Чтение онлайн

За это время Имам успел сообщить ему, в чем дело: в Горловине объявился странный объект, по размерам и массе близкий к земным спейсерам и маатанским проникателям.

Объект шел, "мигая": то появлялся, как твердое тело, на тысячную долю секунды, то растягивался в зыбкую полоску света и исчезал, чтобы через две-три секунды вынырнуть дальше на сто тысяч километров по вектору движения. Направлялся он прямо в лоб Стражу Горловины и миновать планету, судя по намерениям, не мог.

Кресло запеленало Джуму системой коммуникаций, и на голову ему вылился ушат звуков волны "спрута": чьи-то команды, запросы, переговоры служб, шумы эфира.

– Время подхода к Стражу - семь минут двадцать секунд, - сообщил Сократ, координатор всей системы "спрута" в Горловине.
– По состоянию дежурных средств спейсерный перехват невозможен.

– Точные координаты точки столкновения рассчитаны?
– вклинился в связь Калина Лютый, командир отряда безопасников, в котором числился и Джума Хан.

– С точностью до двухсот километров.

– Точнее нельзя?

– Чего захотел, - проворчал Имам на ухо Джуме, не выходя в эфир. Задачу с нелинейно изменяющимся ковром условий могут решать только большие инки типа Умник.

– А что вы так всполошились, Калина?
– донесся вызов командора пограничников Торопова.
– Скорей всего это транспорт маатан, идет по своим делам. С чего вы решили, что он будет таранить Стража?

– "Срам", - отозвался Лютый лаконично, подразумевая известный пункт инструкции.
– Всем, кто меня слышит: объект идет к Стражу со стороны "Угла-З", есть машины в этом районе?

– Четырнадцатый, гриф Хан, - ответил Имам на полсекунды раньше, чем это сделал сам Джума.

– Шестой, гриф Гордон.

И с заминкой:

– Второй погранотряда, кобра [Жаргон тревожных служб: гриф главный исполнитель, работающий по факту происшедшего события. Кобра командир обоймы риска.] Бегич.

– Обеспечьте эвакуацию зоны, координаты и площадь сообщит Сократ.

– Получил, - тут же доложил Имам.

– Давай, - мысленно скомандовал Джума.
– Только довези целым.

– Тело довезу, а за душу не ручаюсь, - пошутил координатор.

И Джума отдался во власть инка, глядя, как планета-куб перестала уменьшаться, сделала кульбит и понеслась навстречу. Думал он в этот момент о самых разных вещах - это говорило о закаленной психике и уравновешенной нервной системе - в том числе: что можно сделать за шесть минут, если объект не отвернет?.. Где сейчас Мальгин, ищущий себя?.. Что делает Карой, а главное, с кем?.. Интересно, помогут пограничники или будут снова цепляться за амбиции?..

Видимо, Торопов решил не вставать в позу и дал разрешение на совместную операцию, потому что драккар Бегича вынырнул в квадрате гарантированного риска одновременно с машиной Джумы.

Но спасать или эвакуировать им никого не пришлось: в этой зоне площадью в тридцать с лишним тысяч квадратных километров, к счастью, располагалась лишь одна научная станция "Ребро-12" с персоналом в двадцать шесть душ, и все эти души по сигналу тревоги уже успели забраться в галеон и дать драпака, по образному выражению Бегича. А затем прибывшие к предполагаемому месту столкновения пограничники и безопасники стали свидетелями странного явления: объект, о котором предупреждал Сократ, вынырнул из "струны" всего в нескольких километрах от одного из ребер "Угла-3" - черный, пористый на вид, похожий на чугунную чушку, - "размазался" в темную полосу, словно начиная новый прыжок, и, не дотянув каких-то двух-трех десятков метров до закруглявшейся поверхности ребра... исчез! Ни удара, ни взрыва, ни рикошета - ничего!

Спустя минуту притихший до этого эфир взорвался хором восклицаний, возгласов недоумения и удивления, скороговоркой постов наблюдения за пространством и докладами автоматов.

