Чтение онлайн

Наконец муки кончились.

Дрожа, я попытался подняться, надеясь, что победил, но едва смог оторвать руки от земли. Посмотрев вниз, с ужасом уставился на лапы, покрытые густой шерстью. Вместо человеческого облика был звериный. Огненно красная шерсть лоснилась и блестела в свете Золя. Грубая кожа обтягивала рёбра и кости. На небе смеялся Золь. Зверь покидал меня, разум человека медленно, но возвращался, поглощая в себе вторую сущность. Боль постепенно ушла в небытие, а мой внутренний мир содрогнулся от победного клича. Непроизвольно вздёрнув голову вверх, я издал вой, и лапы сами понесли меня в темноту.

Я понял, почему не мог одолеть Искру. Раньше я думал, что должен заставить этого зверя сдаться и признать поражение. Но мне не стоило ни сражаться, ни противиться – я только отталкивал её, не давая слиться со мной воедино.

***

Я тренировался над призывом Искры довольно долго, пока не почувствовал, как она зашевелилась. В тот же момент я рискнул потребовать у неё выпустить потоки.

О чём может думать человек, впервые оказавшийся возле воронки урагана или рядом с эпицентром цунами, или глядя на шаровую молнию в опасной близости? Наверное, в какой-то момент становится любопытно, что будет дальше, начинаешь сквозь страх бездумно восхищаться красотой бушующей стихии, одновременно желать и бежать без оглядки, и остаться, чтобы увидеть всё. Потоки - тонкие прозрачные нити, как рыболовная леска, спутавшаяся, неопрятная, опасная, поглощающая в себе, она текла по моим венам, становясь телом.

А потом выплеснулась наружу, и удержать её я не смог.

Когда удалось обуздать веселящуюся Искру, комната превратилась в настоящее поле боя. Всё порушено, вместо мебели обломки, всюду листы бумаги, перепачканные чернилами, летают перья из порванных подушек и матраса. И я среди этого великолепия. Но тот выговор, который устроили мне преподаватели, прибежавшие на грохот, не шёл ни в какое сравнение с тем, что я пережил, когда снова открыл книгу. Потоки могли разорвать и меня. И лежал бы я сейчас дымящимися кусками плоти… Да, нехорошо получилось бы.

После этого я стал более осторожным. Выполнял упражнения в точности, как описывалось, соблюдая технику безопасности. Постепенно занятия вошли в привычку, и я выполнял их, даже не задумываясь. Единственное, что беспокоило – отсутствие глав по обучению. Новый визит в хранилище не дал никаких результатов. Фелиса тоже не смогла пролить свет на вопросы - её познания ограничивались Клятвой. Если такие книги и были, они, скорее всего, находятся в Соборе, а пробираться в его хранилище слишком рискованно. Так что я тренировался самостоятельно и уже второй час сидел на полу и направлял потоки, заставляя поднимать и передвигать предметы. Войди сейчас кто-нибудь в мою комнату, у него волосы встали бы дыбом. В помещении плавали самые разные предметы. Крупные вещи мне пока не под силу было сдвинуть, но мелкие летали с самыми разными скоростями, то врезаясь в стены, то сталкиваясь друг с другом. А в центре сидел я, весьма довольный своими скромными успехами.

Дверь неожиданно распахнулась, и я, подскочив от неожиданности, повалил парящие в воздухе предметы на пол. Раздался жуткий грохот, а потом в комнату осторожно заглянула Аня.

– Жан? – она замолчала, разглядывая страшный бардак. – Что тут творится?

– Ничего, - уныло отозвался я. – С чем пришла?

– В Нижнем городе будет карнавал!

– И что?

– Я думала, мы пойдём вместе…

– У меня учёбы много.

– Да ладно тебе, хватит уже заниматься.

– Это же всего лишь один праздник из многих, какой смысл так радоваться?

– Знаешь, Жан, ты иногда до жути меня бесишь. Порой так и хочется пнуть тебя, да посильнее, чтобы проверить на прочность. Хватит делать вид, будто тебя мало что касается! Я уже устала от такого тебя, понимаешь? Я даже не знаю, как мне с тобой себя вести! Вроде ты и здесь, но всё равно витаешь где-то далеко.

