Чтение онлайн

— А ты как маленькая принцесса, — я смотрю на нее в ее нарядном платьице. — Идем, покажешься бабушкам.

Церемония назначена на полдень. Мы едем в мечеть — отдельно, я с женщинами, Ахмед с мужчинами. В машине я молюсь. Сама не знаю, о чем — просто чувствую потребность говорить с Богом.

Мечеть встречает нас величием и тишиной. Белые стены, золотые узоры, свет, льющийся из высоких окон. Меня проводят в отдельную комнату для женщин — отсюда будет видно церемонию через решетку.

Я сижу среди женщин своей новой семьи и жду. Сердце колотится где-то в горле.

Начинается церемония. Мулла читает молитвы, спрашивает согласия. За меня должен был отвечать отец Ахмеда — его давно нет в живых, и эту роль взял на себя старший дядя. Он говорит: «Согласна».

Потом читают никях — брачный договор. Я не слышу слов, только чувствую, как внутри разрастается тепло. Мы снова становимся мужем и женой. Теперь — навсегда.

Когда церемония заканчивается, женщины поздравляют меня, обнимают, дарят подарки. Я принимаю все, улыбаюсь, благодарю, но мыслями я там — с ним.

Потом — свадебный обед. Огромный стол во дворе дома, человек на сто. Играет музыка, гости танцуют, дети бегают между столами. Аниса в центре внимания — ее носят на руках, дарят подарки, целуют.

Я сижу рядом с Ахмедом. Он в черном костюме, в белой рубашке, при галстуке. Красивый до невозможности.

— Ну что, жена, — шепчет он, наклоняясь ко мне. — Довольна?

— Очень, — отвечаю я. — А ты?

— Я самый счастливый человек на земле, — говорит он. — Потому что ты со мной.

Вечером, когда гости расходятся, мы остаемся вдвоем. Анису забрала Зарема — сказала, что переночует у нее, чтобы мы могли побыть вдвоем. Мы сидим во дворе, под звездами, и молчим.

— Можно я сниму это платье? — прошу я. — Оно красивое, но тяжелое.

— Идем, — он берет меня за руку.

Мы идем в дом. В нашу комнату. Я снимаю платье, распускаю волосы. Он смотрит на меня, и в его глазах — столько любви, что у меня перехватывает дыхание.

— Красивая, — шепчет он. — Самая красивая.

— Ты уже говорил.

— И еще тысячу раз скажу.

Он подходит, берет мое лицо в ладони.

— Сумая, — говорит серьезно. — Я обещаю тебе. Никогда больше не будет боли. Никогда больше не будет лжи. Только ты. Только я. Только наша семья.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Тогда и я обещаю, — отвечаю я. — Быть с тобой. В горе и в радости. В богатстве и в бедности. Пока смерть не разлучит нас.

— Пока смерть не разлучит, — повторяет он.

И целует меня.

Ночь обнимает нас, звезды светят в окно, где-то вдалеке лают собаки. А мы есть друг у друга. Наконец-то.

— Ахмед, — шепчу я позже. — Я хочу тебе кое-что сказать.

— Что?

— Я кажется... Я думаю, что беременна.

Он замирает. Смотрит на меня расширенными глазами.

— Что? Когда? Ты уверена?

— Тест показал две полоски. Сегодня утром. Я не хотела говорить до свадьбы, чтобы не сглазить.

— Сумая, — он прижимает меня к себе так крепко, что я пищу. — Сумая, девочка моя... Это правда?

— Похоже на то.

— У нас будет ребенок? Еще один?

— Да.

Он смеется. Плачет. Снова смеется. Целует меня, живот, снова губы.

— Спасибо, — шепчет он. — Спасибо тебе. Спасибо, Аллах.

— Ты рад?

— Рад? — он смотрит на меня. — Я счастлив. Я самый счастливый человек на земле.

Я улыбаюсь. Глажу его по голове.

— А если это мальчик?

— Значит, будет мальчик.

— А если снова девочка?

— Значит, будет еще одна девочка. И еще одна. И еще. Пусть будет много.

— Ахмед, ты с ума сошел.

— Сошел, — соглашается он. — С ума от счастья.

Мы лежим, обнявшись, и смотрим в потолок.

— Надо Зареме сказать, — вспоминаю я. — И маме. Они обрадуются.

— Завтра скажем, — решает он. — Сегодня — только наш день.

— Только наш.

Я закрываю глаза и чувствую, как внутри растет новая жизнь. Маленькая, теплая, наша.

И мне кажется, что звезды за окном светят ярче обычного.

Я просыпаюсь от того, что Ахмед гладит мой живот.

Осторожно, едва касаясь, водит ладонью по кругу, и на лице у него такое благоговейное выражение, будто он прикасается к святыне.

— Ты чего? — шепчу я сонно.

— Проверяю, — отвечает он серьезно. — Вдруг я вчера это придумал?

— Не придумал.

— Точно? — он заглядывает мне в глаза. — Две полоски? Реально?

— Реально, — улыбаюсь я. — Если хочешь, можем еще один тест сделать. У меня есть запасной.

— Давай! — он вскакивает с кровати так резко, что я вздрагиваю. — Где он?

— В косметичке. В ванной.

Он убегает и возвращается через минуту с тестом в руках.

— Иди, — торопит. — Сделай.

— Ахмед, сейчас семь утра. Может, позже?

— Сумая! — он смотрит на меня умоляюще. — Я не усну, пока не узнаю точно.

Я вздыхаю, встаю, иду в ванную. Через пять минут выхожу с тестом в руках. Две полоски. Яркие, четкие.

— Смотри.

Он берет тест, смотрит на него так, будто это древний манускрипт. Потом поднимает глаза на меня.

— У нас будет ребенок, — говорит он тихо. — Настоящий?

— Настоящий.

— Сумая, — он подходит, обнимает, прижимает к себе. — Сумая, спасибо. Спасибо тебе.

— Ты уже говорил.

— Еще раз скажу. И еще. И еще.

Мы стоим обнявшись посреди спальни, и я чувствую, как он дрожит. Мой сильный, властный, несгибаемый мужчина — дрожит от счастья.

— Надо маме сказать, — напоминаю я. — И твоей маме.

— Да, — спохватывается он. — Да, конечно. Пошли.

— Ахмед, — я останавливаю его. — Дай мне хотя бы одеться.

Он смотрит на меня — растрепанную, в пижаме — и улыбается.

— Ты и так красивая.

— Иди уже, — смеюсь я. — Я скоро.