Чтение онлайн

А кто виноват? Сам человек. Что взрастил в себе, что возлелеял, то и получил.

Теперь представим себе человека, исполненного любви, веры, молитвы. И это всё тоже после смерти многократно усилилось. Рядом такие же светлые люди, святые, ангелы, Господь. Подобное прилежит к подобному…

Да, мы сами ответственны за свою жизнь, за земную и ту, что ждёт нас за гробом. Но как часто бываем мы легкомысленными! Это в полной степени относится и ко мне…

Я уже пять лет служил в Мародкино, когда стали меня друзья уговаривать купить себе "Запорожец". Родственники обещали дать взаймы денег. Честно говоря, подустал я уже тогда от постоянных пеших переходов через болото с тридцати-сорокакилограммовым рюкзаком за плечами. К тому же и грунтовую дорогу начали строить к церкви. Как на заказ, знакомый моего близкого друга продавал по дешёвке свой "Запорожец". Духовник мой покупку благословил, и я стал машиновладельцем.

А примерно за год до этого вот что было.

Возникли у меня сложные вопросы по молитве, по духовной жизни и — писать ли мне статьи, книги или нет. И решил я узнать волю Божию о себе и о своих начинаниях, спросить у старца, человека, через чьё чистое сердце и просвещённый разум говорит Господь. Вместе с одним знакомым священником отправились мы к его духовному отцу, старцу, протоиерею Николаю на остров Залит.

Путь был нелёгкий: до Пскова на поезде, дальше на автобусе до деревни Большая Товба, после пешком километра три до озера, а дальше на рыбацком катере — на остров. Озеро в тот день было бурное, качка сильная, судёнышко маленькое, многих дорогой даже тошнило. Мне тоже было довольно муторно, ну да, как сказано в Евангелии: «Царство Небесное силой берётся и употребляющие усилие восхищают его».

Всю дорогу молился, чтобы старец принял и Господь явил волю Свою через него. Очень важно, когда беседуешь со старцем, не иметь своего готового решения, не настаивать на благословении того, чего хочется, а искать воли Божией и спрашивать: как поступить? Как благословите? И уж что скажет угодник Божий, то непременно делать. А иначе зачем спрашивать? Двойной грех будет: узнал волю Господню, а поступил по-своему. Жди вразумления.

Беседы со старцем, честно говоря, я опасался. Иногда он юродствовал, раздавал пощёчины, порою вообще отказывался разговаривать.

Как-то приехала к нему одна наша знакомая с важными, как ей казалось, богословскими и житейскими проблемами. Отец Николай вышел на крыльцо, посмотрел на неё из-под руки, три раза кукукнул и ушёл. Больше паломница его в тот раз не видела. Значит, попусту она приехала, с надуманными заботами, из-за тщеславия, чтобы после хвастаться, как со старцем беседовала. Ну и получила: ку-ку.

Один игумен, сказывают, как-то приехал, так ему отец Николай и дверей не отворил, и разговаривать не стал. А всё стоял в прихожей и кота ругал: «И пьяница ты, Борька, и обжора, лентяй, самолюбец, эгоист». Постоял игумен, послушал этот разговор с котом — и был таков. Видать, не только коты самолюбцами бывают...

Старец нас принял на удивление ласково. Правда, сначала огорошил:

— И зачем это вы приехали? Ведь я вам всё равно ничего не скажу, потому что и сам ничего не знаю.

Все свои вопросы я заранее записал, ибо слышал, что многие при встрече с отцом Николаем так теряются, что забывают спросить о том, ради чего приехали. Получил я ответы на свои вопросы. Про задуманную книгу старец сказал:

— Писать пиши, да потом смотри.

Честно говоря, недооценил я эти слова, не понял силу грядущих искушений.

В конце разговора со старцем неожиданно для самого себя спросил:

— Вот хочу себе машину завести, как вы посоветуете?

— Отчего не завести, — ответил отец Николай, — только вот что, прежде себе гроб купи, а то после кто его тебе купит?

Ответ мне показался довольно ясным, и в течение года от покупки машины я воздерживался.

Но время, советы друзей, насущная необходимость и, наконец, благословение духовника сделали своё дело. "Запорожец" был куплен.

Среди водителей ходит такая присказка: есть два самых счастливых дня в жизни автомобилиста, первый — это когда он покупает машину, второй — когда продаёт. Справедливость поговорки я проверил на своём "красном гадёныше", как мы впоследствии называли наш "Запорожец".

Много крови христианской попил этот монстр. Три раза за полгода я на нем переворачивался и, как йог, на голове стоял.

Первый раз, когда со старостой за свечами в Новгород ехал. Лето, солнечная погода, и вдруг ни с того ни с сего машину начинает водить вправо-влево, затем выбрасывает в кювет и переворачивает набок. Все пассажиры живы-здоровы, но дверь и крыша "Запорожца" изрядно помяты. Вытащили его из кювета и поехали дальше.

В следующий раз беда случилась уже зимой, когда вместе со знакомым в Санкт-Петербург возвращались. Он за рулём сидел, водитель опытный, со стажем. Правда, до этого в Новгороде, в епархии, сильно понервничали. Епископ хотел меня в другой, более значимый приход перевести, мне это было крайне не по душе, очень я сросся со своей общиной. Расстроились мы сильно, мир душевный, молитву потеряли, вот бес и подловил.

Недалеко от Новгорода стало опять бросать машину вправо-влево.

— Господи, помилуй! Господи, помилуй! — взывал я ко Спасителю.

"Запорожец" выбросило на встречную полосу, затем на обочину, перевернуло через бок и сильно ударило крышей о землю. Хорошо ещё, страховочные ремни у нас были пристёгнуты, и мы совсем не пострадали. Худо-бедно вылезли горе-водители из машины. Осмотрели её: крыша прогнулась так, что рука между лобовым стеклом и крышей свободно пролезает. Двери погнуты, но мотор цел. Наняли мы мужиков с аварийной машиной, вытащили "красного гадёныша", завели его.

— Ну, я показал, как ездить умею, — сказал приятель, — теперь ты своё умение покажи.

А на улице снегопад, темно, поздний вечер. Под крышу снег задувает, фары почти не светят, голова в железо упирается, встречные машины ослепляют. Но ничего, с Божией помощью доехали.

Только я свою "иномарку" отремонтировал — и опять в аварию попал. Приближался праздник Сретения. Из города на праздничную службу вёз я с собой четырёх певчих. Всю дорогу женщины молились, читали каноны, акафисты, а в километрах пятнадцати от цели несколько расслабились.

За руль села моя хорошая знакомая, регентша этого хора. Водила она довольно прилично, дорога была хорошая. Зашёл разговор о том, что люди в последнее время озверели, сильно ожесточились. Регентша рассказала, что у них на собрании руководителей отделов творится невесть что. Когда её начальница сделала замечание по работе другому руководителю отдела, тот встал и просто послал её к ч... Как только знакомая произнесла имя нечистого, всё внутри у меня сжалось и невольно вырвалось: «Господи, помилуй!»