Чтение онлайн

Он размышлял лишь несколько секунд, а потом вложил в левую руку костяного короля, которая была повернута ладонью вверх, кинжал. Отошел в сторону и низко поклонился.

— И что дальше?

— Не знаю, — пожал плечами карлик. — Возможно, придется немного подождать.

— Чего?

— Когда нам будет позволено говорить.

— С кем? С этой грудой костей? А я-то считал, что поклонение идолам это и есть проявление ереси.

— Чтобы спасти тысячи невинных душ, я готов упасть в ноги к самому Сатане и просить у него помощи, — вполне серьезно ответил Моргнате.

Кинжал лежал на ладони костяного идола, и ничего не происходило. Скрестив руки на груди, я терпеливо стоял в стороне, прекрасно понимая, что наш странный обряд напоминает старания безумца. Но судя по одухотворенному лицу карлика, он слепо верил в наличие древнего божества. И мне стоило лишь посочувствовать ему.

Кинжал лежал на самом краю ладони — в какой-то момент он покачнулся и упал на каменный пол. Я хотел подобрать его и отдать обратно карлику, но тот остановил меня перехватив руку.

— Подожди!

За каменным троном что-то зашуршало, зашевелилось и я увидел, как огромная крыса осторожно выползает из своего укрытия, чтобы обнюхать дар, принесенный Крысиному королю. Выставив факел перед собой, карлик присел на колени и получше осветил грызуна.

— Святая Мария и сотни мучеников, — прошептал он.

А у меня с губ сорвалось лишь грязное ругательство.

Возле кинжала находилось существо напоминающее одновременно и крысу, и ежа, но самое удивительное, что оно имело человеческие руки.

Глава 22. Монах

— За твои преступления я отлучаю тебя от ордена! — произнес Марс. Казалось, что его белое одеяние вспыхнуло огнем.

Впрочем, это могло быть так — в арсенале ордена было множество магических приемов.

Но Липо до последнего надеялся, что у него получится вразумить служителя ордена.

— Опомнись! Ты ведь знаешь нашу цель. Вольтерра уже не принадлежит нашему миру. Но даже не это самое ужасное. Конклав, что собрался за стенами города Первой ведьмы. Ты осознаешь, что семьдесят три кардинала сейчас находятся во власти тьмы?

Белый монах слушал внимательно, не перебивая. А когда Липо замолчал, выдал неутешительный вердикт.

— Ты одержим ложью, что показал тебе Демон. Никакой тьмы в Вольтерре нет! Покайся, и тогда изгнание будет для тебя лучшим утешением. Ты посвятил свою жизнь ордену — и мы благодарны тебе. Но ты изжил себя. А старость, увы, делает нас мудрыми, но слабыми. И тьма воспользовалась этим.

— Даже слепой может прозреть, если прислушаться к собственному сердцу, — ответил Липо.

На лице Марса возникла грустная улыбка:

— Отговорки. Совет вынес свой вердикт и его не изменишь. Ты и твой ученик отлучаетесь от служения. Ты не имел право проводить ритуал без дозволения Совета. А ученик безоговорочно доверять учителю.

Липо взглянул на спящего Вико.

— Значит так тому и быть.

— Не думай, что тебе удастся отделаться так легко? Ты же знаешь: Орден не прощает предателей!

— Плевать!

Белый монах приблизился к маэстро. Движение его были подобно тени — он перемещался в пространстве молниеносно. Липо попытался поднять тонкий меч и направить его в сторону Марса. Разве он мог подумать, что ему придется поступать подобным образом?!

Один удар сердца — рука успела подняться к поясу, но монах с легкостью перехватил её. Запястье маэстро обожгло холодом.

Littioso adul Gabriel!

Vostro abuchi Secreal !

Amen ! Amen ! Dell !

Слова наполнились набатом. Пронзительный звук колокола наполнил тело Липо изнутри. Рука задрожала, меч упал на землю. Марс перестал говорить, но слова продолжались. Теперь уже все тело маэстро содрогалось. Стиснув зубы, он терпел, пытаясь вырвать руку из стальных тисков. Но что он мог противопоставить магии Совета десяти?

— Напрасно стараешься! — осклабился Марс.

Липо нашел в себе силы ответить:

— Плевать!

— Тогда не сопротивляйся, покорись! Оковы смирения, будут для тебя прекрасным уроком.

Кожа на запястье маэстро стала краснеть, а вскоре потемнела. Но Марсу, по всей видимости, этого было мало. Он сильнее стиснул руку Липо. Приблизился к нему и приподнял голову, чтобы тому стали видны его глаза. Маэстро был не в силах сопротивляться. Пытаясь отвернуть лицо, он вновь встретился с многоликим Марсом.

Вновь магия. От которой никуда не скрыться.

В стальных зрачках Белого монаха проскользнули яркие прожилки. На коже, у самых висков возникли громадные бугры.

Menegro ulche, frontiro lasa

Serinio bersa , Amino !

Было заметно, что Марс стал прикладывать больше усилий, чтобы завершить заклинание. А маэстро продолжал сопротивляться. Хотя было очевидно, что он лишь оттягивал неизбежное.

— У тебя все равно ничего не получится!

Но самоуверенность Липо была беспочвенной. Взгляд Марса пронзил маэстро. Словно тысячи игл впились в лицо. Но самая страшная боль поразила глаза. Зажмурившись, маэстро почувствовал, как по лицу покатились слезы. Смахнув их свободной рукой, Липо понял, что это кровь.

— Наивный глупец! — прорычал монах.

Боль усилилась. Липо понимал, что в любой миг он лишиться сознания. И все-таки он терпел. Не чувствую руки, на которой уже возникла след от Оковы. Но Марс не собирался на этом останавливаться. Перехватив руку, он поставил новую отметку гораздо быстрее.

Vostro abuchi Secreal!

Amen! Amen! Dell!

Силы Липо были на пределе. Он уже не помнил себя, а лишь с жадностью ловил ртом воздух. Но даже если у него получалось сделать полноценный вздох, это не приносило желаемого облегчения. Грудь обжигала огнем и маэстро ощущал, как подкашиваются ноги.

— Теперь ты понял, что твои потуги бессмысленны? — поинтересовался Марс.

— Я тебя не слышу. И очень этому рад.

В ушах стоял звон, который был меньшим из зол. Впрочем, временная глухота даже помогала маэстро. Ему стал ненавистен голос его бывшего союзника.