Больше, чем воспоминания
Шрифт:
Радость от встречи с мамой и папой заглушает волна тошноты в моём желудке. Мои родители знают, что Джейка убили, но они не в курсе всей истории с угрозами в мой адрес. Дядя Джо сказал им, что охрана была просто мерой предосторожности, потому что мы не знали, во что мог вляпаться Джейк, и я надеялась, что так все и останется. Думаю, время истекло.
— Как много мы должны им рассказать? Я имею в виду, о Джейке.
Эйден постукивает большим пальцем по рулю, когда мы притормаживаем на первом перекрестке в городе. Светофора, конечно нет, потому что даже летом в Коул-Крик не так много людей, чтобы его устанавливать.
— Мы должны рассказать им всё.
— Я боялась, что ты это скажешь.
Он бросает на меня сочувственный взгляд, пока трактор с прицепом, полным сена, пересекает дорогу перед нами.
— Лив, мы не можем держать их в неведении. Это небезопасно.
— Мы можем опустить ту часть, где на мне мишень? И кота?
Он задумчиво кивает.
— Полагаю, им не нужны эти подробности.
Слава богу, потому что сказать им, что мы с Эйденом встречаемся, будет достаточно неловко. Мне не нужно, чтобы они представляли, как я могу умереть.
— Ты готов к гневу моего отца? — спрашиваю я, пока Эйден ведёт свой грузовик по городу, мимо «Коул Стоп» и «Ужин у Тулы», библиотеки, почтового отделения, книжного магазина Бобби Джин и «Камински Авто», которые расположены на Мейн-стрит за чистыми тротуарами и чёрными фонарными столбами с подвесными корзинами, полными ярких цветов.
— Я справлюсь с твоим стариком, Лив. Вопрос в том, готова ли ты?
Да... но нет. Мой папа вряд ли обрадуется, узнав о моей истории с Эйденом, но он смирится с этим, потому что моя мама заставит его. На самом деле, я хочу рассказать родителям правду до того, как Эйден поговорит с моим братом.
— Честно говоря, Брен — единственный, о ком я беспокоюсь. И твоя мама.
— Моя мама? — он хмурится, даже когда смеется. — Какого черта ты беспокоишься о ней?
— Э-э-э, потому что обожаю её, и я почти уверена, что она подумает, будто использую тебя, чтобы отвлечься. Я не хочу, чтобы она ненавидела меня за это.
Он тихо фыркает.
— Она так не подумает, поверь мне.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что она уже много лет пилит меня за то, что я не остепенился. На данный момент, не думаю, что ее волнует, кого я приведу домой, главное, чтобы это дало ей надежду, что когда-нибудь она сможет родить для нее пару внуков.
В животе у меня снова поднимается волна беспокойства, и я сглатываю.
— Я слышала, Джесси и мать его сына снова вместе.
Эйден кивает.
— Да. Ее зовут Хейден. Она замечательная. Как и Джетт.
Держу пари. Идеальная маленькая семья.
— Я рада за него. — Даже, если и завидую.
— Несколько лет ему было тяжело, он видел своего сына только раз в две недели. Но он никогда не терял надежды, понимаешь?
Хотела бы сказать, что понимаю. Но давно перестала надеяться на некоторые вещи.
Натянуто улыбаюсь и меняю тему.
— Итак, вернёмся к моим родителям. Тебе не кажется, что сначала нам нужно поговорить с Бреном?
— Я позвонил ему вчера вечером и сказал, что сегодня возьму тебя с собой.
— И что? — затаила дыхание и жду.
— Я сказал ему, что нам нужно, чтобы все выглядело естественно, и что наше появление в его офисе определенно не будет соответствовать вайбу. Не говоря уже о том, что я не хочу надевать на него наручники на глазах у всех, когда он попытается выбить мне зубы.
Я чуть не смеюсь. Почти. Потому что мысль о моем большом, плохом, твердолобом брате в наручниках — это то еще зрелище. Но я не хочу, чтобы кто-то злился из-за меня, особенно когда в моей жизни и так достаточно драм.
— Итак, каков план? — вместо этого спрашиваю я.
— Он собирается зайти позже.
Все в порядке. Звучит достаточно сдержанно. А если и будет драма, то никто не станет её свидетелем.
— Кстати, о будущем: что бы ты хотел на ужин? Думаю, ты живёшь как заправский холостяк и в твоём холодильнике нет ничего, кроме пива и замороженной пиццы.
Он криво ухмыляется.
— Ты меня клишируешь?
— Я права?
— Скажем так, поход в продуктовый магазин стоит первым в моём списке дел.
Угу. Я могу только представить, как выглядит его дом. Ничего, кроме бумажных тарелок, разномастных чашек и непомерно большой кожаной мебели и огромного телевизора размером с «эго». У него, вероятно, тоже есть черное стеганое одеяло. И серые простыни, которые не стирали неделями.
— Я буду спать на диване?
Он проводит рукой по затылку.
— Эм, нет. Наверное, мне следовало упомянуть, что Крейг ночевал у меня последние пару месяцев. Я попросил его подыскать себе другое место, но если он не нашел себе жилье с тех пор, как мы разговаривали на днях, то возможно, пробудет еще какое-то время.
— Крейг Перри? У них с Рейчел что-то случилось?
— Они в процессе развода.
— Ни за что!
— Ага. И он встречается с Кэди.
— Кэди Рейнольдс? — наклоняюсь вперед, чуть не задушив себя ремнем безопасности. — Ты шутишь.
Он отрицательно качает головой.
— Боюсь, что нет.
— Скажи мне, что он не изменял. — Рэйчел была на год старше меня в старших классах, но когда-то мы были хорошими подругами. Она призналась мне, что ей было трудно смириться с прошлыми отношениями Крейга и Кэди, несмотря на то, что они были подростками. Я не могу представить, что она, должно быть, чувствует сейчас.
— Насколько я знаю, нет. Я думаю — и надеюсь, — что это просто отголосок прошлого.
— Так будут думать люди о нас с тобой, — я со вздохом смотрю в окно. Может, мне всё-таки не всё равно, что думают другие.
— Не наше дело, что думают другие, точно так же, как не важно, что кто-то думает о Крейге и Кэди. Или о Крейге и Рейчел, если уж на то пошло.
Это правда, но принять это немного сложнее, когда речь идет о твоих отношениях. Даже если они фальшивые.
— Вот он. — Эйден притормаживает на грунтовой дороге в квартале от города, рядом с ручьем. Вдоль короткой подъездной дорожки растут деревья всех видов, а затем начинается небольшой участок площадью, вероятно, в три или четыре акра. Симпатичный одноэтажный дом в стиле коттеджа выглядит аккуратно и уютно: коричневая обшивка, окна с белой отделкой, а входная дверь выкрашена в мой любимый клюквенно-красный цвет. На крыльце даже стоит большой горшок с бархатцами.