Вроде из одного типа жидкость, а в целом совершенно другое. Ядро ещё помнило сытость и теперь недоумённо тянулось к тому, чего больше не было.

Моё ядро успело заполниться на тридцать процентов, но куда важнее было, что буквально за несколько дней я заполню его до максимума.

Всё это я прикинул на ходу, по тому, как ровно гудело чёрное солнце. Тридцать — это ещё хороший расклад, после того как я потратил всё до последней капли на захват Райса, а потом энергия уходила на перестройку организма после инициации.

С одной стороны, было здорово, когда разлом подкармливал меня всю дорогу к кристаллу, по три-пять процентов в минуту, а я с той же скоростью сливал запас на штопку собственного тела. Плечо. Сосуд под печенью. Ожог на боку. Лекарь, который латает себя на бегу, всегда платит вдвое — половина энергии уходит мимо, в пустоту, потому что нет времени делать аккуратно.

В прошлой жизни имперские наставники за такую расточительность посадили бы меня на рис и воду на месяц. А потом ещё читали бы нотации в духе того, что вода в колодце ценнее, когда её мало, а не когда её много. Урок я усвоил давно. Просто иногда у тебя нет месяца. Иногда есть полторы минуты до того, как откажет рука, и выбираешь между красотой работы и тем, останешься ли ты жив, чтобы её кто-то оценил.

Здесь некому было сажать меня на рис и воду. И некому хвалить за аккуратный шов. Зато никто не мешал тратить себя так, как считаю нужным. Хотя, достигнув ранга А в том мире, я уже ни перед кем не отчитывался, да и часть тех, кто меня учил, пали от моей руки. Мир их праху — они хорошо меня обучили, и их смерть лишь ещё одно тому доказательство.

Душа Райса дёрнулась у ядра, как рыба на остроге. Ничего, Виктор, у нас ещё полно времени, чтобы привыкнуть друг к другу. Пройдёт несколько дней, и твоё сознание окончательно погаснет, и ты станешь послушным рабом, как и те сонмы, что я когда-то подчинял.

Нужно будет обязательно его протестировать, но это всё позже, сейчас нужно просто отдохнуть. Я сделал шаг от мерцающей плёнки портала на чуть дрожащих ногах. Меня штормило, но в пределах приличия — человек, проведший час в желудке у разлома С-ранга, имеет право выглядеть как выжатая тряпка.

И мне сейчас полагалось выглядеть именно так, а то и хуже. Дэмион шёл рядом, не пытаясь мне помочь, — кто знает, сколько глаз у Кайзера среди наших одноклассников. И вот настал момент истины: к нам медленно и неспешно шёл тот самый охотник, который завёл нас в портал.

Как сказал Хант, Билли видел сотни таких, как я, выходящих из этой дыры. Знал, как должен выглядеть прошедший, как — едва выживший, и как — тот, кто врёт.

Я заставил себя ссутулиться чуть сильнее, чем требовало тело. Тут главное — не переигрывать. Я подранок, а не почти труп. Моя задача — вызвать сочувствие, а не лишние вопросы, ведь сочувствие усыпляет внимание лучше любой лжи.