Чтение онлайн

— Хозяйка просит вас к ужину.

Мы с Эльзой переглянулись. — Пора.

Мы спустились в большой зал. Он оказался огромным. Длинные столы тянулись по центру, а в стороне горел очаг, над которым сейчас жарился целый поросёнок на вертеле. Вокруг суетились слуги, расставляя блюда и наполняя кувшины.

Стол был накрыт от всей души. На нём теснились деревянные блюда с жареным мясом, жирным, с хрустящей корочкой. Рядом стояли миски с золотистой кашей, явно сдобренной маслом, глядя на которую у меня текли слюнки. И белый, и ржаной хлеб горками лежал на специальных подносах. Запечённая рыба, мочёные ягоды, квашеная капуста, репа в меду, несколько видов сыра. Я насчитала не менее десяти больших кувшинов с элем.

Мой желудок, который последние недели питался овсянкой и похлёбкой, радостно заурчал при виде этого великолепия, и мне стоило немалых усилий сохранить на лице выражение светской учтивости, а не голодного волка, наткнувшегося на отару овец.

Эйнар стоял во главе стола и ждал только нас.

— А вот и гости! — зычно объявил он, и все, кто сидел за столом, повернулись в нашу сторону. Торбранд уже был на месте и сидел по правую руку от хозяина дома, успев переодеться в чистую тунику. Олаф сидел рядом с ним. Дружинники расположились дальше по столу, среди людей Эйнара.

— Лиза! — Эйнар указал на место по левую руку от себя. — Проходи сюда, ко мне.

Это было самое почётное место, по левую руку от хозяина дома. Я краем глаза глянула на Эльзу, и та едва заметно кивнула, мол, иди, всё ты делаешь правильно. Я прошла вдоль стола, чувствуя на себе десятки взглядов, и присела на указанное место. Эльза устроилась рядом со мной.

Скамья была широкой, застеленной мягкой овчиной. Я выпрямила спину и, положив руки на колени, осмотрелась.

И тут из боковой двери появилась женщина, Сигрид, жена ярла Эйнара.

Она оказалась высокой, почти одного роста со мной, и безупречно красивой. Светлые волосы были убраны под расшитую серебром хюфу. Узкое лицо с высокими скулами и прямым носом. Глаза голубые, прозрачные, как лесные озёра. Она была одета в тёмно-бордовое платье из тонкой шерсти, перетянутое серебряным поясом, а на груди лежала тяжёлая овальная брошь с рунической вязью.

Она вошла в зал и остановилась, окидывая стол хозяйским взглядом. На мне её глаза задержались ровно на три секунды.

— Сигрид, — Эйнар подошёл к ней и протянул руку. — Подойди, познакомься с нашими гостями.

Она грациозно подошла и встала рядом с мужем, положив руку на его локоть.

— Торбранд, познакомься с моей женой, — сказал Эйнар с гордостью в голосе. — Сигрид, это ярл Нордхейма, сын моего старого друга Харальда.

— Ярл, приветствую вас, — Сигрид слегка склонила голову. — Мой дом — ваш дом. — Голос у неё оказался на удивление мелодичным.

— Благодарю, госпожа Сигрид, — ответил Торбранд, и я заметила, что он держится с ней подчёркнуто учтиво, как с равной.

— А это, — Эйнар повернул Сигрид ко мне, — гостья из далёких южных земель. Лиза.

Наши глаза встретились и мне удалось её оценить. Она была из тех, кто прощупывает тебя взглядом, сразу выискивая слабые места. Также я знала, что первые десять секунд определят всё. Нельзя показывать слабость, и не нужно демонстрировать силу, так как это погубит общение на корню. Тут нужно было что-то третье, более безопасное.

— Госпожа Сигрид, — начала я, вложив в голос нотку искреннего уважения. — Позвольте сказать, что ваш дом я считаю одним из самых красивых мест, что я видела за всё время своего путешествия. Чувствуется рука хозяйки, которая знает цену каждой мелочи. Я очень ценю ваше гостеприимство.

Сигрид чуть наклонила голову. По её лицу по-прежнему было невозможно понять, рада ли она гостям или мечтает, чтобы мы провалились сквозь землю. Но её пальцы на локте мужа едва заметно расслабились, я видела.

— Благодарю, — ответила она. — Присаживайтесь. С дороги вы, должно быть, голодны.

Она села напротив меня, по другую сторону от Эйнара, и весь её вид говорил, — я тебя вижу, я тебя оцениваю, и ты ещё не заслужила моего расположения. Что ж, честно. Я бы на её месте думала то же самое.

Эйнар поднялся, и шум в зале мгновенно затих. Он взял серебряную, с чернёным узором кружку и поднял её.

— Боги, — начал он, и его голос заполнил всё пространство в зале, — мы благодарим вас за этот стол, за крышу над головой, за друзей, которых вы привели в наш дом. Пусть хлеб будет свежим, эль крепким, а разговоры честными. За наших гостей! За ярла Торбранда и его спутников! До дна!

— До дна! — грянул зал.

Я подняла свою, до краёв наполненную тёмным элем и стала медленно пить. Эль с горьковатым ореховым привкусом и ощутимой крепостью. Я смогла отпить половину, вспомнив наказ Эльзы, и поставила кружку на стол.

Торбранд выпил одним долгим глотком.

— Хороший эль, — сказал он.

— Хороший? Это всё, что ты можешь сказать? — Эйнар хлопнул ладонью по столу. — Да у меня лучший эль во всём побережье! Мой пивовар пьяница, конечно, каких свет не видел, но гений! Я его за это прощаю!

За столом послышался смех, и обстановка сразу стала легче. Слуги начали разносить блюда, и люди потянулись к еде.

Я взяла хлеб, сломала его руками, как учила Эльза, и положила на него кусок жареного мяса. Первый укус заставил меня закрыть глаза. Мясо было нежным, сочным, с хрустящей корочкой, пропитанное жиром и какими-то травами, вкус которых я не узнала.

— Вкусно? — спросил Эйнар, наблюдавший за мной с нескрываемым удовольствием.

— Невероятно вкусно, ярл, — ответила я совершенно искренне. — Ваш повар заслуживает отдельной хвалебной саги.

Эйнар расхохотался и хлопнул Торбранда по плечу.

— Слышишь? Вот это женщина! Знает, что похвала повару — это похвала хозяину!

— Конечно, — ответил Торбранд, и я поймала его одобрительный взгляд.

Ужин разгорался, как костёр, — сначала медленно, а потом становилось всё жарче. Кружки наполнялись, языки развязывались. Олаф уже рассказывал одному из людей Эйнара о разбойниках в ущелье, и история обрастала такими подробностями, каких я точно не слышала от Торбранда. Дружинники смешались с местными, и между ними завязался тот мужской разговор, который состоит из хвастовства, подначек.

Я старалась есть медленно, отщипывая кусочки хлеба и пробуя всё по чуть-чуть. Рыба оказалась прекрасной, копчёной на ольхе. Маслянистая каша с добавлением мёда и сыр — крепкий, с выраженным вкусом, очень хороший.

Сигрид ела мало и пила ещё меньше. Она внимательно следила за столом — подзывала слуг, если замечала пустой кувшин или опустевшее блюдо, проверяла, всем ли хватает места. Она умело управляла слугами.

Пир входил в ту стадию, когда первый голод утолён, первый эль выпит, и разговор начинает переходить от общих здравиц к чему-то более содержательному. Именно этого момента я ждала.