Чтение онлайн

Буржуй тихо и отчетливо, стараясь, чтобы не задрожал голос, спросил:

– Где?.. Где он?..

Ольга от удивления даже плакать перестала.

– Я думала, вы... Разве вы не заодно с ним?
– Она обвела присутствующих изумленным взглядом, но все смотрели на нее с таким же немым вопросом в глазах, и тогда она, всхлипнув, снова заговорила: - Он... пришел сегодня утром... Точно такой же, как год назад... И прямо с порога сказал - у него такая улыбка, знаете, я не могу объяснить, - он сказал: "У вас есть что-то, что вам не принадлежит, Ольга. Помните грозовую ночь?" Я не успела ничего сделать, даже закричать не успела. Мне вдруг стало больно... Невыносимо больно... Здесь, в груди... Я на несколько мгновений потеряла сознание, а когда очнулась...
– Она снова зарыдала, но быстро справилась с собой.
– Их уже не было... А я даже скорую вызвала, потому что думала - умру...
– Доктор Костя, смущенно кашлянув, отвернулся к шкафу и с невинным интересом принялся рассматривать книги. Ольга продолжала: - А потом так же неожиданно все прошло... И вот я жду... Просто сижу и жду... Сижу и жду...

– Чего же вы ждете?
– хмуро поинтересовался Буржуй.

– А что, что я могу еще делать?!
– прокричала Ольга.
– Пойти в милицию?! Кто я для них - воровка детей? Соучастница неизвестно кого?..

В этот момент Борихин совершенно бесцеремонно оттеснил Буржуя и протянул Ольге карточку Кудлы:

– Оля, успокойтесь и посмотрите, пожалуйста, очень внимательно...

– Да что тут смотреть!
– не дала ему договорить Ольга.
– Это же он! Он!!!
– Все как по команде сорвались со своих мест и побежали к двери. И несчастная девушка только и успела прокричать им вслед: - Подождите же! Кто вы?! Отдайте мне моего мальчика!!!

Издалека окна в особняке Кудлы казались темными, но с близкого расстояния стало заметно, что где-то в глубине дома горит неяркий мерцающий свет. С пистолетами в руках Буржуй, Толстый и его охранники тихо проникли внутрь. Свет горел в том самом глухом углу, где совсем недавно прятался Буржуй. Только теперь там стояла видеодвойка, и это ее экран сиял ярким фоновым светом. Перед телевизором стояло любимое кресло Толстого. И в этом кресле явно кто-то сидел. Кто-то очень маленький, не видный из-за спинки. Кто-то, чье присутствие выдавала только колеблющаяся на стене тень.

Буржуй, слыша, как грохочет его собственное сердце, приблизился к креслу и заглянул в него. Там в позе ребенка сидел плюшевый мишка, а на его лапе лежал пульт видеомагнитофона. Чуть помедлив, Буржуй нажал кнопку, и на экране появилось то же самое кресло, вот только сидел в нем маленький заплаканный мальчик, и, прижимая к себе того самого плюшевого мишку, говорил в камеру явно заученный текст:

– Папочка, любимый, дядя говорит, что ты есть, и мы будем все вместе гулять - и я, и ты, и мама. Но только если ты, папочка, будешь очень-очень послушный...

ГЛАВА 25

Чуть поодаль играла траурная музыка, слышно было, как произносят надгробные речи. На старом городском кладбище хоронили Бориса. Старый авторитет уходил навсегда. Буржуй, Толстый, Пожарский и Борихин сидели в стороне, на скамеечке у чужих могил и ждали. Буржуй не хотел толкаться в толпе, среди большей частью посторонних и неприятных людей. С Борисом он хотел попрощаться без суеты и лишних формальностей. Примерно то же чувствовали остальные. Но не Борихин. Тот высказался зло и без церемоний:

– Я уголовникам почестей не воздаю. Не для того я эту мразь полжизни уничтожал, как мог, чтобы на их могилах поклоны бить. И вообще, нашли место для совещания!

Буржуй поиграл желваками, но промолчал. Сыщик до сих пор был сам не свой от горя, так что нужно было стерпеть. Зато за покойного вступился Толстый.

