Чтение онлайн

– Привет, - она подходит еще ближе. У неё воспаленные от слез глаза и в целом нездоровый вид. – Мы, в общем, с ребятами… уезжаем. Наши друзья вчера умерли, - она начинает плакать, и мне становится ужасно неловко. Глеб по-дружески хлопает её по плечу, что вызывает на ее лице улыбку. – Нас сегодня вечером уже здесь не будет… Меня зовут Катя. Ты мне очень понравился. Позвони мне, когда будешь в Москве. Ну, если захочешь конечно, - она протягивает мне номер телефона на небольшом листке бумаге, что конечно же вводит меня в ступор. Кабы не показаться полным болваном, я его беру, после чего обнимаю её. Она все-таки потеряла друзей. Ей это… поддержка нужна.

– Ну, ты это… Не переживай. Я понимаю, что это очень больно, но всё… Образуется. Все хорошо будет, - говорю я ей, а Глеб как может мне поддакивает:

– Катя, все правда наладится. Тебя проводить?

– Не надо, спасибо… и это. Спасибо, что спас сегодня Алину. Она моя подруга. Спасибо большое!

Девушка кивает Глебу, после чего машет пальцами в знак прощания и уходит. Телефон по-прежнему у меня в руке. Надо же, как мило, обычно сейчас все сразу забивают телефоны друг друга в мобильники, а вот так на листочке… Давно мне никто так не давал телефон. Не потерять бы его… Хотя? Собираюсь ли я ей звонить? Писать? Она красивая девушка, очень красивая, но она совершенно меня не зацепила. Мне не интересно, где она живёт, что она любит, зато мне… очень хочется знать, что делает сейчас Эмма.

– Ты прям нарасхват, - улыбается Глеб и задирает голову наверх. – Дождь собирается, давай что ли внутрь зайдем?

– Ты иди, мне надо по делам наведаться. Я тебя найду попозже, - говорю я другу. Не знаю, догадался ли о чем-либо Глеб, но всяком случае его выражение лица говорило именно об этом. Я закуриваю еще раз и иду к дому девочек. Мне кажется, или на крыльце сидит кто-то из сестёр. Я никогда не перепутаю Мари и Эмму, но сейчас она положила лицо на колени и мне немного непонятно, кто передо мной. Хотя, судя по сигаретной пачке на ступеньках, это Мари.

– Привет, Мари, - приветливо говорю я, как вдруг осекаюсь. Она что, плачет? Что-то случилось? – Мари, с тобой все в порядке?

Она отрывает голову от колен – все её лицо залито слезами, вид у нее такой, словно она плачет уже как минимум час.

– Нет, со мной не все в порядке, - сдавленно отвечает она, после чего на нее нападает новая волна, и она заливается слезами. Она старается прикурить, но у нее это получается только с третьего раза. Чувствую себя болван болваном, потому что не знаю, как ей помочь.

– Тебя кто-то обидел? Или что-то случилось? Ну, Мари, не молчи, я тебе помогу, что такое? Ты…, - сев с ней рядом, я вдруг понимаю, что это ни капли не Мари, а Эмма, но понимаю это слишком поздно.

– Черт возьми, Марьянов, я не Мари, а Эмма! – истерично кричит она, вытирая лицо. – Понимаешь, Эмма! Как ты можешь нас путать, я вообще не понимаю, но видимо… Видимо… нет, я все понимаю…, - она мгновенно становится пугающе спокойной.
– Все прекрасно понимаю, что лучше бы, чтобы тут сидела сейчас Мари, а не я…

– Нет, нет, что ты! – испуганно говорю я. – Меня просто сбило с толку, что ты куришь, Эм, ты же никогда не курила, почему сейчас…?

– Какая разница, почему! – опять кричит она и резко встает со ступенек. – Тебе как будто есть дело, что со мной и почему я начала курить! Не надо притворяться, Олег, я знаю, как ты ко мне на самом деле относишься!– при этих словах мне становится нехорошо, и я чуть ли не отпрыгиваю от нее. – Знаю! Я все знаю, мне рассказали! Не ожидала от тебя такого! Я думала, ты другой! Что ты нормальный! Что ты… ты… а ты скотина! Двуличная! Не приближайся ко мне! – она поднимает с пола «Парламент», поплотнее заворачивается в толстовку, которая, как мне кажется, вообще ей не по размеру, и бегством скрывается в доме.

