Чтение онлайн

– Навсегда? Тебе не нравится наша усадьба? У тебя нет ощущения, как у меня, что наш дом здесь?

– Я пока не знаю, где мой дом.

– Правда? Такое может быть?

– Если хочешь услышать правду…

– Ну да. Я предпочитаю искренность. Что с тобой происходит, Айме? Не ожидал увидеть тебя такой. С тобой творится что-то странное, тревожное. Почему, жизнь моя? Я ведь так тебя люблю!

Он взял ее за тонкую талию и привлек к себе. Айме чуть не оттолкнула его, но вовремя сдержалась. Она подумала, что люди из Сен-Пьера празднуют ее свадьбу. Теперь она сеньора Д'Отремон, которой завидовали все девушки на выданье из высшего общества. Она подумала о своей золотой цепи и улыбнулась, подавляя сопротивление души и тела:

– Не обращай на меня внимания, Ренато. Я просто устала и волнуюсь. Я бы выпила шампанского…

– Конечно. Вот оно. Смотри… Вот…

Они вошли в будуар спальни. На вышитой скатерти столика стояли серебряные подносы с лакомствами: сладости, фрукты и ведро со льдом, из которого виднелись две бутылки шампанского. Ренато наполнил бокал и поднес к ее губам, страстно шепча:

– Айме, моя любовь, моя жена…

Они выпили, снова наполнили бокалы, опустошая их за улыбками и поцелуями. Последняя вспышка молнии лилово блеснула в зеркалах. Вскоре появилась бледная, холодная луна, и Айме заметила:

– Гроза уже прошла.

– Я тебя обожаю, Айме! – Ренато вновь принялся ее целовать, нежно поднял ее на руки и прошел в позолоченную спальню с атласными занавесками, страстно повторяя: – Я люблю тебя! Люблю тебя!

– Давай-ка выпьем еще шампанского, Ренато, – увильнула от него Айме. – Побольше шампанского. Принеси-ка еще бутылку.

– Колибри, где ты был?

– Не смотрите так, капитан, я с хорошими новостями. Я ходил к дому новой хозяйки.

– И что? Что? – Хуан вскочил со скамейки, которая упала позади него. Уже настал полдень, и в обветшалой таверне Глухого у причала и холма, где высился старый дом Мольнар, была лишь горстка посетителей. – Ты скажешь наконец?

– Сейчас, хозяин, разрешите перевести дух, потому что я бежал туда и обратно, – Колибри радовался, что принес Хуану Дьяволу добрую весть после проведенной ночи в грязной таверне, слушая его ругань и наблюдая за его пьянкой. – В доме напротив девушка подметала лестницу и сказала, что сеньора и сеньориты уехали в деревню, и она не знает, когда они вернуться, но точно вернутся.

– Она так сказала? Выходит, в деревню на несколько дней. Теперь ясно! Как же я не догадался? Они всего лишь поехали в деревню. А я и не подумал… – он задумался на миг и спросил: – Она не знает, куда они поехали?

– Нет, капитан. Сказала, что они никому не сообщили, но снова уехали и вернутся.

Хуан подошел к дверям таверны, и его озарило ясное солнце. Все показалось ему другим: небо, улицы, горы, далекие вершины. Волна радости и ликования заполнила душу и тело; он заявил решительно:

– Пойдем ее искать, Колибри. Я обойду каждую пядь земли. Но сначала я оденусь, как кабальеро.

– Хуан Дьявол! Что же это? – удивился Педро Ноэль.

– Вы находите меня другим, да? – улыбнулся Хуан.

– Черт побери! Ты выглядишь другим. Что ты здесь делаешь? До тебя не дошло мое послание? Тебе не сообщили о моем…?

– Я получил сообщение, и пришел поблагодарить вас за это. «Люцифер» встретился со шхуной «Надежда» в пределах видимости этих берегов, и капитан потрудился доплыть до меня на шлюпке, чтобы сообщить о происходящем. Благодарю вас за предупреждение.

