Чтение онлайн

– Что происходит?

– Позовите стражу!

Голоса заключённых начали сливаться в один беспорядочный хаос. Некоторые громко забарабанили по решётке, вытягивая руки в пустой коридор. Двери по-прежнему оставались закрытыми, за ними царила тишина.

– Нас кто-нибудь слышит?

– Эй, часовой!

Спустя некоторое время замок на дверях громко щёлкнул. Этот звук уловили лишь немногие, и шум продолжился, а в коридор ворвались солдаты, вооружённые арбалетами. Вид стражи заставил заключённых угомониться.

– Что за гам подняли?

– Там кому-то плохо!

Стражники осторожно двинулись в сторону клетки, и тут один из них остановился, схватив шествующего впереди за рукав.

– Это из камеры вечного…

– И что теперь?

– Кто знает, что он задумал. А вдруг?..

– Просто проверим. Идём.

Уверенно подняв голову, солдат шагнул вперёд, приближаясь к решётке, за которой находился вечный. Подойдя ближе, он коснулся прутьев пальцами и поднёс к ним факел, стараясь увидеть, что же произошло. Солдат провёл факелом вдоль решётки и вздрогнул, уловив в темноте резкое движение. Вечный лежал на полу, схватившись за горло и, кажется, задыхался. Хрипя, он выгнулся на каменных плитах и забился, словно бы в судороге. В коридоре наступила гнетущая тишина. Солдаты ошеломлённо смотрели на происходящее и переглядывались, не решаясь зайти в камеру. Продолжая хрипеть, узник царапнул ногтями пол, оставляя в пыли следы пальцев. Установившееся с появлением солдат молчание вновь сменилось гвалтом.

– Да помогите же ему! – взволнованно кричали одни.

– Уберите его отсюда! – перекрикивали другие.

Солдат неуверенно повернулся к остальным.

– Что это с ним?

– Открывай дверь, - буркнул его товарищ и отобрал ключи, решив сделать всё сам.

Войдя в камеру, они остановились рядом с узником, не решаясь к нему прикоснуться. Тот продолжать брыкаться, подкатываясь с каждым движение всё ближе. Солдаты расступились в стороны.

– Освальд, переверни его.

– Почему я?

– Ты здесь самый младший.

Мужчина осторожно приблизился и попытался перевернуть заключённого носком сапога, тот мгновенно вытянул руки и ухватился за его сапог.

– Твою ж! – воскликнул в панике солдат, рванувшись назад. И тут же завалился на спину, потому что узник продолжал держать его. Под изумлёнными взглядами солдат, метузелла впился зубами в ногу их товарища и зарычал, как собака, грызущая кость. Не выдержав, один из солдат нервно хохотнул.
– Что вы смеётесь? Помогите мне!

– Тянем его! Тянем!

– Снимай сапог к чертям! Снимай!

– Освальд, ты как?

– В порядке, только сапога лишился, - произнес солдат, наблюдая, как узник пытается разодрать его сапог зубами. – И что нам с ним делать теперь?

– Оглушим и в палаты. Он явно болен.

– Он в там всех перекусает!

– А это уже будет не наша проблема.

– В сущности, ты прав. Пусть там с ним разбираются. Это работа целителей. Или священника.

– Только, как его оглушить? Он же по всей камере скачет, как сумасшедший.

– А ты ему второй сапог отдай.

– Нужна какая-нибудь длинная палка. Принесите алебарду, попробуем оглушить.

Молчун взвыл, увидев, как перед глазами замаячило древко алебарды.

– Держись! – рявкнул совсем рядом голос тени, и он продолжил биться на полу. Схватив оружие, солдат развернул его, чтобы не убить узника ненароком, и ткнул его в бок.
– Хватай!

Среагировал юноша мгновенно. Схватить древко алебарды, рвануть на себя и тут же обезвредить врага сильным ударом острия в горло. Мужчина захрипел, Молчун быстро добавил ему для профилактики удар в грудь и вскочил на ноги, ухватившись за оружие и направив его на оставшихся троих солдат.

– Сдавайся!

Юноша едва не рассмеялся. Он ударил резко, заставив врагов отпрянуть в стороны, и выскочил в коридор, едва успев увернуться от лезвия меча. Отпрыгнуть в сторону, пригнуться и нанести ответную атаку. Солдат успел крикнуть перед смертью. Молчун усмехнулся, надвигаясь на оставшихся двоих без сомнения и сожаления.

