Чтение онлайн

Но когда решали заняться подобным, о их деяниях обычно слагали легенды. И от чего-то Шоуки думалось, что деятельность госпожи Осами в качестве посла тоже войдёт в историю.

— Ах, так не честно, все танцуют, а мы топчемся в стороне… Шоуки, составишь мне компанию?

— Нам не положено же… — пробормотал молодой карит, скосив глаза.

Голос её сочился мёдом, а глаза были подобны глазам кошки — холодные и цепкие. А ещё она была старше его на пять лет, да и в конце концов — коллегой и обученным телохранителем.

— Ну Шооо… Ты такой скучный, право слово. Что может угрожать нашим подопечным здесь и сейчас, м-м? — Шиинна повернулась к нему, едва не заставив нервно отшатнуться назад на полшага, поймала за руку и потянула в центр зала — Движения такие простые. Неужели ты не справишься?

В голосе девушки скользнуло что-то такое… томное, да настолько, что Шоуки почувствовал, что краснеет. Хотел ещё возразить, но было уже поздно, Шиинна его утащила к кружащимся парочкам, поймала другую его руку и уложила себе на поясницу. Парень почувствовал, как сердце пропустил удар, и ладони начали неудержимо потеть. Вынужден был сделать шаг, когда его почти потащили в сторону, и худо-бедно подстроился к ритму танца.

— Ах, правду сказал господин Инари, ты совсем поплыл, стоило оказаться вплотную к представительнице прекрасного пола, — с милейшей улыбкой произнесла она, неумолимо ведя эту партию. — Расскажи, откуда у тебя эта милая лента в волосах? Это выглядит так очаровательно наивно и сентиментально… Не бегай глазами, выпрями спину. Мы танцуем, не забывай! Ну так что?

— Я… Это подарок… — пробормотал, пытаясь совладать с собой. По телу бегали мурашки от бархатистого звучания её голоса.

— По случаю чего? Вижу, что не от возлюбленной, узоры тогда были бы другими… — она склонилась ближе к его лицу, ловя отчаянно бегающий взгляд.

— Н-на празднике… Соревнования…. — Шоуки начал запинаться — от чего-то такое замечание его задело, окончательно выбив из колеи.

— О, как мило. Первый подарок от девушки, так? Ты хоть имя то её знаешь?

Шоуки закусил губу, и охнул вдруг от пронзившей запястье боли. Вскинулся, едва не сбившись с шага, и поднял взгляд, споткнувшись им о холодные, хитрые глаза девушки.

— Соберись! — произнесла она ровно, перестав терзать своим ногтем болевую точку на запястье. — Ты совсем не приспособлен выдерживать на себе женские чары. Это может стать проблемой там, на севере.

— Но… Я всего лишь телохранитель… — произнёс ошарашенный происходящим молодой карит.

— Думаешь, это помешает интриганкам и просто вертихвосткам с королевского двора попытаться закадрить тебя не из корысти, так просто на спор да в поисках экзотики? — она приподняла тонкую бровь в выражении довлеющего скепсиса. — Ах, Шоуки, Шоуки… ну ничего, у нас будет достаточно времени, чтобы приучить тебя к женскому обаянию… И к слову, ты неплохо танцуешь для новичка.

В её голосе снова послышались воркующие нотки, и Шоуки понял что путешествие будет в разы паршивее и тяжелее, чем он думал.

***

Отсутствие Айри среди обширной делегации провожающих посольство не стало для него сюрпризом. Такой вариант он просчитывал, хотя и надеялся до последнего, что непутёвый выскочка проявит чуть больше благоразумия. Увы, надежды не оправдались, и Инари Сай сам ненавязчиво покинул площадь, едва обширный караван начал втягиваться в ворота. Подопечного он проводил, вещи обратно в поместье перевезут его слуги завтра, как и предполагалось, так что медлить не имело особого смысла. В конюшне он задержался ровно столько, сколько потребовалось для того, чтобы оседлать коня, и сразу же за воротами пришпорил животное, распугивая шатающихся у стен дворца зевак.

Как в старые добрые времена…

Миновать шумные улицы центральной части города удалось быстро, и в скоре молодой жеребец уже нёсся по дорогам благословенного края, выбивая копытами бодрый ритм.

Под него всегда думалось хорошо, и очередной раз вспомнив прошлое, Инари вынужден был признать, что в происходящем есть и его вина. Он проявил излишнюю мягкость в своё время. Не нужно было давать одному молодому дарованию время на раздумья, а сразу забрать в ученики, перегнуть через колено и как следует обработать розгами. А потом пройтись по двум поколениям клана Айри, и тоже наподдать им по первое число, за то что так испортили материал своими бесконечными нападками и вырастили из мальчишки бунтаря, одержимого жаждой личного могущества и силы.

Ах, какой великолепный шпион получился бы из парня. Он мог бы стать легендарным “человеком без лица”, проходящим чрез любые охранные периметры как вода сквозь песок. С такими талантами… Но нет, кто-то желал боевой славы и выложил все свои козыри в первом же крупном сражении, ославившись на все Благословенные Земли.

И хуже того, успел так же ославить своего ученика втянув в разборки на западном побережье. Мальчишка ещё походит на слепого щенка, делающего первые попытки ползти к тёплому материнскому брюху, а о том, что он обладает тем же способностями, что и учитель, знает уже каждая плешивая псина в столице.

Зимний Гром, да простят Предки тех, кто придумал эту кличку.

Досада по этому поводу была особенно сильна. Второй раз упустить такой чудесный материал…

Тем более, что этот учиться хотел, и несмотря на все нападки и поддевки проявлял завидное смирение и продолжал внимательно слушать наставления.

Инари притормозил у бамбуковой рощи, и не слезая с седла рубанул клинком по стволу молодого растения. Поймал, обрезал лишнее, взвесил в руке, убеждаясь, что верно угадал с размером и длинной, и заткнул за пояс.

А после — вновь пришпорил коня. Так что, на месте он был уже после полудня. Оставил скакуна конюшим, и не рискнув отходить далеко от ворот, укрылся в одном из помещений надвратной башни с позволения начальника караула.

Накидку и вышитый драгоценными нитями малый пояс пришлось снять, за ними, само собой, последовали клинок, ножи, шпильки для волос и амулеты с парой подвесок. Уже собираясь выходить Инари вздохнул, пожурил себя за несдержанность и нетерпение, и снял сапоги с подбитыми гвоздиками каблуками. Уже после этого отправился обходить заранее примеченные места, стараясь двигаться малолюдными проходами, да перемахивать стены в тихих местах.

Цель оказалась в третьем по счёту укромном уголке — медленно подойдя к крыльцу павильона он услышал тяжёлое дыхание и восторженные шёпоты, перемежающиеся тихими стонами. Сердце заныло, но Инари задавил поднимающуюся в нём холодную ярость и поднявшись на три ступени, отодвинул украшенные затейливой резьбой двери. Спокойно обозрел картину зашедшего так далеко разврата, и как только нетерпеливые любовники “отмерли” и закопошились в панике, шагнул внутрь.

— Ну здравствуй, зятёк… — произнёс он ровно.