– Может быть, он вынырнул дальше по ходу?
– спросил Джума на своей волне.

– Не появился, - помолчав, отозвался Лютый, - его бы увидели. Всем свободным от вахт отбой, дежурным вернуться к своим обязанностям.

Джума пожал плечами и, поскольку обязанностей у него в данный момент не было никаких, мысленно произнес только одно слово: домой.

Имам без вопросов направил машину к базе - спейсеру "Конунг", дрейфующему в двухстах тысячах километров от планеты-куба.

– Что это было?
– спросил Джума, заявившись в зал управления, называемый по традиции рубкой. Зал был невелик - треугольник со стороной в пять метров, и почти весь его объем занимали три кокон-кресла экипажа, каждое кресло - перед своей стеной ручного вириала.

– Маатанский динозавролет, - ответил дежуривший в это время командир спейсера, он же драйвер-прима, Хольгер Сваллинг, поворачивая кресло, чтобы видеть вошедшего. Его самого видно в коконе не было, так что казалось - разговаривает странное существо, не то огромный гусеничный кокон, не то раковина какого-то неземного моллюска.

– Я посижу рядом?

Сваллинг, видимо, удивился, несмотря на всю свою природную северную флегму: верхняя "опухоль раковины" отогнулась, и на безопасника уставилась голова командира спейсера. Словно удовлетворившись осмотром, голова кивнула, и "опухоль" встала на место.

– Посидеть можешь, - раздался голос Хольгера, - но некоего Джуму Хана, по-моему, ждут в дежурке. У тебя что, рация не работает?

"Дежуркой" назывался зал контроля сил безопасности, где постоянно дежурили работники обоймы Лютого и пограничники.

Джума озабоченно взялся за ухо и обнаружил, что клипса рации отсутствует. То-то стало тихо, подумал он. Интересно, где я его оставил? Неужели так задумался, что не заметил?

Вспыхивающую алой искрой каплю рации он отыскал в рукаве скафандра, и это наконец заставило его встряхнуться. Рутина бытия в Горловине, несмотря на ее тайны и захватывающие дух пейзажи, все же оставалась рутиной, и, может быть, прав был Торопов, утверждая, что погранслужба вполне справилась бы с обеспечением безопасности исследователей. Все-таки у отдела безопасности УАСС была своя специфика работы и не стоило дублировать пограничников только лишь ради соблюдения "срама".

Стены "дежурки" отсутствовали, "распахнутые" в космос, поэтому иллюзия дрейфа в световом тумане площадки зала с пятью коконами кресел была полной. Собственно космосом или пустотой эту субстанцию за бортом спейсера назвать было трудно; Горловина излучала слабый свет, забивавший свечение звезд извне, и лишь по центру ее двухмиллионнокилометрового конуса можно было разглядеть паутинку какого-то звездного скопления. А так с виду - туман и туман, ровный, бесплотный, вызывающий впечатление небывалой глубины. Страх Горловины висел в этом тумане ощутимо тяжелой глыбой обработанного человеческими руками камня, пронизанного по центру янтарно-прозрачным шаром.

– Что остановился?
– раздался из ряда обычных - гостевых - кресел голос Лютого.
– Тебя тут ждут.

– Не могу поверить, что эта планета творилась естественным путем, - пробормотал Джума, пересекая зал и приветствуя дежурных в креслах поднятой рукой.
– Любит же шутить природа.

– И тем не менее родилась она в пространстве, где фигурой равновесия был именно куб, а не шар, - проговорил собеседник Лютого, в котором Джума узнал лидера исследовательской дружины Анатолия Новикова.
– Страж - не из нашей Вселенной, это уже почти трюизм [Трюизм - общеизвестная, избитая истина.]. Природа творила его в условиях Пуанкаре-геометрии [Обладает необычными свойствами, например: прямая в ней перпендикулярна себе самой.], а уж потом планету приспособили те, кто использовал ее в качестве форпоста Границы, для поддержания открытого входа в "серую дыру".