Чтение онлайн

— Детка, я полицейский из маленького городка. Если бы меня беспокоило мнение других, я бы давно уволился.

На его телефоне раздается звуковой сигнал с сообщением, прежде чем я успеваю ответит, он хмурится, прочитав его.

— Все в порядке?

— Да, это просто Брен. Кое-что произошло, и он не сможет прийти сегодня вечером. Но сейчас у него есть несколько минут, поэтому он сказал, что встретит нас у твоих родителей.

— Сейчас? — мои щеки, на которых едва высохли слезы, заливает жар.

— Сейчас. — Кивает Эйден, засовывая телефон обратно в карман джинсов. — Ты уверена, что готова к этому?

— Нет, но буду. — Если я не буду думать обо всех воспоминаниях, связанных с Эйденом в доме моего детства, со мной всё будет в порядке.

Тринадцать лет назад…

ОЛИВИЯ

— Не говорите моей маме, но это картофельное пюре — просто бомба, миссис Бишоп. А запеканка из стручковой фасоли… — Эйден издаёт почти непристойный стон по другую сторону обеденного стола, и я прикусываю губу, чтобы не захихикать.

Несмотря на то, что он уже поужинал со своей семьёй на День благодарения пару часов назад, он принял приглашение моей матери поужинать с нами. Мне бы хотелось думать, что он просто хотел меня увидеть, ведь они с Бреном провели все каникулы в охотничьем лагере Эндеров, но я знаю, что не стоит питать иллюзий. За лето мы несколько раз тайком встречались, но с конца августа он уехал в колледж, и если не считать октябрьских выходных, мы почти не разговаривали, не говоря уже о том, чтобы украдкой целоваться.

— Мам, ты не против, если Эйден переночует у нас сегодня? Мы всё равно вернёмся в лагерь ещё до рассвета.

Мама качает головой, и пока они с Бреном обсуждают, где будут спать, хитрые голубые глаза Эйдана встречаются с моими. Под столом его ступни гладят мою голую икру, и я ёрзаю на стуле предвкушая, что это может означать.

Я не наивна и понимаю, что он живёт полной жизнью, как и любой восемнадцатилетний парень с новообретённой свободой. Но я не позволю этому знанию помешать мне тоже немного повеселиться. Особенно, когда речь идёт о парне, в которого я была влюблена почти половину своих семнадцати лет.

После того, как индейку и остатки угощений убирают, мама с папой едут к дяде Джо и тёте Кэнди, чтобы ещё раз перекусить, а я остаюсь с мальчиками. Они достают старую PlayStation Брена и играют в «Мэдден», а я сворачиваюсь калачиком в кресле и притворяюсь, что делаю домашнее задание, вместо того, чтобы пускать слюни на бицепсы и предплечья Эйдана. За те несколько месяцев, что он провёл в академии, он довольно сильно подкачался и мне не терпится протянуть руку и проверить, такой ли он твёрдый и горячий, каким кажется.

— Оливия! — крик Брена прерывает мои непристойные мысли, и я хмуро смотрю на него через всю гостиную.

— Обязательно так кричать? Боже!

Он закатывает глаза.

— Видимо, да. Я уже трижды просил тебя принести нам что-нибудь выпить.

На это я фыркаю.

— Не знаю, какие услуги ты получал в колледже, но здесь их не предоставляют. Если хочешь что-нибудь выпить, возьми сам.

Эйден смеётся.

— Единственная услуга, которую он получал, это от своей правой руки.

Брен бьёт Эйдена кулаком в грудь и тот падает на спинку дивана, одновременно стонет и смеется.

— Вот что говорит по этому поводу моя правая рука, придурок.

— Нет необходимости в насилии, Брендан. — Я произношу его полное имя, как это делает наша мама, просто чтобы позлить его, и это срабатывает. Он сердито смотрит на меня, поднимаясь на ноги и вслепую бросая свой геймпад на диван.

— Кто вообще делает домашнюю работу в День благодарения? — ворчит он, направляясь на кухню.

— Люди, которые действительно серьезно относятся к своему образованию, вот кто.

— Ты хочешь сказать, что я не из их числа? — кричит он из другой комнаты, в то время как Эйден вскакивает с дивана и подбегает к моему креслу. Одна его рука скользит по моему горлу, приподнимая мой подбородок, а другая зарывается мне в волосы, чтобы он мог прижаться своими губами к моим в торопливом, но страстном поцелуе, который заканчивается так же быстро, как и начался.

Он уже вернулся на свое место и настраивает новую игру, прежде чем Брен возвращается, оставляя меня размышлять о том, что, черт возьми, только что произошло.

— Ну что? — спрашивает мой брат, возвращаясь в гостиную с двумя банками «Пепси». — Ты думаешь, что я несерьёзно отношусь к учёбе?

Я облизываю губы, во второй раз пробуя на вкус Эйдена и улыбаюсь про себя.

— Я имею в виду, что ты идёшь учиться, чтобы стать полицейским. Это не так уж сложно.

Оба парня одновременно фыркают, и я хихикаю. Единственное, что я люблю делать больше, чем злить своего брата, — это целовать его лучшего друга, и сейчас это произошло в одну и ту же минуту. Я счастливая девушка.

— А я-то думал, что позволю тебе поиграть, — бормочет Эйден с другой стороны от Брена и от двойного смысла его слов я улыбаюсь ещё шире. Он никогда раньше не пытался ничего сделать с моим братом так близко, но что-то подсказывает мне, что сегодня он может решиться на это, и я бы тоже не отказалась немного испытать удачу.

Мои родители возвращаются домой через час, но вместо того, чтобы посидеть с нами в гостиной, они поднимаются наверх, чтобы посмотреть телевизор в своей комнате. Еще рано, едва перевалило за восемь, но я иду за ними и переодеваюсь в пижаму. Достаю из шкафа одеяло и подушку для Эйдена и спускаюсь вниз как раз в тот момент, когда Брен встает и потягивается.

— Я собираюсь быстро принять душ, а потом мы посмотрим фильм. Оливия, как ты думаешь, ты могла бы хоть раз в жизни перестать быть умницей и приготовить попкорн, не жалуясь?

Я бросаю Эйдену одеяло и подушку и прижимаю руку к груди в притворной обиде.

— Я — умница? Что ты имеешь в виду?

Мой брат качает головой, направляясь к лестнице.

— Просто приготовь этот гребаный попкорн.

Я хлопаю ресницами и хихикаю, когда он показывает фак.

Как только он скрывается из виду, Эйден улыбается.