Прыжок вправо, острие алебарды устремляется в ненавистную фигуру со скрещёнными мечами на эмблеме. В коридоре уйти от атак было намного легче, чем в камере, да и развернуться было где, так что он действовал довольно свободно. Молчун старался двигаться как можно стремительнее, пытаясь заставить врагов раскрыться хоть на мгновение. Тело убитого ранее попало под ноги, и он рухнул, в последний момент осознав, что падение спасло от болта в горле. Поднявшись, смог дотянуться до стрелка алебардой. Раздался неприятный хруст, словно раздавили спелое яблоко. Стену окропили кровавые брызги. Солдат ещё жил, даже пытался бороться за свою жизнь, харкал кровью, держался за горло в тщетной попытке закрыть рану. К радости узника, его товарищ совершил большую ошибку. Кто бросается на помощь ближнему, когда речь идёт о собственной шкуре? Воспользовавшись моментом, Молчун атаковал его, и острие алебарды вгрызлось в тело человека. Узник с трудом устоял на ногах, наблюдая, как в его глазах застывает ужас, а по камням растекается тёмная лужа крови.

– Эй! Помоги нам! – раздался выкрик справа.

Узник остановился и вперил взгляд в тянущих к нему руки заключённых.

– Нам потребуются силы, - вкрадчиво шепнула за спиной тень зверя.

Молчун развернулся и посмотрел на тянущего к нему руки узника, после чего наклонился и сорвал с пояса стражников ключи.

***

– Действительно, - раздался чей-то голос совсем рядом.

Я поспешно отпрянул в сторону. Аня громко взвизгнула и спряталась за мной, а из темноты выступил немолодой мужчина в походной одежде. Я сощурился, пытаясь понять, кого он мне напоминает, и могли ли мы сталкиваться раньше, и чем больше всматривался, тем отчётливее вспоминал случай в Орлином гнезде. Спустя секунду, мимо промелькнуло какое-то движение, я едва успел увидеть тонкие потоки, скользнувшие за мою спину. Аня дёрнулась и упала. Я хотел было броситься к ней, но отвернуться от опасного противника не рискнул и остался на месте, осторожно выпуская на свободу потоки, и тут же направил их на противника. Мужчина дёрнулся, и на его губах появилась полная самодовольства усмешка.

Я едва успел заметить, как ко мне рванулись прозрачные нити, и меня согнуло пополам от боли. Как подкошенный я рухнул на пол, с ужасом наблюдая, как из тела дайтьи тянутся даже не нити, а целые потоки. С трудом превозмогая боль, я сделал единственное, что должен был - подхватил потоками острые камни и направил их в сторону врага. Кажется, дайтьи был удивлён, но всё-таки отбил атаку. Не везёт мне сегодня просто феноменально. И снова он заставил меня дико вопить от боли. Храбриться и сдерживать крик я не стал. Боль адская, чего уж там. Когда по какой-то причине он остановил пытку, я мгновенно вернул должок, вонзив ему в руку камень. Вот теперь он не был готов, не ожидал, что я оправлюсь так быстро. Да я и не оправился, всё дело в желании жить. Если хочешь – никакая боль не станет помехой. Дайтьи с руганью выдернул камень из запястья, на пол закапала кровь, от чего его потоки только увеличились в размерах.

– Неплохо, малыш, очень даже неплохо. Но попробуешь это сделать ещё раз, я тебя уничтожу.

И тут мне стало дурно. Сейчас он убьёт меня, потом прикончит Аню. И всё, наши тела больше никогда не найдут… Но дайтьи, казалось, вовсе не спешил убивать.

– Успокоился? – поинтересовался он, спустя мгновение. – Тогда пошли.

– Я не могу бросить её.

– Её доставят к воротам.

Мы прошли несколько шагов. Я посмотрел на дайтьи с недоумением, но тот безмолвно застыл на одном месте, глядя перед собой. В этот момент мне пришла в голову мысль, что сейчас идеальное время для атаки. Но я не смог справиться с ним раньше, с чего взял, что смогу теперь? Я отвёл взгляд, стараясь об этом не думать. Первое время ничего не происходило, потом в воздухе появилась яркая точка. Разрастаясь, она приобрела овальную форму и распахнулась. От краёв протянулись тонкие стенки, как у мыльных пузырей, кажущиеся такими же тонкими и ненадёжными. Дайтьи вошёл первым. Его фигура размылась, словно он оказался за неровной прозрачной поверхностью. Я чуть помедлил, а потом вошёл следом. Создалось впечатление, что внутрь меня протянули какую-то леску и потянули, заставляя двигаться. Я послушно, пока не увидел выход. Приземление вышло неприятным, я вывалился и кубарем скатился по холму. Когда остановился, мир перед глазами покачивался, меня подташнивало, а ноги тряслись как после сильного испуга.

– Так всегда бывает в первый раз, - произнёс дайтьи, помогая отойти в сторону и присесть.

– Где мы?

– В Лигии.

***

Поднявшись по лестнице, Молчун выглянул в окошко и дождался, когда патрулирующие коридор стражники разойдутся. В окошке мелькнула голова мужчины, он даже не взглянул сторону двери, уверенный, что ни один пленник не сможет бежать. Юноша выдохнул, прежде чем открыть дверь, скрип показался слишком громким, но стражник не обратил на него внимания, словно задумался о чём-то своём. Прятаться в коридоре было негде, да Молчун и не собирался этого делать. Отойдя в сторону, чтобы его не было видно в окошке, он ударил по двери кулаком.