Чтение онлайн

Для него это как сигнал на старте. Теперь его поцелуи становятся требовательными, а руки более смелыми — он гладит и сжимает мою грудь, ягодицы, прижимает к себе так, что я чувствую горячую сталь его органа.

– Сядешь сверху?
– хрипит на ухо.

Вообще не понимаю, что должна делать, но едва заметно киваю.

Просыпаюсь от лёгкого поцелуя в губы. Хмурюсь, силясь понять: это сон или явь? Поцелуй повторяется, и я с усилием разлепляю веки. На меня смотрят счастливые ореховые глаза.

– Извини, не удержался. Ты такая милая, когда спишь. – Егор улыбается.
– И губы смешно отставляешь.

– А бодрствующая значит не милая? – смотрю на него серьёзно. Мозг всё ещё до конца не проснулся, но уже вяло подкидывает картинки прошедшей ночи. Чувствую, как кровь медленно приливает к лицу.

– Всегда милая… Как себя чувствуешь, малышка? – Егор всматривается, внимательно следит за мимикой.
– Хочешь чего-нибудь: чай, кофе? Может голодная?

– Я ещё не проснулась, какая еда? – наконец справляюсь с нахлынувшим стеснением.

Но это ненадолго. Егор берёт мою руку и кладёт себе на пах — там всё каменное. И сообщает спокойно, как нечто обыденное:

– А я вот опять голодный. Что ты со мной делаешь, развратная девчонка?!

Это я-то развратная?!

Остатки сонливости как ветром сдувает. Пучу глаза, пыхчу, и пытаюсь убрать руку.

А этот паразит смеётся, не отпускает, прижимает крепче. Сначала только руку, а потом и меня целиком.

– Лер, правда очень хочу. Ты на меня действуешь как возбудитель. Давай, а?

Утыкаюсь лбом в его грудь, и чувствую, как отступает странная смесь возмущения со смущением. Да и руку наконец получается убрать. Правда, теперь его желание ощущаю животом. И понимаю, что не готова этим заниматься при дневном свете. Но только морально. Физически тело уже отзывается на его тесную близость, на настойчивость рук, мнущих ягодицы, и крепко прижимающих меня к месту желания. Чувствую, как твердеют и делаются сверхчувствительными соски, как внизу живота появляется приятная тяжесть, как сыреет там, куда он так стремится.

Да это я ему должна говорить фразу о возбудителе! Даже его дыхание умудряется разжечь в моём теле огонь.

– Лерка, милая, меня сейчас разорвёт. Ну, пожалуйста…

Перекатывает меня на спину, нависает сверху. Коленом раздвигает ноги. Устраивается между ними. Но главного не делает.

– Лер, не молчи. Можно?

А я лежу зажмурившись. И для надёжности закрепляю нелогичную оборону: ладошками закрываю лицо. Меня тоже рвёт на части: от конфликта морали и физиологии. Чувствую, как Егор подбирается к соску, целует, берёт в рот, посасывает и легонько покусывает. Не могу сдержать стона.

Он на мгновение прерывает пытку. Уверена, что смотрит на меня.

– Лер? Разреши. – в голосе столько мольбы. – Ты согласна?

– Угу. – мычу сквозь ладошки и стиснутые зубы.

Ему не нужно дважды повторять. Чувствую, как он медленно и в то же время уверенно проникает внутрь, заполняя до предела. Замирает.

– Тебе не больно?

Качаю головой, всё ещё прячась. Сегодня и правда ощущения другие. Если вчера я испытывала только боль и страх, то сейчас лишь едва ощутимое пощипывание. По моему телу волнами растекается приятное тепло. Каждое его микродвижение заставляет вздрагивать, поджимать от удовольствия пальцы ног.

Егор начинает двигаться, и я понимаю, что моё тело мне больше неподвластно: руки самовольно покидают пост, чтобы перекочевать на его упругий зад. Губы становятся такими же чувствительными как навершие груди, и приоткрываются. С них срывается стон удовольствия. Который Егор тут же ловит своими губами…

Когда всё заканчивается, отваливается в сторону. Тяжело дышит, но выглядит довольным как слон.

Я прислушиваюсь к себе, к тому, как постепенно замедляются горячие волны, только что заставляющие моё тело выгибаться навстречу ласкам и движениям. Кошусь в сторону неугомонного самца. Он тут же притягивает к себе, коротко целует в губы, укладывает голову на плечо.

– Лерка, ты огонь! Я раньше думал, что так не бывает в жизни, чтобы люди так совпадали – словно две половинки одного целого, а теперь знаю, что бывает. Мне хорошо с тобой…

Чуть отстраняется. Уточняет:

– Я сейчас не только про секс. – следит за моей реакцией.

Розовею, но тоже признаюсь:

– Мне тоже с тобой хорошо.

Прижимает к себе, вдыхает аромат волос. А я тяну запах его тела. Мне он безумно нравится. Даже не подозревала, что тело человека может приятно пахнуть даже после того, как он активно потел.

– Ты извини, что я вчера на тебя давил. Просто понял, что по-другому к тебе не подобраться. Ты словно улитка – стоит приблизиться, сразу прячешься в свой домик. Да, мы мало знакомы, но мне кажется, что я знаю тебя всю жизнь. А может мы и в прошлой были вместе.

У меня тоже такое же чувство. И в остальном он прав. На все сто процентов. Ходи он вокруг меня кругами хоть целую вечность, так бы ничего и не выходил. А так разом добился желаемого, и разогнал все мои страхи и сомнения.

Улыбаюсь. Тому, что он понимает меня даже лучше, чем я сама.

– Ты меня простишь? – продолжает допытывать Егор. Заглядывает в лицо, смотрит с надеждой.

– Уже. – пытаюсь подавить улыбку, но губы упорно растягиваются.

– Чему ты улыбаешься?

– Просто счастлива. – пристально смотрю в так быстро ставшие родными ореховые глаза. Наблюдаю, как расширяются зрачки. Я читала, что это реакция на сильные чувства и эмоции. В душе разливается тепло — он правда чувствует ко мне не только сексуальное влечение.

– А теперь действительно пора вставать. – командует Егор. – Я голодный как волк.

Пока Егор застирывает испачканную простынь, я стелю чистую и пытаюсь успокоиться, перестать краснеть и корить себя за содеянное. Задаюсь вопросами: я теперь всегда буду испытывать чувство вины после занятия сексом? Это вообще нормально? Почему-то мне кажется, что так не должно быть…

Три дня пролетают незаметно. Всё это время мы не выходим из дома. Смотрим фильмы, занимаемся любовью, едим, моемся. Он не отходит от меня ни на шаг. Постоянно обнимает и целует. На моём теле уже не осталось места, где Егор не побывал своими губами. И мне это уже не кажется таким уж противоестественным.