Чтение онлайн

— Как что? Пришёл Истинный Император и построил всех ровными рядами.

Ну конечно. Шоуки ругнул свою недогадливость. Первый Император и правда перекроил мир, и его потомки продолжали его дело, следуя заветам и целям, поставленным их великим Предком. Скорее всего рыжеголовых “строил” не один Император, может это длилось столетия, но результат был на лицо. Шоуки даже близко не слышал о набегах рыжих северян — они остались на пыльных страницах истории.

Но теперь, всякий раз когда говорили о пиратах, это были либо свои отщепенцы, либо люди с дальних земель, с таинственного закатного континента. Ну, как, таинственного… торговля с ними почти не велась, разве что через посредников с Архипелага, а всё потому что мирный договор или, вообще хоть какое-то перемирие после событий пятисотлетней давности так и не было заключено…

Шоуки пожалел, что так плохо знает историю. У Оро он, кроме письма и счёта, не получал уроков вовсе, а в поместье Сиасай только начал с ней знакомится. Молодых каритов и так загружали сильно, на историю отводилось всего несколько часов в неделю.

А ещё подумалось, что пора бы облачиться в шерстяную накидку. Ветер стал уже на диво холодным, и дул он, похоже, из устья реки, в которое медленно вползал корабль.

***

Кони ошалели от долгого заточения в трюме, вскидывали головы, ржали и храпели обнажая крупные зубы и топоча по настилу тяжёлыми копытами. Застоявшиеся, глаза на выкате, пар валил из ноздрей, и висеть на узде, пытаясь отвести животное с дороги было особенно страшно. Но Шоуки справлялся. Пятнышко, в конце концов, был таким же одуревшим, как и прочие кони, и не в его состоянии было строить коварные планы!

Да и самому Шоуки суша несколько кружила голову. На ногах стоялось странно, качка никак не желала уходить из тела и мыслей, убедить себя в том, что землю вовсе не шатает было сложно. В глубине души поселилась бурная радость — наконец то можно убраться с корабля! За время плаванья он достал хуже некуда, эти скрипы и запах, запах дерева и соли, и тины и едкой пропитки бортов, и запах конюшни, становившийся всё сильнее с каждым днём несмотря на то, что крохотные стойла каждый день тщательно вычищали. И мыться в крохотной бадейке… Да даже не мыться, а обтираться смоченной в едва тёплой воде тряпкой (иначе не останется воды на приведение волос в порядок) тоже надоело хуже некуда, и солёные брызги на одежде, застывающие белыми пятнышками…

И это им ещё повезло пересечь море по спокойной погоде, с попутным ветром, не угодив ни в штиль, ни в шторм…

Шоуки подумалось, что он был бы не против возвращаться домой по перешейку. А если вспомнить то, что на дне моря, то даже пеший переход его не испугает.

Нашёл принца взглядом, проверяя, всё ли в порядке, хотя уже наловчился всё время отмечать его местоположение по его клинку и украшениям. Надо было смотреть внимательно, Шоуки нутром чуял, что принца в любой момент может дёрнуть осматривать порт. На взгляд Шоуки — порт как порт. Причалы, склады, груды ящиков, корзин и кувшинов. Снующие рабочие и грузчики. Разница незначительная — форма крыш, расположение тех или иных строений, материалы — тут было больше глиняного кирпича и совсем не было бамбука.

Ну и охраны тут было больше.

Куда больше.

Сразу появлялись мысли о том, что северяне чего-то опасаются, иначе к чему сгонять к месту высадки посольского каравана столько ка…

Хм.

Шоуки споткнулся, и снова окинул порт цепким взглядом. Не задумываясь подвинул левую ногу, чтобы подкованное копыто стукнуло в доски мимо сапога, и потянул напирающего коня дальше.

Ну да. Это же не кариты, это — простые люди. Конечно их много…

Лошадей сгоняли на огороженное пространство между складскими зданиями. Тым был ворох сена, длинная бадья с водой, прихваченной слюдяной плёнкой льда, и достаточно места, чтобы животные немного размялись и перебесились. Оставив жеребца в загоне под присмотром одного из каритов, Шоуки быстро догнал принца, прохаживающегося по причалу в сторону гудящих скал. Немного позади двигалось двое настоящих телохранителей. Порядок действий в разных ситуациях с ними был давно согласован, и сейчас они держались поодаль не маяча на виду и давая принцу насладится иллюзией свободы.

