Чтение онлайн

После обеда Миф ушел по делам, вернулся после 12-ти, я даже беспокоился, что с ним. Сделали оба; <…> [820] `a nu [821] .

23 [июля], вторник

Писал целый день с увлечением. До 8-ми часов. Приходил Зилоти смотреть на технику.

Миф вернулся поздно. Делать с ним сделал… <…> [822] .

24 [июля], среда

Утром неприятная забота: Лазарев, представ[итель] дом[ового] комитета, собирал списки гробокопателей из жильцов нашего дома. От 18-ти до 50-ти [823] . Я встревожился (ведь до 45-ти везде); ходил к нему и волновался. Потом писал до 6-ти часов. Обедала Женя из Царского Села. Ходил за мукой к <Порфирону – зачеркнуто> Мар[ии] Порфир[ьевне]. В половине 9-го пришел А.И. Талановский – мой ci-devant [824] . Ридикюльные, истерические памуазоны [825] перед моими картинами. Весь он ridicule [826] , очень болтлив, банален, хотя он (кажется) и вполне милый человек. Ушел в 11. Вернулся Миф. Потом вызвал Диму и втроем долго болтали в комнате Мифа.

Четверг, 25 [июля]

Работал с утра до 6-ти часов. Кончил картину. После обеда немного прошелся до Никольс[кого] сада, вошел туда, сидел на скамейке. В 8 ч[асов] пришел Гиршм[ан] и П.Л. Леон. Показывал картину Г[иршман]у, он так ей обрадовался, что даже поцеловал меня. Сидели недолго. Потом я поднялся к Анюте к чаю, у нее А.О. Кан. Рассказал мне послед[ние] новости о его зарожд[ающемся] книгоизд[ательстве], не очень меня интерес[ующие]. К счастью, он меня не привлекал на этот раз. Потом все перешли ко мне смотреть мод[ные] гравюры – Кан купил недавно себе целый lot, по описанию его неудачный.

У Мифа сегодня смешная была история с Эллой Г[рюнберг]: она его приревновала, сделала глупейшую сцену. Совершеннейшая идиотка. [Это все] Из-за не поцелованной руки.

26 [июля], пятница

Утром приехал Вавельберг и заплатил деньги за картину, тыс[ячи] 2, объяснения и извинения за запоздание.

Потом по просьбе Женечки с ним и Анютой на Невский в комисс[ионный] магазин, где Женя с моего одобрения купил себе белую сакс[онскую] фигуру для перепродажи. Вернулся домой один, после завтрака брился и лежал. Оливы (приехали) пригласили меня сегодня к себе обедать. К ним поехал к 6-ти часам. Там оба Бенуа, потом Аргутинский, Казнаков, бельгиец (их дома) и, под конец обеда, Коля Лансере.

Оливы мне понравились. Рассказывали много интересного. О Москве, напр[имер], о двух занятиях их дома анархистами с Дальским во главе [827] . Купили J'elyotte’a Tocqu'e [828] . Вкусный обед с винами!

Вернулись рано на траме, удачно. Говорил с Мифом. Получил в подарок от него вилку F[aberg'e?] и носки – я стянул с его ног.

Ночью смотрел свои эротич[еские] наброски, задумывал картины: 1) полет ведьм на шабаш при луне; 2) в павильоне с разноцв[етными] стеклами эротич[еская] полусилуэтная сцена.

Читал книгу юбилейную, посв[ященную] К.И. Маю [829] , 1856 – [1]906. Воспоминания – Д. Семенов и др[угие] – и перенесся в далекие года. Все вспом[инал] ранние [годы] моего учения, до [18]70 г[ода].

Долго не мог заснуть.

27 [июля], суббота

Утром пришел Зилоти, нам помешало требование меня и Анюты в комиссариат, что меня встревожило. Оказалось, мы не нужны как гробокопатели, и нас сейчас же отпустили.

Упражнялся в пении, спел aria’у Porpora «Gi`a la notte» [830] и поехал к Оливам к завтраку. Там Безак и Казнаков. Опять вкусный завтрак: яичница с почками, шницель по-венски и много вина.

После завтрака на траме с Е[леной] П[авловной] и М[ихаилом] С[ергеевичем] на Карав[анную] смотреть фарфор Паскевича. Он на меня не произв[ел] впечатления. Скорее, скучный. Аргутинский пришел туда же. Потом в антикв[арный] магазин Фаберже, у кот[орого] тоже ничего особенного мне не понравилось.

Обедал один. Миф [поехал] в Тарховку на два дня. Вечером пришел Валечка, разговоры на антикварные темы. Потом играл мне две новые песенки. Я его уговаривал не отказываться (он хотел) от писания текста для «Фейерверков и масок».

28 [июля], воскр[есенье]

Утром Зилоти; смотрел картину, взял краски для новой смеси. Потом ничего не работал. [831] Читал «Contes» [832] La Fontaine’a. К 7-ми поехал к Анне Петровне к ужину, там Аргут[инский]-именинник, А[нна] П[етровна] сделала пирог, а С[ергей] В[асильевич] дал бут[ылку] рислинга. После обеда сидели в академ[ическом] саду на скамейке. Потом в 10 ч[асов] я уехал. Пил чай. Смотрел книги.

Долго не мог заснуть: придумал тему, краски, утварь картины, котор[ую] буду писать, м[ожет] б[ыть], в первую голову. Pavillon chinois [833] . Долго о ней думал. Только о красках карт[ины] «Com'edie Italienne» [834] или «Conclusion» [835] . Потом <…> [836] сделал [P.S.] [837] . Под утро, но еще в темноту был разбужен ужасн[ым] криком женщины под окном. «У меня ничего нет», – повторяла она. Я высунулся; она убежала, выбросив из своей корзинки черную кошку. Двое (патруль) ворчали, смотрели на кошку и говорили: «Ее бы саму на котлеты» (т. е. что она будет делать их и продавать).

29 [июля], понед[ельник]

Утром рано вернулся Миф из Тарховки. Утром его рвало и слабило, говорит он, но у него вид не холерного, он пошел на службу. Я ходил стричься. Вернулся, заходил к Анюте. Работать не хочется, буду писать письмо Званцевой [838] , перед котор[ой] в долгу давно, и снесу его Платеру, едущему сег[одня] в Москву. Читал хорошо написанную биографию La Fontaine Auger, предпосланную его сочинениям изд[ания] [18]28 г[ода].

Написал письмо, снес Платеру, сидел у него. Пошел к Анюте, там М[ария] Вас[ильевна], Бенезе [839] и Женя из Царского. Скучные и тягостные разговоры о ее делах.

К 7 1/2 к Оливам. Saint-Sauveur, бельгиец и Казнаков, очень скучно было, и я уже почувствовал усталость от этого дома. Больше не хочется туда ехать. Вернувшись, вызвал Анюту на несколько минут. Потом дочел биогр[афию] La Fontaine’a: она – чудная тема для веселой комедии или истор[ического] романа. Спал неважно.