– Зря ты так, Борисыч, - примирительно проговорил он.
– Может, Борис, ну, одним словом, по твоему ведомству и не святой, но мужик он был реальный. Сильный, честный. Мужчина, одним словом! Я, сам знаешь, тоже эти самые кладбища не люблю, но так уж сегодня совпало. А кроме того, этот ваш майор сам сказал, что должен на похоронах быть, не так, что ли?

Мужчины помолчали. Потом разговор зашел о странных событиях последних дней, похищении ребенка, об участии в нем Кудлы. Буржуй уже совершенно не сомневался в том, что его близких убил именно он. И только жалел, что не пристрелил его тогда, в селе.

– Но у него же полное алиби, - усомнился Пожарский.

– У него было бы алиби в одном случае: если бы он все время был рядом со мной!
– отрезал Буржуй.
– Ясно!?

– Вы, Коваленко, тоже не перегибайте.
– Борихин, ненавидевший Кудлу не меньше Владимира, оставался ментом.
– Мовенко официально запрашивал Интерпол, а это, знаете, организация серьезная, отписками не занимается... Лучше скажите: вы точно уверены, что на пленке ваш сын?

– Да, - без малейших сомнений сказал Буржуй и отвернулся.

– Ну, тогда...
– сыщик поколебался, подбирая слова, - завидую вашей выдержке. Честное слово.

– Эх, а сейчас-то чего делать?
– Толстый по давней привычке поскреб в затылке.

– Ждать, - резко ответил Буржуй.

– Чего ждать?
– не выдержал Борихин.
– У моря погоды?

– Он появится, - убежденно проговорил Коваленко.
– Обязательно появится. Он все это делает не просто так.

– И все равно не понимаю, - пожал плечами Пожарский.
– Если Воскресенский ни при чем, кто сел за компьютер - наш компьютер!
– и перепроверил данные?

– Я вам, Олег, могу еще сотню таких вопросов задать, - Борихин досадливо поморщился.
– А что толку?.. О, Серега идет.

По аллейке между могилами к ним действительно подходил Мовенко. Именно от него - из первых рук - Буржуй непременно хотел получить сведения о запросе в Интерпол.

– Привет всем, кого не видел, - майор пожал руку Борихину, остальным небрежно кивнул.
– Мерзкое зрелище.
– Он мотнул головой в сторону продолжавшегося траурного митинга.
– Хоронят, как какого-нибудь врача-академика! А самих можно через одного вязать. Мразь, урки!

Борисыч, только что высказывавшийся приблизительно в том же ключе, остался доволен. Бросил:

– Серег, тут ребята в алиби Кудлы сомневаются...

– Мало ли кто в чем сомневается. Я одно знаю: по официальному ответу Интерпола на наш запрос господин Кудла во время гибели вашей семьи, Коваленко, находился в Нью-Йорке, где его видели многочисленные свидетели. И уж точно не вылетал из Соединенных Штатов. Так что - в отличие от вас, кстати, - у него алиби есть.

– Прослушки нет, у Кудлы - алиби. Что, прикажете в чудеса верить?
– в упор посмотрел на майора Буржуй. Тот ответил тяжелым взглядом.

– Я вам ничего не приказываю. Игорь попросил меня об услуге, я ее оказал. А свои ребусы дурацкие разгадывайте сами - я к вам не нанимался!

После бесконечных проволочек и оттягиваний Вера наконец покорилась необходимости и собралась на дачу. Она шла по двору к машине во главе небольшой процессии - нагруженных корзинами, свертками и сумками охранника Ивана и доктора Кости. Зазвонил телефон.

– Да, - проговорила она в трубку.
– Толстый, лапочка, не ругайся, мы уже выходим... Честное слово, уже возле машины. Вот Ваня может подтвердить... Слушай, ничего нового? Ну как - насчет Володеньки?.. Да? Хорошо... Конечно, как только приедем, я позвоню. Обещаю!.. Все, целую тебя...
– Она отключила трубку и скомандовала: - Мальчики, давайте это все в багажник. Влезет?