– Вижу, ты придал этому огромное значение. По-видимому, теперь тебя не беспокоит тюрьма. Разве что…

Старик прервался, чтобы рассмотреть Хуана Дьявола с ног до головы. Его настолько изменил наряд, что нотариус едва верил своим глазам. Чисто выбритый, хорошо подстриженный, Хуан Дьявол действительно стал похож на кабальеро своей статной фигурой и в костюме от лучшего портного Сен-Пьера. Широкая спина, высокий рост, непринужденная манера вызвали у нотариуса острые воспоминания о другой гордой фигуре, другой гордой и твердой походке. Одетый таким образом, грубый капитан «Люцифера» стал слишком походить на Франсиско Д'Отремона. Походить так, что ноги доброго старика подкосились и тот сел, а на висках выступил холодный пот; он прошептал:

– Поразительно! Вылитый, один в один!

– Вылитый в кого?

– Ни в кого, – ушел от ответа нотариус. – Призрака…

– Черт побери! – весело воскликнул Хуан. – Мне не слишком льстит сходство, но также не осмеливаюсь думать, что ваше волнение вызвано страхом, что я попаду в тюрьму. Уверяю, для этого нет законного основания. Я нарушил закон, но не пошел против него в открытую. Мои веские доводы защитят от любого обвинения. Мне повезло, очень повезло в последнем плавании. А теперь, мой добрый Ноэль, я решил изменить жизнь. Вас это удивляет? Вы все равно глядите на меня, как на призрак.

– Ты изменишь жизнь, Хуан Дьявол! – воодушевился Педро Ноэль. – Да, ты изменишь жизнь! И тебе кое-кто поможет. Поможет! Я немедленно берусь за это!

Взволнованный старый нотариус говорил, и у него груди поднималось благородное желание справедливости. Перед стройным обликом Хуана Дьявола, так похожего на Франсиско Д'Отремона, он чувствовал, что нельзя иначе. Да, в одежде кабальеро грубый капитан «Люцифера» казался другим. Он походил на того, кем в действительности и являлся – сыном Франсиско Д'Отремона, который при жизни не успел ему помочь, защитить и поддержать. Его лишили всего и толкнули в пропасть, но он выжил, потому что сильный, и не надеялся ни на кого, потому что гордый; поэтому снисходительно усмехнулся:

– Мне не нужна помощь, Ноэль. Это не входит в мои привычки. Я ни в ком не нуждаюсь. Я изменю жизнь своими силами. И по правде сказать, уже начал менять ее. А ну-ка гляньте из окна! Посмотрите!

Он настежь распахнул окно в кабинете. В узком переулке ждал двухместный экипаж, новый, сверкающий, с упряжкой коней, преданно охраняемый Колибри, одетого, как маленький кабальеро, с изящной темнокожей фигурой и сверкающими глазами.

– Что это? – спросил Ноэль, искренне изумленный.

– Мой экипаж и личный секретарь, – провозгласил Хуан, радостно улыбаясь. – Не пугайтесь, ведь это только начало. Я приехал поблагодарить вас и еще кое за чем. Я жду невесту, которая временно отсутствует, и ездил туда-сюда по Сен-Пьеру. Знаю, в чем меня обвиняют, и почему вы боялись. Я потратил несколько монет и меня больше не побеспокоят, если только кто-то не задастся целью повернуть все против меня. Я высадился на Мысе Дьявола и там же спрятал шхуну. Мне показалось целесообразным, чтобы «Люцифера» не видели на рейде Сен-Пьера.

– Это единственное разумное, что ты сделал.

– Все, что я делал, было разумным. На вершине скал стоит разрушенная хижина. Никто не тронул ее. Полагаю, жильцы деревни считают ее моей собственностью.

– Лучше скажи, что никого не интересует этот проклятый утес.

– Великолепно! Я хочу иметь его на законных основаниях и купить прилегающие к нему земли. Построю там прочный дом. А для этого нужны бумаги.

– Бумаги и деньги!

– У меня есть деньги, оформите бумаги, и полный порядок.

– Ну, Хуан, тогда ты точно сколотил состояние.

– Это не состояние Д'Отремон, – ответил Хуан насмешливо. – Но у меня есть деньги, чтобы купить женщине все, что она пожелает.

– Женщина… говоришь «моя невеста». О чем это ты?

– Я люблю самую красивую женщину на свете, Ноэль, – заявил Хуан с внезапной страстью. – Хочу ее только для себя. Вам видней, как это улаживается.

– Не знаю другого способа, кроме брака. Ты хочешь жениться?

– А почему же нет? Будь что будет. Тоже нужны бумаги, да?