Я едва удержался, чтобы не закатить глаза. Если Икар мечтал о даме сердца, то я страстно хотел стать совершенным в военном деле. Тренировки были моей слабостью. Пусть для многих это было странным, но занятия с мечом интересовали меня куда больше гуляний и отдыха. Но если Икар просто считал меня странным, то Аня вечно пыталась убедить меня в том, что излишние тренировки не нужны и навязывала задушевные разговоры. Я отказывался, она надувала губки, говорила, что я чёрствый, и уходила, после чего долгое время со мной не разговаривала. Я не спорил, в такие моменты у меня была более спокойная жизнь. Кайл был доволен моими успехами, и я не собирался его разочаровывать. По правде, я хотел выделиться среди безликой толпы. Стать сильнее, опытнее и больше никогда не признавать чужую силу. Пусть все признают мою.

Подумав, я решил, что лучше закончить это дело миром, иначе она никогда отсюда не уйдёт, ещё и продолжит эту бессмысленную и, что главное, совершенно беспричинную сцену.

– Прости. Просто на меня в последнее время слишком много навалилось.

– Просто постарайся быть… человечнее, что ли… Ты всё время тратишь только на тренировки и занятия, даже преподаватели начали волноваться. Цепешу, вне сомнений, нравится, но ты ведь знаешь, он и принца гонял сутками. Но даже он давал принцу отдых, а ты только занимаешься. Дай себе немного отдыха хотя бы сегодня.

– Ладно, ты права. Так действительно перегореть можно. Я пойду.

– Здорово, - она улыбнулась и, выскочив из комнаты, побежала в гостиную. Я же захлопнул дверь и тут же заперся, чтобы мне больше никто не мог помешать. До самого вечера меня оставили в покое и только когда начало темнеть, требовательно постучались. На этот раз я успел убрать вещи перед тем, как открыть. На пороге стоял Икар и солнечно улыбался, впрочем, его улыбка быстро угасла, стоило ему меня разглядеть.

– Ты в этом пойдёшь? – спросил он, окинув меня удивлённым взглядом.

– Да, я пойду в пижаме. Это ведь так нормально для меня.

– Да кто тебя знает. Одевайся, давай, я не хочу опоздать к началу.

– И куда вы только торопитесь, - я недовольно покачал головой, всей душой желая отвертеться от праздника и вернуться к делам. Как ни крути, а они куда полезнее. Не стоило уступать. Пусть лучше Аня дуется, зато я побуду в абсолютной тишине и спокойствии, может, сумею отработать какой-нибудь новый трюк. Одевшись, я раскинул руки в стороны.

– Ты что, на плац собрался? – хмуро спросил Икар, скептически на меня посмотрев.

Я небрежно пожал плечами, праздничного костюма не было, пришлось нацепить форму.

– И так сойдёт, - я махнул рукой, и мы пошли на выход.

Горожане потратили уйму сил на обустройство карнавала. Повсюду шли семьи с детьми и просто люди. Все одеты в праздничные наряды, а на лицах белые маски с небольшими рисунками по правой щеке – у одних бабочки, у других цветы или замысловатые узоры. На небольших площадках выступали артисты и фокусники. Где-то показывали спектакли, где-то под восторженные вопли толпы хвастались своими умениями акробаты. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что чего-то не хватает. Потом понял: не было никаких официальных выступлений, которые изобиловали на любых сборищах. Это был настоящий народный праздник. Аристократы, впервые участвовавшие в подобном событии, вели себя подобно детям - восторгались и хлопали, с радостными криками приветствовали наряженных артистов. Вокруг царила атмосфера веселья и всеобщего позитива.

Я с унынием огляделся. Вместо того чтобы продолжать тренировки, я должен сидеть на этой площади, теряя драгоценное время. А всё из-за чего? Из-за того, что одна молодая особа неровно ко мне дышит, и я не хочу её обижать. И почему меня вообще волнует, обидится она или нет?

Повернув голову, я обвёл взглядом площадь и злобно нахмурился, увидев, что Аня беседует с Тильром. Какого чёрта она разговаривает с ним, да ещё и светится от счастья, будто всю жизнь об этом и мечтала? Сразу захотелось подойти и испортить беседу, а то и вовсе наброситься с кулаками на аристократа. Единственное, что сдерживало - факт, что подобная выходка грозит неминуемым отчислением. Да и выглядеть будет так, будто я ревную. Ха, вот ещё! Я не могу ревновать Аню, да ещё и к Тильру! Но почему так хочется стереть его с лица земли?