Чтение онлайн

– Да, ты немного не в себе сегодня, чувак. В общем, для тупых повторяю ещё раз. У одной девицы и меня полетели тачки, везти нас некому. Одна машина на 9 человек - не вариант. Поэтому едем на их транспорте. Сейчас я свяжусь с менеджером «Ручейка» и скажу, что мы все едем на автобусе, - Глеб лезет в рюкзак за «Айфоном», потому что тот напевает мелодию входящего вызова.

– Договорились. Какие планы на «сейчас» и вообще на сегодня?

– Никаких. Я, правда, хотел сюда в «Аддидас» зайти.

– А потом?

– На Поклонку, куда же ещё. Алло, я вас слушаю, - судя по его интонации, он не понимает, с кем разговаривает. С минуту Глеб слушает своего собеседника, после чего его на его лице появляется сперва растерянность, потом дьявольская ухмылка.

– Вот как? Я вас понял, Андрей. Да, до скорого!

Он кладет телефон на стол с таким выражением лица, словно Доктор Зло только поведал ему план о Захвате Мира.

– Как интересно! – говорит Глеб сам себе. – Как интересно!

– Что такое?

– Мм, друг мой, какие вещи творятся... Давай заглянем в «Адидас», а потом зарулим на Поклонку, как и хотели!

– Да что случилось то!

Как не просил я Глеба рассказать, что за Андрей ему звонил и что он ему рассказал, Глеб не дал мне и малейшего намека. Думаю, это старший брат Олега, но вот о чем таком таинственном они говорили, я не догадался. День загадок какой-то, честное слово.

ЭММА

Наконец-то я снова дома, в царстве комфорта. Как приятно после душной улицы войти в квартиру. Здесь, конечно, не идеально, но хотя бы нет сумасшедшего солнцепёка. Но не успеваю я этим насладиться, как кто-то звонит на домашний. Я бросаю пакеты на пол и скорее бегу к телефону – на экране трубки высвечивается «Ника, дом».

– Алло! Ника, привет! Привет! Я только пришла!

– Аа. Привет. А ты где была? – я едва разбираю, что она говорит, и прошу повторить. Ника говорит так тихо, что у меня ощущение, будто она недавно плакала. У меня неприятно сжимается сердце: сколько я знаю Веронику, в ней было столько позитивной энергии, подвижности и жизнелюбия, что хватило бы на троих людей. За это она мне понравилась и поэтому мы стали общаться: она просто заражала своей энергетикой и очень хорошо на меня влияла.

– Ходила за покупками, купила кое-что из одежды для лета.

– Да? Жалко меня не взяла. Я хотела бы сейчас уйти куда-то, а то эти стены ужасные давят на меня. Можно к тебе?

– Да! Приходи! Вероничка! Я очень хочу тебя увидеть. Ты даже не представляешь, как сильно!
– я молчу несколько секунд, после чего собрав всё мужество в кулак, добавляю: – Есть кое-что, о чем я хочу тебе рассказать.

– Что?

– Ну, это касается моей семьи. Приходи скорее.

Мы договорились, что через час она будет у меня. Час! Раньше ей и не прийти, она живет довольно далеко от меня, плюс учитывая, что она может встать в пробку, раньше пяти вечера я её не жду. Но подруга приезжает намного быстрее, что немного застает меня врасплох.

– Привет! – Ника устало обнимает меня и заходит в квартиру, где на неё набрасываются счастливые кошка Рапунцель и бигль Джимми. Ника садится на корточки и долго-долго возится с ними: чешет кошку за ухо, играет с псом. Она обожает маленьких детей и животных, и даже раньше подрабатывала тем, что сидела с племянниками и выгуливала соседских собак.

– Привет! Быстро ты! – с обвиняющими нотками в голосе говорю я. Это не специально получилось, просто за это время я не придумала, с чего начать этот непростой рассказ.

Подруга трепет собаку за ухо и виновато смотрит на меня:

– Не скажу что быстро, я ехала до тебя сегодня полтора часа!

Мы познакомились, когда начали кататься в общей компании на Поклонной горе. Я запомнила её сразу как увидела. Внешне она очень интересная, запоминающаяся, актриса всё-таки. Худенькая, невысокая, смуглая, с таким свежим и загорелым цветом лица круглый год. Волосы каштановые, до плеч, очень красивые - но самое интересное, это, конечно же, глаза. Большие, зелёные, очень выразительные. Веронику потрясающе украшала мимика: как она корчила рожицы, морщила нос, играла бровями или даже язык показывала, делало её невероятно симпатичной.

Однако то, что я вижу сейчас, мне не нравится. Лицо кажется серым от усталости и бессонницы, глаза припухшие, а на белках красные сеточки. Она слишком тяжело переживает то, что происходило между ней и Глебом. Она его уже не любит, нет, просто она не может терять людей, к которым привыкла. Для нее нет ничего страшнее предательства со стороны близких.

– Ну, ты совсем расклеенная! – я обнимаю её, и она утыкается лицом мне в плечо. У нас большая разница в росте. – Выше нос. Мы едем отдыхать, все будет хорошо!

– Это ты так думаешь, что там все будет хорошо. Мне придется все время общаться с Глебом, а какой бездушный он стал в последнее время, я вообще молчу.

Мы идем на кухню, где посреди кухонного стола стоит огромная коробка пиццы, чашки из-под кофе и несколько журналов. Почему-то при взгляде на еду я невольно думаю о сестре и закусываю губу.

– Ну, может тебе с ним все-таки начистоту поговорить?

– Эм, какая чистота! Ему Оля уже накапала на мозг, что я не подхожу ему. Она никогда меня не любила и всегда говорила обо мне гадости. Это из-за неё он мне звонил раз в сто лет, а если не дай Бог в компании была она, то всё, он делал вид, что я ему друг, свой парень, а не девушка! Дура, как же я ненавижу её!

Я обнимаю её, и ощущаю при этом странную неловкость.

– Может она права? И вы действительно... ну скажем, немного не то друг для друга?

– Эмма! – тут Ника не может сдержать слёз. – Я умру, если увижу его с другой девушкой, понимаешь? Я не могу, меня только от мысли, что он с кем-то встречается, начинает трясти! Я не хочу встречаться с ним, я хочу прежних отношений... Эм, когда от тебя отворачивается тот, кто тебе дорог, это ужасно! Ужасно! Понимаешь? Я знаю, что это ностальгия. Но она ест меня все время, все время, я с ума схожу просто... Он мне нужен! Нужно то общение, что у нас было, а не сухой голос, который мне звонил сегодня и поговорил со мной одну минуту 32 секунды по сотовому!

– Он знает, что ты так мучаешься?

– Нет! – она всхлипывает и поднимает голову. – Эмма! Даже не думай ему говорить, я убью тебя, если ты ему скажешь! Он уверен, что мне плевать и пусть эта уверенность будет непоколебима! Он же издеваться надо мной будет, и Оля эта...

– Ну, он не такой злой человек, чтобы издеваться над чувствами. Он вообще очень вежлив со всеми, – покривив душой, говорю я. Честно говоря, Глеб мне никогда не казался ни добрым, ни заботливым, и по мне так кроме внешней красоты в нем ничего хорошего нет, но раз Ника так его любит, значит, есть за что?