Чтение онлайн

Беру полотенце и мыльно-рыльные принадлежности. Радуюсь, что и в этот раз не изменила себе, и, собираясь к родне, прихватила с собой всё для личной гигиены.

Присаживаюсь на диван в ожидании своей очереди. Включаю телевизор, листаю каналы. Сквозь фоновый звук слышу, что Егор меня зовёт.

Срываюсь. Но перед дверью замираю. Куда я собралась? Он ведь там голый.

Приоткрываю дверь и не заглядывая спрашиваю:

– Звал?

– Ага. Потрёшь спину?

Зависаю. Как он себе это представляет?

– Лера! – зовёт настойчивей. – Я сам не справлюсь, и так уже почти весь бинт намочил.

Точно! У него же рука забинтована. Робко вхожу в комнату, упорно глядя в противоположную от Егора сторону. Протягиваю руку за шторку, показываю ею требовательный жест. Слышу, как шторка отъезжает. Зажмуриваюсь, и даже чуть-чуть втягиваю голову в плечи, словно ожидая чего-то ужасного.

– И как ты планируешь мне спину тереть? На ощупь? Или ты предлагаешь мне спиной потереться о мочалку в твоей руке? – смеётся. – Лер…

Стою. Краснею и бледнею. Всё ещё не решаясь открыть глаза.

– Обещаю, что не буду поворачиваться. – пытается договориться. – Даже если будешь умолять.

Фыркаю:

– Вот ещё! Не дождёшься. Отворачивайся!

Приоткрываю один глаз, медленно поворачиваю голову.

Стоит. Шикарный. С такого только скульптуры лепить. Пользуюсь тем, что он меня не видит. Но всё же стараюсь сильно не пялиться на упругую попу. Шагаю ближе.

– Может ты сядешь на край ванны? Я не дотянусь до плеч.

Послушно садится. Тру, касаясь спины только мочалкой.

Минуту тру, две, три. Я уже вся вспотела, и руки начали уставать, а он всё молчит. Не выдерживаю:

– Достаточно?

– Нет.

– Ты уже чистый.

– Знаю. Просто мне нравится чувствовать твои прикосновения. По-другому ведь ты этого делать не станешь.
– Не спрашивает, утверждает.

Молчу. А что мне ему сказать? Что я уже не уверена в этом? Что мне понравилось его касаться, даже вот так целомудренно – мочалкой? Или может поделиться описанием картинок, упорно всплывающих в голове, и заставляющих потеть сильнее, чем от натуги?

Вешаю мочалку ему на плечо, и порываюсь выскочить из ванной. Но реакция у Егора отличная – успевает схватить за руку. Тянет на себя. Он уже сидит вполоборота. Ещё немного, и мои бесстыжие глаза против моей воли опустятся туда, куда я изначально смотреть вообще не планировала.

Упираюсь, но наши силы неравны. Он выигрывает это сражение, и я оказываюсь слишком близко — уже сижу рядом. Практически прижатая к мокрому горячему телу. Чувствую, как под ладонью бьётся его сердце, как губы накрывают мои.

Поцелуй длится целую вечность, и, в конце концов, заставляет меня расслабиться. Руки сами скользят по груди вверх, и обхватывают крепкую шею. Мне кажется, что моё тело живёт своей собственной жизнью – отдельной от мозга и его заморочек. И оно у меня оказалось не таким пуританским, как моральные установки. Соски уже затвердели и превратились в оголённый провод, а трусики намокли совсем не от пота.

Ловлю себя на мысли, что хочу продолжения.

И Егор словно это чувствует, разрывает поцелуй, и хрипло шепчет:

– Хочу тебя, Лер. Как никого и никогда не хотел.

От его признания в голове словно что-то включается. Широко распахиваю глаза, чуть отстраняюсь и зачем-то смотрю вниз.

Сомнений не остаётся: не врёт. Хочет. Да так, что у меня пропадает дар речи. Его орган слишком большой. Уверена, что он во мне не поместится при каких условиях. Во мне просто нет столько свободного места.

Егор тихо смеётся. И до меня наконец доходит, что я пялюсь, выпучив глаза.

– Лер, ты заставляешь меня переживать совершенно незнакомые чувства. Впервые мне стыдно за то, что должно вызывать чувство гордости.

Прочищаю горло, всё ещё косясь на внушительное мужское достоинство, и выдаю:

– Можно я пойду? Мне нужно переварить увиденное.

– Нет, Лер, нельзя. Если я тебя сейчас отпущу, ты снова залезешь в свою незримую раковину, из которой тебя очень трудно достать. Ты останешься здесь. И мы будем вместе принимать душ. Или ванну. Выбирай.

– А третий вариант есть? – наконец «налюбовалась» его интимным местом и теперь смотрю в глаза щенячьим взглядом.

Качает головой, и делает попытку снять с меня футболку. Скрещиваю руки на груди, создавая непреодолимое препятствие. Ну, как преодолимое? Как оказалось для Егора нет ничего непреодолимого – он стягивает футболку со спину через голову, и я остаюсь с нею на руках. Ищет застёжку бюстгальтера. Сижу частично поверженная, но довольная. С вызовом выдаю:

– Сюрприииз.

Мой спортивный бюстгальтер не имеет застёжек, он — эластичный топ.

– Лер, ну что ты как маленькая? – возмущается Егор, а сам при этом порывается расстегнуть пуговицу на джинсах. Дергаю руками, чтобы ему помешать. Запутываюсь в футболке, и Егор этим бессовестно пользуется: под предлогом помощи стаскивает её и кидает в сторону.

Смотрю на него с укором. Но он сейчас не прошибаем. Пытается заглянуть в вырез топа. Снова прижимаю руки.

– Ну Ле-ер… - тянет как ребёнок. – Тебе нечего стесняться: у тебя шикарная фигура, и красивая грудь…

– И что? Может мне тогда по городу голышом ходить?

– По городу не надо. – хитро улыбается паразит. – А вот по квартире можешь.

Представляю и краснею до кончиков ушей. Потому что воображение дорисовало мне в пару такого же голого Егора.

– Лер, ну так не честно. Ты у меня уже всё видела, а я у тебя ничего.

– Так ты сам всё выставил на обозре…

Договорить не успеваю, потому что этот хитрый лис, снова лезет целоваться. А в следующее мгновение понимаю, что это всего лишь отвлекающий манёвр – на меня льётся ледяная вода.

Дёргаюсь, пищу, и сваливаюсь в ванную, спиной вперёд. Егор успевает придержать, чтобы не ударилась. Выключает воду. И, конечно же пользуется моментом: стаскивает с меня джинсы, и тут же отправляет их к футболке. А поскольку в такой позе я сопротивляться не могу, как и выбраться самостоятельно из ванны, то просто лежу, зло соплю и пытаюсь убить его взглядом.

Егору мой злобный взгляд, что мёртвому припарка. Невозмутимо встаёт, закрывает слив, и открывает воду. Настраивает температуру. Льёт пену для ванны.