Чтение онлайн

— Не делай так больше.

Олег развел руками.

— Оно само из-за засады выскочило. Кстати, я нового шамана в племя привел.

— Я вижу и слышу все в округе. Знаю.

— Еще примерно год-полгода, и мы навсегда покинем это место, -обрадовал Олег духа. — Отправимся к людям. Не вечно же сидеть в горах.

— И чем займемся?

— Легализуемся, найдем работу, источник заработка, обзаведемся жильем. Нормальным жильем, а не пещерой или полуразрушенной башней.

— Мне нравится.

— А, да… — Олег замялся, он не знал, как призрак отреагирует на болезненную для себя тему. — Я пытался разузнать у великих шаманов про воскрешение мертвых, некромантию. Они — полные профаны в данной теме.

— Проф… кто?

— Короче, ничего не знают.

Призрак с опечаленным взглядом кладет руку на плечо Олега. Даже через одежду возникло ощущение слабого покалывания.

— Ты сам говорил: придется потерпеть.

Остаток дня Олег провел, отдыхая на лежаке и предаваясь размышлениям. Теперь верхний этаж башни с лучшим видом принадлежал ему, Нух расположился на втором.

К своему разочарованию, парень понял, что совершенно ничего не знает про Империю Дракона кроме самых общих сведений. Ни географии, ни законов, ни правил поведения в городе. В школу Кан не ходил. Сплошная ограниченность.

Как легализоваться, если сможешь в лучшем случае сойти за тупую деревенщину? Если возникнут вопросы, как объяснить владение гоблинской магией? А никак. Придется прикидываться цуанем, вроде как местные аналоги богатырей ценятся. В деревне Кана мельком упоминали про их наемничество, службу в страже, армии.

«„Нет, в армию не вариант… никакой свободы, нужно соблюдать субординацию. Наемником слишком рискованно, постоянные скитания, никаких социальных гарантий. А вот попытаться счастье в какой-нибудь городе стражником-вышибалой или охраной к богатею…Тоже вариант ниже среднего.“»

Олег мысленно хмыкнул. А чего он ожидал? Не в сказку попал, никто могущество, знания и могущество на блюдечке с золотой каемочкой не предоставит. За все придется платить так или иначе.

Временем, кровью, потом. Голый энтузиазм — лишь часть успеха, он уже прочувствовал на себе, каково вслепую тыкаться в попытках пробудить Искру. Мог провести так десять лет, не добившись серьезного прорыва, а гоблины предоставили знания, рабочие магические техники и заклинания.

Олег, конечно, попытается что-нибудь выудить у имперских мастеров ци, но Великий Сход в Утробе по-любому остается основным вариантом…

Следующий день парень провел в медитациях, миллиметр за миллиметром прощупывал Искру, прислушиваясь к ее тихому, мерному биению.

Когда-то она казалась крошечной точкой света в грудной клетке, бледным угольком, который едва чувствовался. Теперь же ощущалась плотнее, тяжелее, насыщеннее. Будто стала маленьким солнцем, покрытым тончайшими прожилками живой энергии.

Олег медленно направлял ци по главным меридианам, проверял их проходимость, отыскивал слабые места. Пропускная способность выросла, это ощущалось ясно: энергия текла быстрее

Но именно в глубине, на кольцевых каналах, тесно примыкающих к Искре, парень заметил то, чего раньше не было.

Тонкие, почти невидимые утолщения. Как будто поверх собственных энергетических волокон лег второй слой, чужеродный, сплетенный в правильный, но незнакомый рисунок. Он был похож на тончайшую паутину из тусклых нитей ци, намеренно скрытую, встроенную внутрь структуры.

— Не припомню такого раньше… -пробормотал он.

Сканирующий импульс ци медленно обтекал аномальные включения, ощупывая их контуры. Они не пульсировали, не дышали и были слишком стабильны, как будто застыли в одном состоянии. Это уже было подозрительно, любая естественная перестройка каналов после нагрузки или травм имела динамику. А тут жесткая, ровная печать.

Он усилил подачу. Направил чуть более плотный сгусток энергии к подозрительным участкам, мягко надавил.

У Олега перехватило дыхание, сердце застыло и на три секунды перестало биться. Парень жадно глотнул воздух ртом.

Аномальные включения ожили. Их структура колыхнулась, вдоль каналов прошла холодная волна. Эти контримпульсы отбросили поданную энергию, как если бы это нечто защищались.

Он попытался вновь провести ци тонкой струйкой. И снова получил резкий агрессивный отклик. Будто внутри стоял сторожевой узел, который воспринимал любое вмешательство как попытку взлома.

Но при этом структура была слишком грубой, чтобы быть проклятьем шанши. У шанши проклятье вело себя как живое, менялось, стремилось распространиться, проникнуть в кровь, в плоть, в нервы. Оно паразитировало, перестраивало организм.

А это включение было другим. Оно не пыталось поглотить или подчинить, просто сидело и чего-то ожидало.

— Это… контрольная петля. Или что-то близкое.

Не проклятье в обычном смысле, не попытка убить, а привязка или поводок. Хитрый, глубоко интегрированный и достаточно незаметный. Стало понятно, почему структура так похожа на естественные меридианы: ее вплели, пока Олег тренировался и пил гоблинские эликсиры.

Он смутно вспомнил горьковатый привкус одной из настоек Шода, ту, что должна была «„гибче сделать каналы“». Очень удобно делать каналы гибче, когда параллельно в них внедряют новые узлы. Олег до боли сжав кулаки.

Выходит, прокляли? Не совсем. Скорее без его ведома навесили магический поводок. И что он делал, как работал, одним великими шаманам известно.

— С-суки…

Он сжал кулаки, стукнул по полу. Его ярость ощутила Лэяо и поспешила переместиться на третий этаж.

— Олег, что стряслось?

— Ушастые мрази… вот что стряслось. Прокляли меня.

— Прокляли?

— Будет нам уроком. Высшим ягуайским шаманам нельзя доверять. Я согласился им помогать как наемник, по доброй воле, никаких клятв преданности, а они втихаря на меня поводок колдовской повесили… С одной стороны, необходимость подстраховки понять могу, слишком много мне известно про Утробу, их магию, алхимию. С другой, пошли они на хер! При первом удобном случае отплачу той же монетой.

— Знаешь, чему я научилась после десятилетий прозябания тут?
– спросила Лэяо.

— Чему?

— Терпению. Не нужно торопиться.

Олег несколько раз вдохнул и выдохнул, восстановил пульс, успокоился.

— Согласен.

Все свободное время Олег стал тратить на медитации и дотошное прощупывание проклятья. Он работал предельно аккуратно, иногда часами не двигался, направляя ци вдоль подозрительных утолщений каналов, пытаясь уловить хоть малейший отклик, слабый резонанс, намек на слабое место.