Чтение онлайн

— Думаю, да, — продолжает он мять мою задницу, вызывая непонятные чувства и неправильные желания. — Знаешь, знал бы я о тебе чуть раньше, сам бы женился. Забрал бы завод, забрал бы тебя. Трахал бы каждый день. Ты пахнешь просто крышесносно, Лесь! С ума меня сводишь запахом своей киски.

По ногам проходит дрожь. По спине прохлада от примочек. Боли не чувствую, только желание слушать его дальше… Хриплый голос. Слова, которым хочется верить.

— Я тебе не верю.

Он поднимается, нависает над моей попкой, сминает ее ладонями, разводя в сторону.

— И не надо.

— Влад, ты обещал.

— Я просто полижу тебе… Последний раз… Потом буду смотреть, как ты чинно идешь под руку со своим мужем, и вспоминать, как захлебывался твоими соками.

— Перестань, пожалуйста, — умоляю, кусая руку, пытаясь заглушить свой рвущийся стон.

— Не могу… — раздвигает он мои ноги, ведет по ним горячими ладонями, вынуждая кровь вскипать, а клетки метаться в попытке сохранить сознание ясным.

Влад жесток.

Он просовывает голову между бедер.

Выдыхает теплый воздух в промежность.

Касается сначала пальцем, просто сминает нежные половые губы.

Но вскоре эта сумасшедшая игра кончается... Влад просто прижимается к моей киске губами, словно целуется с ней.

Но и этого ему мало. Вскрикиваю, когда он принимается играться с влажными складками. В рот втягивать, прикусывать клитор, толкать кончик в самый центр.

— Какая же ты сладкая, малыш. Просто смак… Постони для меня… Покажи, как тебе это нравится.

Я отпускаю себя, выдыхая стоны в ритме движений его языка.

Они то медленные и тягучие, то резкие и обрывистые. Он словно рисует языком, создавая шедевр эротического искусства прямо на моем теле.

Доводит меня до крайней степени возбуждения, оставляя кончать бурно на самом верхнем пределе удовольствия.

Я сама уже двигаю тазом, нанизываясь на его острый язык, корчусь от оргазма, выдыхая рваные стоны, не готовая отпускать это ощущение свободного падения. Но и оно заканчивается. Я остаюсь одна, понимая, что только что дала себя трахнуть языком.

Пела тут про чистоту и непорочность, а потом просто стонала, как шлюха, под его умелыми ласками.

Спустя минут пять, когда уже накручиваю себя, когда я уже готова просто разреветься снова, слышу шаги Влада. Он ставит на прикроватную тумбочку большую бутылку колы, чипсы и два стакана.

— Давай помогу повернуться, фильмец посмотрим. Только на этот раз выбираю я, — помогает он мне сесть ровно, чтобы не ужалить спину тканью. Дает свою футболку, которая прикрывает даже колени. Какой же он все-таки огромный! И у него тоже огромный. Член виден сквозь ткань штанов.

Это все иллюзия, я понимаю. Ночь закончится, реальность вернется. Но как же приятно немного побыть в этом мире простых радостей, когда не надо никем притворяться, а можно просто быть собой.

— Эй! Дай сюда! — пытаюсь достать пачку, которую он поднял высоко над головой, пока идут начальные титры «Крепкого орешка». — Влад!

— Сначала поцелуй…

— Шантажист, — чмокаю в губы, но его это не устраивает. Он задерживает мой рот, ласкает его языком, играется, наполняет своей сладко-соленой слюной. Отрывается, лишь когда мои губы припухли, а до слуха донеслась речь героя. — Интересный фильм?

— Да, посмотреть можно… — хмурится он, отдавая мне пачку чипсов. — Я мечтал защищать страну. Военным был.

— Та фотография?

— Да.

— А потом?

— А потом убили друзей, и я понял, что в современном мире работает только сила. Либо ты, либо тебя. Например, я убью твоего отца, как только он подпишет документы.

Я вздрагиваю от его последней фразы.

— Такие ублюдки на свете жить не должны!

Это было так странно, непривычно, неправдоподобно. Мы просто смотрели боевик и обсуждали его. Ели чипсы и пили колу.

Я каждый раз смотрю часы и почти умоляю стрелки замедлиться. Не нестись, как бешеные. Но вот фильм закончен, а на улице уже темно.

— Вот ты свинья, чипсы рассыпала, — хмыкает Влад, накрывает меня тенью своего тела, пугая до дрожи. Я тут же дергаюсь, а он застывает, рассматривая меня сверху вниз.

— Я не трону тебя.

— Я понимаю, просто… Рефлекс.

— Рефлекс, значит... — он встает, уходит из комнаты и возвращается с ручкой. Хватает мою босую ногу и удерживает на весу, вдруг начиная щекотать ступню. Ощущение такое, что меня проводят через камеру пыток. Щекотно! Я смеюсь, как ненормальная, пока он выводит цифры. — Это мой номер телефона. Если тебе станет плохо, грустно там, ну, или девственности захочется лишиться, то звони.

Я глотаю ком в горле. Все закончится. И эта странная ночь тоже. Ночь с мужчиной, которому я никогда не буду принадлежать.

Встаю, поправляя полотенце, и принимаюсь стряхивать покрывало, на котором мы лежали. Ложусь и понимаю, что хочу уже уснуть и встретить завтра.

Новый день, в котором меня перестанут мучать желания, надежды. Он ничем не лучше их. Он такой же бандит, который отдаст меня, потому что ему так выгоднее. Все его высокопарные слова не имеют значения, потому что он тоже через меня создает товаро-денежные отношения. Ничего нового. Ничего привлекательного.

Просто противно, что при всем при этом я могу испытывать к этому человеку чувства, пытаюсь быть благодарной, что не порвал мне плеву. Я просто безумная. Я просто больная, если надеюсь, что завтра Влад решит, что я ему дороже завода…

Люди — пешки, особенно женщины. Нас просто переставляют на нужные клеточки, чтобы, наконец, поставить шах и мат.

Я закрываю глаза, успокаиваю сердцебиение, чувствую, как сам Влад спокойно дышит, оставаясь в одних боксерах.

В какой-то момент я чувствую, как его тяжелая рука придавливает мою талию, обворачивая ее и притягивая к себе.

— Влад…

— Спи.

Просто, спи? Вот так в обнимку? Когда рука давит? Дыхание щекотит кожу, а стояк плотно прилегает к заднице.

Влад устраивается поудобнее и мирно засыпает. А я еще долго сижу и пытаюсь понять, почему не отталкиваю его, почему терплю дискомфорт? Наверное, потому что мне это нравится. Нравится Влад, пусть даже такой ужасный.

Мне хочется, чтобы именно он на мне женился. Получил свой завод, да, но получил и меня. Или я получила его. Или я просто схожу с ума? Почему так легко забыла, какой он лжец? Ведь это из-за того, что он пришел в наш дом, все и случилось!