Чтение онлайн

— Ты такая милая, когда злишься. Настоящий злой ёжик.

А потом, как бы между делом, проводил пальцем по её щеке, будто смахивая невидимую соринку.

Именно в такие моменты у неё внутри всё переворачивалось.

Настя привыкла быть сдержанной. В хирургии не бывает места эмоциям. Чёткие решения, уверенные движения, холодный расчёт. Её ничем не выбить из равновесия.

Но Глеб делал это.

Он слишком близко подходил, слишком долго смотрел, слишком легко касался.

И самое ужасное…

Настя знала, что это игра и почти ненавидела его за это.

Почти.

Но куда сильнее она ненавидела себя за то, что её сердце всё чаще сбивалось с ритма, что по коже пробегали мурашки, что её дыхание становилось тяжелее в те моменты, когда он смотрел на неё чуть дольше, чем следовало, когда его взгляд задерживался на её лице с той ленивой, но откровенной заинтересованностью, от которой хотелось одновременно сбежать и замереть на месте.

Она думала, что давно похоронила эти чувства. Что закопала их под тоннами здравого смысла, под чёткими линиями самоконтроля, под годами старательно выстроенной стены безразличия. Что больше никогда не позволит себе потерять голову. Что научилась держать дистанцию.

Но каждое утро она просыпалась — и он был там.

Валялся на её диване, растянувшись как большой, самодовольный кот, абсолютно уверенный в том, что весь этот мир принадлежит исключительно ему. Или стоял на её кухне, варя кофе в одних джинсах, лениво опершись на столешницу, с растрёпанными после сна волосами, с лёгкой небрежной улыбкой на губах. А иногда он что-то мурлыкал себе под нос, не глядя на неё, и в эти моменты в её теле вспыхивал жар, которого не должно было быть.

Он был везде. Он заполнял собой пространство. Её мысли. Её дыхание.

Он действовал как шторм, который сметал все её попытки держать себя в руках. Как океан, к которому она тянулась, даже зная, что он утянет её на самое дно.

И Настя понятия не имела, как спасти себя от этого урагана по имени Глеб Князев.

И вот наконец-то ей удалось вырваться из привычного хаоса последних дней и найти убежище в уютной квартире подруги. Здесь, среди мягких подушек, тёплого света лампы и аромата чего-то невероятно домашнего, можно было отдохнуть, перевести дух и, конечно же, пожаловаться на Глеба — бывшего лучшего друга, который теперь превратился в головную боль вселенского масштаба.

Настя не приехала с пустыми руками — для Славика она привезла небольшую погремушку, яркую и лёгкую, с приятным звоном внутри. Как только малыш увидел её, тут же потянулся, сжал в крохотных ладошках и сосредоточенно потряс, проверяя, как звучит. Настя улыбнулась — подарок явно пришёлся по душе.

Полина наблюдала за этой сценой с тёплой улыбкой и, откидывая прядь волос за ухо, негромко сказала:

— Ладно, давай лучше о приятном. Ты готова к нашему главному событию?

Настя подняла на неё взгляд, вопросительно изогнув бровь.

— Крестины, Настя, — напомнила Полина, ухмыльнувшись. — Уже совсем скоро.

Она тяжело вздохнула, осознавая, что совсем скоро у неё появится ещё одна важная роль, и, пожав плечами, кивнула.

— Конечно, помню.

Нет, сам Славик был восхитителен. Улыбчивый, с пухлыми щёчками и смешными кудряшками, он напоминал Насте маленькое солнышко, вокруг которого вертелся целый мир. В нём не было ни капли сомнений, страхов, груза прошлых ошибок. Просто жизнь, простое счастье, вплетённое в каждое движение. Но у самой Насти не очень хорошо получалось общение с детьми.

Она осторожно подхватила Славика на руки, прижала к себе, ощущая маленькое, тёплое тельце, и задумалась. Скоро она станет крестной. Её ждёт не просто формальность, не просто церемония — она возьмёт на себя ответственность, пусть и не такую же, как у родителей, но всё же весомую.

А вдруг не справится?

Настя была прекрасным хирургом, но роль крестной мамы — это нечто совершенно другое. Как правильно воспитывать, поддерживать, помогать? Каким вообще должен быть настоящий крестный? Она никогда особенно не задумывалась об этом, но теперь, когда Полина так безоговорочно доверила ей такую важную часть жизни своего сына, на плечи легла приятная, но всё же тяжесть.

Она точно постарается.

— Мы собирались после крестин устроить небольшой семейный обед, — продолжила Полина, отпивая чай. — Просто близкий круг, ничего официального. Я подумала, может, пригласить Глеба?

Настя прищурилась.

— Он тебя подговорил?

Полина рассмеялась.

— Нет, но вы теперь живёте под одной крышей, и, если его не будет, это будет странно.

Настя закатила глаза, но промолчала.

— Кстати, — добавила Полина, хитро прищурившись. — я нашла Сашку.

Настя резко подняла голову, прищурившись.

— Что? Ты серьёзно?

— Вполне. Через общих знакомых. Он сейчас в Москве, работает, всё у него в порядке.

Настя на секунду замерла, переваривая услышанное. Их компания когда-то была неразлучной четвёркой. Они знали друг друга со школы: обаятельная и яркая Полина, предусмотрительный Саша, невыносимый, но чертовски обаятельный Глеб и осторожная, но расчётливая Настя. Вместе они прошли через все подростковые штормы — влюблённости, ссоры, примирения, совместные поездки, амбиции, мечты. Но когда пришло время взрослеть, их пути разошлись.

Глеб улетел в США, Саша переехал в Москву, а девушки остались в Петербурге.

Сначала они ещё переписывались, иногда созванивались. Но чем дальше расходились их жизни, тем реже становились сообщения, пока и вовсе не сошли на нет.

И вот теперь, спустя столько лет, у них был шанс собраться вновь.

— Это было бы… странно, — тихо сказала Настя. — Но здорово.

Полина кивнула.

Разговор постепенно перешёл в другое русло, пока в прихожей не раздался звук поворачивающегося ключа. Полина повернулась к двери и с тёплой улыбкой сказала:

— О, а вот и мой мужчина.

В комнату вошёл Сергей — высокий, уверенный, с лёгкой усталостью в глазах и доброй улыбкой. Он поцеловал жену в макушку, нежно погладил сына по головке и кивнул Насте.

— Оставайся на ужин, — предложил он.

— Спасибо, но мне пора, — отказалась она, поднимаясь. — Не хочу мешать вашему семейному вечеру.

Она любила бывать у них. Любила этот уютный дом, их атмосферу спокойствия и тепла. Всегда надёжный, уверенный Сергей, мечтательная, но озорная Полина и маленький Славик, который, если уж что-то ухватил своими пухлыми ладошками, то уже не отпустит. Они были семьёй. Настоящей.