Чтение онлайн

Вместе с тем официальное следствие, проводившееся и в 1990-х годах, и ныне, продолжает настаивать на том, что созданное летом 1918 года захоронение в Поросенковом Логу до его вскрытия группой Авдонина — Рябова не подвергалось стороннему вмешательству. Соответственно, не может идти речи и о выемке/закладке каких-либо останков и вещественных доказательств, кроме как в 1918 и 1979–1980 годах.

Осенью 2015 года академик, доктор исторических наук B. В. Алексеев, ранее входивший в состав правительственной комиссии 1990-х годов под руководством Б. Немцова, в материале «Без исторических документов подлинность Царских останков не определить», опубликованном на интернет-ресурсе Православие.ру [180] , так определил круг основных проблем, препятствующих объективному исследованию «екатеринбургских останков» и событий лета 1918 года в целом. Приведу здесь обширную выдержку из этой публикации:

«Тут встает второй выше поставленный вопрос — истолкование археологических материалов. Они прошли через множество генетических экспертиз с безапелляционным выводом: останки царские. Конечно, генетика дает высокоточные и чаще всего верные результаты, тем более что в нашем случае они получены широко известными и авторитетными специалистами, но останкам-то без малого ТОО лет, а отложились они при очень сложных исторических обстоятельствах. В таком случае требуется корреляция полученных генетических доказательств с историческими документами того времени. Она может подтвердить, а то и опровергнуть их.

Однако следствие по уголовному делу относительно найденных останков категорически, но с нарушением норм российского законодательства отказывается от такой корреляции. Еще в ходе работы Правительственной комиссии по идентификации предполагаемых царских останков (1993–1998) мною неоднократно ставился вопрос об их исторической экспертизе, но он безосновательно отвергался. Мою позицию поддержал и профессионально мотивировал известный юрист профессор А.И. Бастрыкин в своих публикациях и в докладе научной конференции «Царское дело и Екатеринбургские останки» (Царское Село, апрель 1998 г.). Он пишет: «Один из авторитетных членов Правительственной комиссии — директор Института истории и археологии Уральского отделения Российской академии наук, академик РАН В.В. Алексеев обращался к Правительственной комиссии с предложением провести историческую экспертизу обстоятельств расстрела и захоронения Семьи Романовых силами специалистов возглавляемого им института. Однако по инициативе следователя Генеральной Прокуратуры В.Н. Соловьева данное предложение было отвергнуто. Такое решение является ошибочным…» Далее на шести страницах обосновывается суть и следствия этой ошибки, делается вывод: «Назначение такой экспертизы снимет возможные обвинения в адрес следователя, который при изучении исторических источников подменил собой экспертов-историков». Подмена привела к тому, что вместо профессиональной исторической экспертизы появилась элементарная историческая справка о гибели Царской Семьи. Допущенную ошибку необходимо исправить.

Начинать придется с привлечения дополнительных документов и критики источников (третий из вышепоставленных вопросов). Основополагающей базой следствия Соловьева являются воспоминания Я. Юровского, что не выдерживает критики. Во-первых, воспоминания в исторической науке не считаются вполне достоверным источником. Во-вторых, в данном случае они представлены главным преступником и по определению не заслуживают доверия. В-третьих, о месте сокрытия жертв преступления сообщается в дописке неустановленного времени и сомнительного назначения. Сопутствующие воспоминания подельников преступления, за очень малым исключением, подозрительно лежат в плоскости позиции его организатора.

Заместитель председателя Совета народных комиссаров СССР Л.П. Берия

Не служит ли всё это попыткой пустить следствие по ложному следу? Тем долее что другой альтернативы оно не предложило…

К сожалению, официальный отчет о гибели Царской Семьи не обнаружен до сих пор.

Проверить эти и многочисленные другие факты трудно, но к этому надо стремиться. Недавно обратил внимание на сноску в книге Д. Волкогонова «Ленин — жрец террора», где называется любопытный документ «Материалы предварительного следствия по делу об убийстве императора Николая Александровича» (Архив Военной прокуратуры РФ). Если получить доступ к нему, то, вероятно, можно будет многое прояснить.

