Чтение онлайн

– Куда ты? Там опасно!

– Я скоро вернусь! Простите!

Вылетев на улицу, она стремительно перебежала её, пригибаясь, чтобы скрыться среди бегущих по домам людей от Ордена, и ускользнула в переулок. Где-то позади ещё доносились крики Альберта, но она не прислушалась к нему, стремясь быстрее добраться до места, откуда исходил зов. Она слышала такое и раньше, Жан всегда назначал ей встречи, вызывая в самые неожиданные моменты, но сейчас та сила, с которой он звал её, давала понять: ему нужна помощь. От обращения в зверя её удержала лишь одна мысль: она не может привести за собой Карателей.

Пробежав под аркой нищего района, она свернула за угол и упала на колени рядом с канализационной решёткой, обнюхивая землю. След запаха показал ей, что хозяину хватило сил укрыться в узком разъеме между стенами. Как ему удалось туда залезть, она не представляла, но вытащить его оттуда доставило трудов – он попросту там застрял. Подхватив его, она приподнялась и собралась уже тащить его, как чья-то рука коснулась её плеча. Страх сковал всё тело, опустив руку, она выпустила когти и собралась уже обернуться, как раздался обеспокоенный голос Альберта:

– Кто это?

Посмотрев в лицо толстяка, Фелиса выдохнула с облегчением.

– Нужно оттащить его в безопасное место.

Альберт приподнял лицо юноши и поражённо взглянул на неё.

– Это…

– Да. Помоги же!

***

Перезвон колоколов уже второй час беспокоил горожан. Весь Орден прочёсывал город, но попытки отыскать беглеца пока ни к чему не приводили. Капитан Корвин с негодованием думал о произошедшем и корил себя за невозможность что-либо исправить. Сейчас именно он, и никто другой, был повинен в гибели молодых парней, занимающихся охраной подземелий. Сжав кулаки, он окинул взглядом улицу, по которой сновали его подчинённые. Солдаты заходили в дома и обыскивали их, несмотря на протесты хозяев, после чего двигались дальше. Поиски уже почти закончились, а беглец так и не был найден.

Неужели ему удалось выбраться за черту города? – капитан вскинул голову и с удивлением обнаружил, что уже начинает светать. Эти бесплодные поиски заняли всю ночь. Сжав кулаки, Корвин резко развернул лошадь, пуская её в галоп. Не слушая удивлённые покрикивания, он ворвался в Верхний город и остановился только возле Собора. Тела погибших уже убрали, но кровь ещё не успели смыть. Капитан прошёл в двери и поспешил по коридорам. Ему было необходимо как можно быстрее осмотреть камеру. Всё началось там.

– Корвин, разве ты не должен быть в городе? – окликнул его Ривен.

– Пусти меня в камеру, - не тратя времени даром, мужчина сорвал с пояса коменданта ключи и, едва не срываясь в бег, спустился по лестнице. Начальник тюрьма поспешил за ним следом, недоумевая, что же случилось.

Ступив в коридор третьего уровня, Корвин замер на пороге. Здесь ещё не было убрано. Крови пролилось так много, что она хлюпала под ногами, словно он шёл по улице после обложного ливня, ступая по глубоким лужам. Тела заключённых и солдат смешались в одну кучу, изувеченные, словно их атаковало разъярённое животное. Остановившись возле камеры, мужчина прислонился плечом к решётке, рассматривая маленькое тёмное помещение. Чадящий в руках Ривена факел освещал висящее на стене тело. Оно было распято в прямом смысле слова. Запястья, лодыжки и горло пробиты дверными шарнирами, на которых труп и висел. Грудь распорота от низа живота до ключиц, надрез ровный, края раны раздвинулись в стороны, словно их специально развели, и открывали внутренности. Кровь уже вся вытекла, остались только синеватые потроха. Лицо несчастного искажено в гримасе боли, резали его ещё живым, как и прибивали к стене, а умер уже потом – то ли от болевого шока, то ли попросту истёк кровью.

– Похоже, он был последним, - тихо проговорил Ривен.

