Добро не оставляйте на потом
Шрифт:
Двери на террасу в квартире Матильды и Олимпио были открыты. Беппе спал на солнышке, Ардженто свернулась клубком под креслом. Бирюзовое море было спокойным. В гостиной внуки Матильды помогали накрывать на стол. Николина достала из шкафа лучший мамин сервиз и серебряные приборы. Рядом с тарелками лежали отглаженные льняные салфетки. В центр стола Анина поставила вазу с розовыми пионами.
Олимпио сидел во главе стола, остальные бродили по квартире, разглядывая предметы обихода женщины, которую они пришли помянуть. В доме ничего не изменилось, вот только Матильды в нем больше не было.
Николина положила руку отцу на плечо:
– Съешь что-нибудь, папа.
– Обязательно.
– Может, начнем?
Олимпио кивнул. Николина позвала всех к столу.
– Это абсолютно в духе Матильды, – прошептала Ида, обращаясь к Джусто, который отодвинул для нее стул. – Кроме нас, тут только ее родственники. – Она хмыкнула, развернула салфетку и положила ее на колени.
– Для меня большая честь здесь находиться, – тихо сказал Джусто.
Разговоры, сопровождавшие обед, вскоре стихли – гости завершили вкусную трапезу. Анина и Николина позаботились о том, чтобы все остались сыты.
– Матильда иногда ела мои тортеллини, но мне не доводилось пробовать ее вариант, – отметила Ида. – Очень вкусно.
– У меня сохранились все ее рецепты. – Николина улыбнулась и наполнила опустевший стакан Иды водой. – Мама любила вас и ценила вашу стряпню.
Ида всхлипнула, уткнувшись в салфетку.
– Я тоже ее любила.
Серебристая кофеварка запыхтела. Анина с Николиной убрали посуду и поставили на стол тарелочки с печеньем. Им помогали Роза, невестка Николины, и ее дочь Серена. Гостям подали кофе, и Николина встала рядом с Олимпио.
– Мама попросила меня пригласить вас сегодня сюда, в ее дом. Она жила здесь с пяти лет. Родилась она в Шотландии, в Дамбартоне. Ее родители поженились в Британии, в Манчестере, 3 июня 1940 года. Мама родилась через восемь месяцев после гибели своего отца, капитана Джона Лоури Мак-Викарса, утонувшего при крушении «Арандоры Стар» 2 июля 1940 года. Мама вместе со своей мамой, Доменикой Кабрелли Мак-Викарс, до окончания войны жила в монастыре в Шотландии, а потом они вернулись в Виареджо. Отцом маме стал Сильвио Кабрелли, любивший ее, как родную дочь. Сильвио был первой любовью Доменики, и они поженились, когда он приехал в родной город, чтобы работать у Пьетро Кабрелли. Мой дед Сильвио взял фамилию Кабрелли, чтобы продолжить семейный бизнес. Мама любила своего единственного брата Нино. Они счастливо жили в этом доме со своими родителями, бабушкой и дедушкой, а летом к ним приезжала мать Сильвио, Вера.
– Было очень весело, – подтвердил Нино. – Особенно с Верой, уж она-то не давала нам скучать.
– Все вы знаете нашу маму. Она сама выбрала цветы, составила меню и список гостей. Мы с братом понятия не имеем, что будет дальше, поэтому на всякий случай заранее просим у вас прощения. Мы будем следовать ее инструкциям, и нас ждет такой же сюрприз, как и вас.
Николина подошла к сейфу, открыла его и достала бархатную шкатулку. Сверху лежал конверт.
– Это письмо… – Голос Николины дрогнул. Она принесла шкатулку и конверт к столу и начала читать вслух:
Дорогие мои, горячо любимые семья и друзья!
В этой шкатулке – история. Моя история, а теперь и ваша, потому что каждый из вас станет обладателем ее частички. Мой выбор может вам не понравиться, но со временем вы поймете, что для меня было важнее что-то выбрать для вас самой, чем ваше одобрение.