Генерал-полковник Б.З. Кобулов

Или другой документ. В архиве Свердловского управления КГБ лежит директива за подписью заместителя Л. Берии Б. Кобулова, в которой ставится задача возвращения к проблеме гибели Царской Семьи, но итоги ее исполнения недоступны исследователям. В печати появилось сообщение хорошо информированного профессора Дипломатической академии РФ В. Сироткина о том, что в 1946 году И. Сталин поручил соорудить под Екатеринбургом «могилу» расстрелянной Царской Семьи. Эту операцию под названием «Крест» курировал его ближайший соратник В. Молотов (Мир истории. 2002. № 12. С. 39). Как эта могила соотносится с той, что вскрыта в 1991 году в Поросенковом Логу?»

Тут необходимо отметить, что в публикации покойного ныне В.Г. Сироткина (1933–2005) не содержится конкретных библиографических отсылок к источникам, которыми он пользовался. Нам не удалось нигде встретить ни упоминаний об операции «Крест», ни о ее «кураторстве» со стороны Молотова. Тем не менее косвенные, но неопровержимые свидетельства того, что советские спецслужбы интересовались местом «царского захоронения» только не в 1946, а в 1945 году, удалось обнаружить.

Как уже упоминалось, А.П. Мурзин в 1997 году в своем «Открытом письме» писал о рассказе Ермакова:

«А в 1945 г. его вызвали в Москву. Был принят в аппарате «самого товарища Берия». Дотошно выспрашивали его обо всем, связанном с казнью царя. Почти год велось новое следствие. И под мостиком раскопали «могилу», в которой наткнулись на какие-то кости. Ермаков, узнав об этом, был немало удивлен. Однако убеждения своего не изменил, твердо сказав нам мартовским днем 1952 г.: захоронение в этом месте Юровский производил в 1919-м…

… Лишь пару месяцев назад я узнал наконец: в 1952 г. рассказ Ермакова о следствии по «царскому делу» в 1945–1946 гг. не был его фантазией! О материалах следствия докладывал в Академии наук директор екатеринбургского Института истории и археологии академик В.В. Алексеев. Он сообщил мне, что следствием руководил заместитель Берии Б.З. Кобулов.

Что же так тянуло к скромному мостику на Коптяковской дороге наши хитроумные спецслужбы? Вот сколько раз они рылись там: в 1919 г. — Я.М. Юровский, в 1945–1946 гг. — Свердловское управление НКГБ, в 1979 г. — ретивые «энтузиасты» Г. Рябов и А. Авдонин (по наводке главы МВД СССР Н.А. Щелокова), в 1980 г. — они же, в 1991 г. — «официальная» команда, изъявшая из захоронения останки. Причем вновь в глубочайшей тайне от народа и Церкви».

Сторонники официальной версии утверждают [181] , что «никаких документальных подтверждений «операции «Крест» не было и нет. Действительно, в конце Великой Отечественной войны у советских спецслужб появился интерес к российскому императорскому дому. Но объясняется он очень просто: когда Красная армия вступила на территорию Третьего рейха и его сателлитов, Смершу были поручены поиск и конфискация любых ценностей, принадлежащих находившимся за границей членам Дома Романовых. В связи с этим спецслужбы в 1944 году и затребовали документы, относящиеся к этой теме. Какие-либо данные о том, что поиски ценностей были связаны с посмертной судьбой останков, в архивах отсутствуют».

Служебная переписка НКВД в Свердловске (ныне — Екатеринбург) по «царскому делу» в-апреле 1945 г.

Более того, на конференции в Сретенском монастыре, прошедшей в октябре 2017 года, бывший директор архива ФСБ В.С. Христофоров уверял, что никаких документов за 1940-е годы по Романовым не найдено и, более того, не найдено даже документов, которые хотя бы косвенно говорили о работе НКВД и Кобулова в этом направлении.

Однако в том же ГАРФ в свободном доступе лежит документ: «Переписка по выявлению документальных материалов о судьбе последней царской семьи Романовых 43 листа (12.1945)» [182] .

Кроме того, сторонники официальной версии лукавят еще больше, поскольку дело, порученное Кобулову, отнюдь не ограничивалось «поиском ценностей», а стало полноценным разбирательством НКВД/НКГБ по делу семьи Романовых. Вот лишь несколько фактов:

1. Весной 1945 года генерал-полковник Богдан Захарович Кобулов (1904–1953) еще не занимал пост начальника Главного управления советским имуществом за границей. Его перевели на эту должность лишь в 1946 году. И это стало для него полной неожиданностью (судя по его личному письму Сталину). Весной 1945 года он был заместителем народного комиссара НКГБ СССР Л.П. Берии.