Чтение онлайн

Ли, 16 лет (Псков):

– Условия – ничтожные. Как в древности, ну честное слово! Да, безусловно, я бы хотела переехать. Да потому что там законы более благосклонны, там человека считают за Человека. Не так, как у нас. В огромной стране, где пытаются штамповать одинаковых людей. Я люблю свою страну, но что она делает в последнее время?

«Патриоты» (те, кто не хочет уезжать) отметили такие причины: не могу оставить родителей/друзей; Россия – моя родина, я люблю ее и не хочу покидать; надеюсь на перемены, надеюсь, что моя страна станет более толерантной; можно нормально жить и в таких условиях.

Саша, 16 лет (Санкт-Петербург):

– Моя специальность хорошо развита в России, да и родные корни… А еще слишком люблю свой город, сложно без него.

Д., 16 лет (Тула):

– Если я и хочу уехать, то не из-за гомофобии. Просто повидать мир. Но вряд ли надолго покину страну.

Лиза, 17 лет (Новокузнецк):

– Здесь достаточно гомофобов, но я считаю, что имею право тут жить. Хочу ходить на митинги или по-другому отстаивать свои права. У гражданина РФ по Конституции есть право выбора. И там не указано, какого именно. Я сделала свой выбор – и буду за него бороться.

Мария, 16 лет (Москва):

– Это моя страна, тут есть простор для творчества, возможность жить. И просто искренне надеюсь, что ситуация изменится.

Оля, 17 лет (Санкт-Петербург):

– Без сомнения, хочу ездить по всему миру. Но всегда буду возвращаться сюда: несмотря ни на что, Родину люблю.

Константин, 15 лет (Великий Устюг):

– Не хочется уезжать из родной страны. Возможно, это глупо, а вдруг мы можем что-нибудь изменить.

Кира, 16 лет (Воронеж):

– Не скажу, что Россия слишком гомофобная. Часто слышу, что кругом быдло, кругом злые бяки. Тот, кто так говорит, сам какашка и живет в их кругу. Кругом полно умных и воспитанных людей, которым все равно, гей ты или гетеро, если ты хороший человек. Здесь можно хорошо жить. Хотелось бы жениться на девушке… Но можно устроить неофициальную свадьбу, какая разница, если любишь? А позже имущество оформить так, как если бы были супругами. Все возможно.

Кристина, 15 лет (Москва):

– Россия – мой дом. Я хочу жить у себя дома так, как мне нравится. Я хочу любить того, кого я люблю, а не того, кого разрешает закон.

Александра, 16 лет (Москва):

– Люблю эту страну, какой бы она ни была. Я просто хочу жить тихо, чтобы никому не мешать, и найти свою вторую половинку.

Дмитрий, 16 лет:

– Россия – моя родная страна, поэтому хотелось бы остаться здесь. Хотя иногда хочется уехать – из-за низкого уровня жизни и ценности труда.

Гульнара, 17 лет (Тамбов):

– Хочу быть в России, но в связи с последними событиями будущее представляю не особо радужным. Хочу тихо и мирно жить в своей стране, но при одном условии: жить открыто.

Евгений, 16 лет (Новосибирск):

– Останусь здесь и не буду скрываться. Хочу более-менее нормальную жизнь без мыслей: «О ужас, вдруг кто-то узнает!»

Полина, 14 лет (Москва):

– Здесь меня держат много вещей, в их числе и будущее страны. Возможно, я маленькая и глупая, но мне кажется, что будущее только за нами. Никакие старожилы не смогут нам помешать жить в такой стране, в какой хотим мы.

Стоит отдельно отметить «реалистов» – тех, что ответили: «Хотелось бы уехать, но нет средств/возможности, поэтому я останусь».

Елена, 15 лет (Минск, Беларусь):

– Я в Беларуси, а моя девушка в России. И с принятием этого закона гомофобы в нашей стране тоже стали кричать о себе. Однозначно хочу уехать. Боюсь только, материальный вопрос подрежет мне крылья.

Анжела, 14 лет (Москва):

– Я еще не решила. Огромное желание уехать загромождается огромным отсутствием возможности. Жить тихо-мирно вряд ли получится.

Жить тихо-мирно не просто вряд ли получится, а скорее «вряд ли захочется». Большинство ребят хотели бы заниматься ЛГБТ-активизмом. На вопрос «Хотели бы вы в будущем бороться за права ЛГБТ?» 83% опрошенных мной подростков (314 человек из 378) ответили «да», 9% (34 человека) – «нет», 8% (30 человек) – «не знаю». Около половины из ответивших «да» – 48% (151 человек из 314) – заметили, что пока не знают, чем именно хотели бы заниматься; остальные выбрали из предложенных варианты «психологическая помощь ЛГБТ» и «просвещение», менее популярными оказались юридическая помощь и участие в публичных акциях.

У «пессимистов» обнаружились две основные причины. Во-первых, бесполезность и бессмысленность борьбы. Мол, активизм не активизм – все равно ничего не изменится. Во-вторых, большинство тех, кто выбрал для себя «жить тихо и закрыто», признаются: возможно, это и малодушно, но ими движет страх. Страх раскрытия сексуальной ориентации на работе или дома, страх физического насилия…

1. Бессмысленно и бесполезно.

Яна, 16 лет (Владивосток):

– Не вижу смысла.

Рин, 17 лет (Санкт-Петербург):

– Нафиг надо? Кажется, доказать что-то нереально.

Ксения, 16 лет (Москва):

– Если за столько лет Россия не признала нас, не думаю, что сейчас что-то изменится.

Марк Лис, 16 лет (Севастополь):

– Бессмысленно. Наше общество не готово, так что пока не стоит воевать. Я не хочу быть среди стада, которое пытается что-то доказать такому же стаду.

2. Страшно за себя и за близких.

Кристина, 16 лет (Самара):

– Хотелось бы бороться, но не в этой стране, не с этим народом и не с этим правительством. И так сейчас живу в постоянном страхе, что родители узнают обо мне. Хотя в будущем, конечно, не хотелось бы прятаться…

Г., 16 лет (Элиста):

– Боюсь, что кто-то из родственников узнает.

А., 17 лет (Томск):

– Честно скажу, я бы не рискнула сейчас выйти на улицы за ЛГБТ. И девушку свою бы не пустила. Дело не в том, что нас может кто-то увидеть, а потом на учебе будут проблемы. Дело в неадекватных людях, которые спокойно нападают на активистов, – и им за это ничего… Меня не очень радует возможность отделаться проломленной головой. Но я искренне восхищаюсь теми, кто не боится и борется.