Капитан опустил голову и фыркнул себе под нос. И на что он надеялся, идя сюда? Неужели ждал, будто беглец оставит здесь подсказку, куда мог направиться? Как глупо. Снова подняв голову, он нахмурился, переводя взгляд с коридора на камеру и обратно. В чем смысл? Корвин шагнул внутрь, не сводя глаз с тела, затем внимательно обшарил труп в надежде найти хоть что-то, но роба была пустой. Ривен наблюдал с непониманием, впрочем, мужчину это мало беспокоило. Закончив с покойным, он перешёл к осмотру стены, пошарил по ней рукой, обводя пальцами едва различимые разводы крови, затем отступил на пару шагов назад, глядя на каменные плиты, словно на картину, требующую оценки. Застыв, будто громом поражённый, он сощурился в попытке вычленить среди кровавых отметин хоть что-то осмысленное. Трясущимися от зародившейся надежды руками снова провёл пальцами по стене.

– Факел!

Комендант тут же протянул ему требуемый предмет, Корвин осветил стену, не отрывая от неё руки. Линии были хаотичны, делались в спешке и наползали друг на друга, создавая некий первобытный хаос, среди которого с трудом просматривался некий порядок.

– Как твоё имя?.. – ошеломлённо прошептал капитан.

– Ривен, - в замешательстве отозвался комендант. – Корвин, с тобой всё в порядке?

– Да, - твёрдо отозвался капитан и повернулся к начальнику тюрьмы. – Сообщи Фарвену, что мне срочно нужно поговорить с ним. У меня важные новости.

***

Молчун с трудом уселся на лавке и прислонился спиной к стене. Голова закружилась, боль в ранах резанула с новой силой, и следом подступила слабость.

– Не двигайся! – прикрикнул Альберт, в его взгляде промелькнула лёгкая вина, такое выражение бывает у человека, которому придётся причинить боль. – Придётся потерпеть.

Юноша кивнул и стиснул зубы, чтобы не закричать, когда толстяк вырвал болт из его бока. Отбросив его в сторону, мужчина зажал рану тканью и поспешно потянулся за ниткой и иглой, после чего снова бросил тот же взгляд. Молчун откинул голову назад, едва сдерживая слёзы боли.

– Тебе ещё повезло, - пробормотал толстяк. – Второй выскочил, ты потерял много кровь, но раны не смертельные. Восстановишься быстро. Ошейник я тебе уже сбил, пока ты был в отключке, подумал, её надо освободить первой, вдруг да поможет с лечением. Ошибся, конечно, но кто ж знал, что она так истощена…

– Не во всём мне везёт… – хмыкнул Молчун, наблюдая, как Альберт забинтовывает его раны какими-то тряпками, пропитанными пахучими зельями. Когда толстяк закончил перевязку, в помещении наступила гнетущая тишина. Чувство неловкости стремительно нарастало, но ни один из них не знал, что сказать. Молчание нарушила Люси:

– Это правда ты?..

– Да, Люси, это я.

Женщина прижала ладони к лицу, глядя на него с ужасом.

– Господи, да что же такое… – пробормотала она, по щекам у неё поползли слёзы. – Мальчик мой…

– Значит ли это, что ты… – Альберт взмахнул рукой в воздухе и, получив в ответ кивок, замер. – Теперь ты увидел, что такое война? Посмотри, во что она тебя превратила, а ведь это лишь начало. Остановись, хватит. Ты своё сделал. Ты должен был умереть, но чудом выжил, так…

– Замолчи, - резко прервал его Молчун. – Ты гордишься тем, кто ты есть, почему же я не могу? Я хуже? У меня не совсем обычные способности, но внешне я не отличаюсь, и во мне тоже есть человечность. Я имею право бороться за себя. Когда меня пытаются уничтожить, я сражаюсь. Плевать, если я умру, такая жизнь и гроша ломаного не стоит. Но если я выживу, смогу встать среди толпы и закричать о своём происхождении. И никто не кинет в меня камнем…

– А что потом или ты серьёзно веришь в реальность равенства?

– Да класть я хотел на это твоё равенство, - холодно отозвался юноша. – Если даже мы уничтожим людей, мне уже всё равно. Я ненавижу их, Ал…

Услышав это, Люси вскрикнула и вскочила с места. Альберт кивнул Фелисе, прося девушку увести её, однако та не двигалась, глядя на Молчуна во все глаза. Она тоже не верила в происходящее.

– Мне нужно идти.

– И куда тебя понесёт?

– Пока не знаю, не уверен, что мне стоит делать. То ли скрыться, то ли… вернуться… Это слишком сложно в моём нынешнем положении.