– Эмма, подожди…

– Не трогай меня! – кричит она в дверях. – Слышишь? Не трогай меня, я знаю все… Не надо ничего изображать, ты мне только больно делаешь! Я ненавижу тебя за это, слышишь? Ненавижу!

Оставив меня в шоковом состоянии, она уходит. Я совершенно ничего не понимаю. Она ненавидит меня? Ложь? Все слова, что она мне прокричала, перемешались у меня в голове. Из нашего сумбурного диалога я понял только одно – что она знает, как я на самом деле к ней отношусь. Кто-то проболтался ей. Что ж, я, к сожалению, понимаю, что круг подозреваемых в этом деле ограничивается двумя людьми, это моим лучшим другом и лучшей подругой.

АЛИНА

Я скоро сойду с ума. Меня с завтрака бьет дрожь, а при мысли об этой люстре, мне и вовсе становится дурно. Это наверно какой-то злой рок – он начал преследовать меня и моих друзей еще до того, как мы приехали сюда. Бедные Филипп и Влад… я до сих пор не верю, что их больше с нами нет. Я знала их очень много лет, мы, можно сказать, выросли вместе. С семи лет знакомы. Они мне как старшие братья, как образец для подражания, мои учителя по слалому и всему, что связано с роликами. Я, Катя, Филипп, Влад, Женя, Соня… Никто из нас не думал, что этот отпуск может закончиться так плохо. Никто. Все мы хотели вырваться из душного плена Москвы, забыть о своих проблемах и просто делать то, что мы любим больше всего – кататься на роликах.

Нам всем было от чего отвлечься – Катя порвала со своим парнем, который просто тупо использовал её как подружку для секса, и сейчас она хотела сменить обстановку и не думать об этом придурке. Катя очень хорошая. И очень красивая. Многие парни видят только её внешность, не заморачиваясь о том, что на самом деле она очень хороший, спокойный и добрый человек. Я знаю её не так давно, как Влада с Филиппом… но достаточно долго, чтобы с уверенностью судить о ней. Я хотела сбежать от ремонта, который поселился в моем доме уже как месяц – постоянный звук дрели, бой молотка, запах клея и шпаклёвки… Я думала, что здесь будет лучше. Но нет. То, что произошло здесь с нами, не идёт ни в какое сравнение.

– Знаешь, о чем я сейчас подумала? – спрашиваю я Катю. Сейчас мы в нашем номере, который делим ещё с одной девочкой, собираем вещи. – Дома… на меня тоже чуть не упала люстра. Ее рабочие плохо привинтили, и она чуть не расшибла мне голову. Знаешь, что меня спасло?

– Нет, - тихо говорит Катя, складывая нижнее белье в чемодан. – Что?

– Ты мне позвонила очередной раз поплакаться на Вову. Я знала, что это звонишь ты, потому что у меня на тебя стоит звонок «Love the way you lie», Рианны. Я так не хотела с тобой разговаривать, но пересилила себя… Если бы я передумала брать телефон, люстра бы упала прямо мне на голову.

– Весьма занимательно, - улыбается Катя, но думает явно о другом. – Я покурить хочу, давай выйдем на балкон?

Я не курю, но выхожу с Катей за компанию. На территории «Ручейка» явно мало народу, все наверно сидят по номерам. Бетоны почти пустые – катается только один парень. Мне с высоты 12 этажа не очень видно, кто это, да и не суть. Это совсем не важно. Мы садимся на плетеные кресла, обнимаем по подушке и смотрим куда-то в одну точку. Катя молча курит, я смотрю на неё.

– Мальчик, который тебя спас, друг парня, который мне понравился, - вдруг говорит Катя и затягивается. – Я сегодня их видела, когда выходила за сигаретами.