Бывшие. Ошибка молодости
Шрифт:
Чувствую, как учащается сердцебиение, как приливает кровь к лицу, и… как внутри нарастает протест. Быстро, всё слишком быстро.
Туплю взгляд. Молчу. Борюсь с самой собой. И влюблённая часть меня побеждает доводы рассудка. Чуть подаюсь вперёд и утыкаюсь лбом в его грудь. Не знаю почему, но я ему доверяю.
Чувствую, как он облегчённо выдыхает, и свободной рукой прижимает меня к себе. Зарывается носом в волосы.
Не знаю, сколько мы так стоим – время для меня остановилось. Хочу, чтобы это продолжалось вечно, чтобы я могла неограниченно вдыхать его запах, чувствовать тепло его тела. Но нетерпеливый мальчишка, живущий в Егоре, явно куда-то торопится:
– Ну что, идём? – отстраняется, берёт меня за руку.
Покорно иду следом.
Заходим в чистый подъезд, и поднимаемся на второй этаж. Озираюсь. Дом относительно новый, и мне всё нравится. Хотя, я уверена, что даже если бы это была старая халупа, я испытывала бы те же чувства. Потому что для меня неважно, где я, главное – с кем.
Останавливаемся перед металлической дверью. Прежде, чем отпустить мою руку, Егор с улыбкой предупреждает:
– Даже не думай сбежать. Всё равно поймаю.
Улыбаюсь в ответ.
Достаёт ключи, и открывает дверь. Отступает в сторону, давая мне войти первой. Едва заметно улыбаюсь - я сегодня определённо кошка!
Вхожу в светлую прихожую, озираюсь, принюхиваюсь. Пахнет чистотой. Обстановка типичная: шкаф с зеркалом и открытая вешалка. Снимаю кроссовки и прохожу дальше по коридору. По пути заглядываю в попадающиеся двери.
Туалет. Ванная. Всё светлое, чистое. Ощущение, что перед моим приходом кто-то генералил квартиру. Напротив санузла находится проход в основную комнату, завешанный шторами из деревянных трубочек. Его я пока оставляю без внимания.
Коридор упирается в кухню. Маленькую, но уютную, с гарнитуром оранжевого цвета. Сразу мысленно даю ей имя: «Мандаринка». Улыбаюсь, оборачиваюсь. Егора не вижу. Выглядываю в коридор. Он всё ещё стоит у двери. Перекрывает мне путь к отступлению?
Спрашиваю удивлённо:
– Ты чего там застрял?
И по его взгляду вдруг понимаю, что он волнуется. Делюсь впечатлением в желании поддержать:
– Кухня – огонь!
Егор хмыкает и заметно расслабляется. Ставит сумку на пол, снимает кроссовки и убирает к моим. У меня на душе разливается тепло – люблю, когда мужчина аккуратный в таких мелочах.
Делаю шаг в коридор. Егор – мне навстречу. Смотрит в глаза. Замираем перед дверным проёмом в большую комнату. Наблюдаю как у него расширяются зрачки. Уверена, что мои сейчас ведут себя точно так же. Слышу стук собственного сердца – оно ускоряется. Чувствую, что ещё немного и стану красной как помидор. Потому что он слишком близко. И потому что сейчас мы войдём в комнату, в которой будем проводить не только дни, но и ночи.
Я для себя уже всё решила. Останусь с ним. И будь что будет! Лучше жалеть о сделанном, чем опять сокрушаться, что не дала нам шанса.
Егор аккуратно берёт меня за талию и медленно разворачивает ко входу. Но моя голова не хочет следовать за телом – я всё ещё смотрю на него. Сама уже пунцовая, с испариной над губой. Потому что в черепной коробке проносятся картинки будущей ночи, и у меня назревает паника.
– Я не кусаюсь, малышка. – произносит Егор с улыбкой. Дразнит: – Ну если только совсем чуть-чуть. Тебе понравится.
Провокация отзывается новым всплеском гормонов. Хочется убежать и спрятаться. Но Егор к этому готов – держит крепко.
Наконец разрываю зрительный контакт, поворачиваю голову и делаю шаг. Первое, что вижу: зона отдыха. Она небольшая: диван и телевизор на тумбочке. Вторая половина комнаты отделена густым тюлем. Но сквозь него просматривается двухспальная кровать с двумя тумбочками по бокам.
Спешу отвернуться. Аккуратно убираю ладони Егора с талии. Мне жарко, и жутко неудобно. Чувствую себя легкодоступной девицей. Хочу уйти.
Егор не пускает. Тянет к себе. Упираюсь.
– Ты чего испугалась, дурёха? Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать.
Всё-таки притягивает, прижимает к груди. Я ещё какое-то время сопротивляюсь, но потом затихаю. Его близость меня успокаивает. Но мне всё ещё стыдно на него смотреть.
– Есть хочешь? – обыденный вопрос окончательно развеивает напряжение.
Качаю головой.
Вздыхает.
– А я так старался. Картошки натушил, огурчики солёные открыл. Домашние.
От перечисленного рот наполняется слюной. Смеюсь. И наконец решаюсь поднять лицо.
– А ты умеешь уговаривать. – Всё ещё улыбаюсь. Он тоже улыбается. И неожиданно чмокает меня в нос.
Эта выходка возвращает меня в детство – так целовал меня Дима, когда хотел успокоить. Улыбаюсь ещё шире.
– Пойдём мыть руки. – Егор подталкивает меня в направление ванной.
Здесь тесновато для двоих, и потому мы постоянно находимся в контакте телами. Это волнительно, и Егор старается разбавить эти чувства детскими проказами. Посадил мне на нос пену, и хохочет как мальчишка. В отместку намыливаю ему пол лица.
За столом тоже весело. Сегодня я ещё тут гостья, и он за мной ухаживает, всё время рассказывая что-то забавное. А я любуюсь, и в перерывах между смехом задаюсь вопросом: как я могла его не заметить? Он же идеальный.
Едим. С подачи Егора огурец у нас всегда один на двоих: сначала он даёт откусить мне, потом откусывает сам. Понимаю, что приручает, и не сопротивляюсь.
Посуду убираем вместе. Получается слаженно. И я всё чаще ловлю себя на мысли, что мы с ним созданы друг для друга. Мне нравится в нём всё без исключений. Думаю, и ему также – потому он так смотрит, что у меня внизу живота всё сжимается.
– Чем займёмся? – спрашиваю, когда все дела переделаны, и ещё не успела вернуться неловкость.
– Вариантов на самом деле немного. – Тут же отзывается Егор. – Гуляем, катаемся, или целуемся.
И смотрит так, что я понимаю: он уже выбрал. Последнее. Уши мгновенно начинают пылать. И я спешно выдаю:
– Хочу посмотреть микрорайон. – И уже более спокойно добавляю: - А то, пока ехали, я потерялась – не пойму, где мы находимся.
Егор всё понимает правильно, усмехается. Но не спорит.
– Гулять, так гулять. Романтику оставим на вечер.
Первая бегу обуваться. И первая выскакиваю в подъезд.