Так он меньше чудил.

Конечно же, принца заинтересовал вид на водопады, что окутывали брызгами скалы, и бились о них с ощутимым гулом. От порта до них было всё ещё далеко, его не стали ставить вплотную к этому чуду природы, должно быть, из-за этих брызг, что клубились подобно туману, а сейчас оседали ледяной коркой на камнях и приращивали скалам белые бороды сосулек…

Шоуки слышал, что это самый большой водопад во всём мире. И в это легко верилось — пороги каскадами тянулись по дальнему берегу озера, едва не охватывая его полукругом. А оно было большущее — озеро, из которого истекала река. На её берегу и стоял порт. Город тянулся от него, к мосту, перекинутому через то место, через которое изливалось в русло вода, и дальше, по берегу уже озера. Там наверно было много поместий с великолепным видом на водопад.

— Жутковато смотрится, правда? — заметил Амарими. — Столько льда наросло на скалы вокруг. А вода всё льётся.

— По мне так — величественно, — не согласился Шоуки. — Даже льды не смогли сковать реки при таких морозах.

— Каких морозах? — принц вздохнул, переведя взгляд на выбеленные горные вершины вдалеке. — Южное побережье здесь считается очень тёплым. Тут снег выпадает регулярно, но быстро тает, редко когда задерживаясь дольше чем на пару дней.

— Хочешь сказать, что вот это сейчас — тепло? — молодой карит невольно поёжился.

— Местные считают, что тепло, — кивнул принц. — Вот когда поднимемся к перевалу, будет хуже.

Шоуки невольно перевёл взгляд на взбегающую по склону дорогу там, вдалеке. Поправил рукава шерстяной накидки. Помнится, она показалась ему чересчур тёплой там, во дворце…

Сейчас такая мысль казалась глупой и недальновидной.

***

Холоднее, казалось, становилось с каждым пройденным шагом. Когда солнце выглядывало из-за облаков и обласкивало склон, было ещё терпимо, но стоило ему убежать за тучи как открытую кожу начинало щипать холодом, и каждый ленивый порыв ветерка казался ударом ножа, режущего по живому.

Хорошо хоть дорога была великолепной! Широкая, в меру пологая, ухоженная без колдобин и колеи. Местами она была покрыта утрамбованным битым камнем, местами выложена большими каменными плитами. Чем выше, тем тщательнее её укрепляли, вдавливали в скалу, огораживали выложенным из дикого камня бортом. Да и наезженная она была — процессия вместе со всеми сопровождающими легко разъезжалась с многочисленными телегами, то и дело выстраивающимися в целые обозы. Одни тянулись вверх, к перевалу, гружёные под завязку, но коренастые низкие лошадки тянули их без видимого усилия. И ещё бодрее скатывались вниз, к порту — полупустые, готовые принят новый груз.

Много верховых, много пеших. Всех интересовали гости с Благословенных Земель, украшенная повозка госпожи посла, тонконогие высокие кони… Было немного странно быть в центре такого внимания… ну, или, вернее, быть частью этого самого центра. Амарими вон, ничего, выглядел довольным. Идеальная осанка, подобающее выражение лица, гордое пренебрежение несущественными деталями… но глаза то блестят, это видно.

Наконец дорога вывернула в ущелье, и… Горло перехватило от холодного ветра, бьющего в лицо, не сразу пришло понимание, что к ветру примешивается сырая, “дикая” духовная сила. Проклятое место.

Парень закрутил головой, внимательно оглядывая ущелье. Но вроде всё было спокойно, странно вертикальные стены убегали вперёд, перерастали в… каменные башенки?

Шоуки приподнялся на стременах да увидел далеко впереди перегораживающую ущелье тушу каменного замка. Повозки и путники втягивались в тёмный зев посередине его туши. Втиснут он был плотно, как пробка, начисто перегораживая ущелье, а крайние, округлые башни поднимались вровень с его стенами. Укрепление выглядело монументально и надёжно, и Шоуки, который худо-бедно ориентировался в стратегии и тактике благодаря занятиям в клане, начал чувствовать себя довольно неуютно на этом ровном, лишённом укрытий, и отлично простреливаемом пространстве. И пусть стрелы его не волновали, не стоило забывать и о баллистах с огромными тяжеленными стрелами, а также, наверняка, заряженных каменными шарами размером с кулак пороховых колодах.