Собравшиеся заулыбались, и Николина продолжила:
Прежде чем Николина раздаст подарки, я хочу сказать спасибо ей и своему сыну Маттео. Я благодарю их супругов – Джорджио и Розу. Своих внуков Анину и Джакомо, Серену и Артуро. Я благодарю своего брата Нино, его жену Патрицию и их дочь Анну. И в особенности мне хочется поблагодарить своего любимого мужа Олимпио, которому приходилось терпеть мое сумасбродство, но он всегда и во всем шел мне навстречу. Благодаря тебе мы ни в чем не нуждались, и ты стал достойным продолжателем главного дела моих деда и отца.
Дорогие мои, спасибо всем вам за то, что последние годы вы относились ко мне с пониманием. Я постепенно забывала факты, события и даты. Конечно, поначалу это кажется мелочью, но в какой-то момент такие провалы превращаются в лавину, называемую старостью. Помните, пожалуйста, меня прежнюю, а не то, что осталось под обломками.
Я думала о вас, когда смотрела на эти украшения. Так что и вы вспоминайте меня, когда будете их носить.
Крепко целую,
Ида подтолкнула Джусто локтем.
– Класс, – прошептала она.
Шкатулка оказалась наполнена конвертиками с записками, написанными Матильдой от руки для каждого из собравшихся за столом. Николина обошла вокруг стола и раздала их.
– Похоже на Рождество. – Ида открыла свой конверт.
Дорогая Ида,
Жемчужное ожерелье, которое мне подарила мама, я носила каждый день до самой ее смерти. Потом перестала, оно никогда мне не нравилось. Я не любительница жемчуга. В отличие от тебя, ведь ты часто им восхищалась. Надеюсь, ты не шутила, иначе будет обидно, потому что жемчуг достается тебе.
Твоя подруга
– Она не обязана была это делать, – сказал растерянный Нино.
– Но она так хотела. – Николина вручила дяде медальон святой Лючии, который Вера Вьетро и Сильвио подарили когда-то Доменике. – А это вам, Zia Патриция. – Она протянула тете кольцо с рубинами.
– Смотри, что она написала, – воскликнула Патриция, показывая Нино записку. «Моей самой замечательной и самой многострадальной невестке».
– Сарказм ей не изменил. – Нино пожал плечами.
По мере того как члены семьи открывали свои подарки, их грусть сменялась радостью, они читали и показывали друг другу послания, оставленные им Матильдой.
Платиновая брошь с сапфирами досталась ее невестке Розе.
Золотые серьги, которые в детстве носила Доменика, – внучке Серене.
– Джусто, помоги застегнуть. – Ида наклонила голову, и старик защелкнул жемчужное ожерелье на ее шее.
Рубиновые запонки Сильвио, сделанные им самим, перешли к внуку Матильды Джакомо.
Золотые карманные часы, которые Пьетро отдал Доменике перед ее ссылкой в Марсель, получил Джусто Фильоло. Приложенная записка гласила: «Дорогой Джусто, желаю тебе дожить до ста лет».
Обручальное кольцо Матильды – то самое, которое Джон Мак-Викарс подарил Доменике, – а также бриллиантовое от Олимпио и аквамариновый браслет с серьгами предназначались Николине.
Медаль Ватикана, врученная Олимпио и Матильде Папой Иоанном Павлом II за служение церкви, стала собственностью Маттео.
Медальон святого Антония, принадлежавший Сильвио, отныне будет носить Артуро.
Часы Сильвио получил в подарок Джорджио, со словами «Моему прекрасному зятю».
Обручальное кольцо Нетты было оставлено дочери Нино Анне.
Обладательницей авантюриновых часов на цепочке, подаренных Доменике капитаном по случаю их помолвки, стала Анина.
Знаменитый рубин Сперанцы Матильда завещала Олимпио. «Мой дорогой, сделай, пожалуйста, что-нибудь из этого камня. Уже пора. Когда на небесах я встречусь с Ромео и Аньезе, они обязательно поинтересуются его судьбой».
– Анина, а это тоже тебе, – удивилась Николина.
– Но у меня уже есть часы прабабушки. – Анина открыла второй конверт и заглянула внутрь.
– Что там? – осторожно спросила Ида.