Чтение онлайн

— Я совсем тебя не знал, — неожиданно для самого себя признался он. Айлин чуть вздрогнула и осторожно посмотрела на него, словно страшась обнаружить издевку. Но тут же заулыбалась, отвела взгляд в сторону, заправила за ухо упавшую на лоб прядь, вынудив Дарре замереть в ожидании.

— Я тебя тоже, — лукаво произнесла она и скользнула в двери лавки. Дарре выдохнул, воодушевляясь ее тоном. Даже пара малоприятных минут в обществе богоподобного Кёна перестала жечь каленым железом. И пусть до словесных оскорблений дракона тот не снизошел, размазав по земле одним взглядом и добив снисходительной помощью, его нескрываемая заинтересованность Айлин моментально напомнила Дарре о второй ипостаси. Так и захотелось обернуться ящером и посмотреть на выражение лица этого перетрусившего гордеца. Даже без крыльев и без воспламеняющей железы Дарре хватило бы мощи осадить одним своим видом. Показать, каково это, когда не можешь ответить. Особенно перед глазами желанной девушки.

Впрочем, Айлин столь ловко осадила этого расфуфыренного индюка, что Дарре даже пожалеть того захотелось. Он-то лучше всех знал, с какой силой она может ударить, не прилагая особых усилий. А ведь стоял, сжимал кулаки, только и выжидая малейшего намека на оскорбление Айлин. Там бы никакая угроза расправы над драконом не остановила. Но дружинник отступил. А Дарре удалось узнать Айлин еще с одной хорошей стороны. И… получить самый настоящий подарок…

— Я договорилась! — радостно объявила Айлин, вернувшись к нему. — Подкупила милую лавочницу пирожками, и она поручила сыну привезти нам доски. Думаю, он оценит мою выпечку. И потом не раз захочет попробовать еще.

Дарре улыбнулся. В вечной потребности доказывать свою состоятельность он собирался было предложить перетаскать купленные доски вручную, но Айлин решила эту проблему, не только уничтожив предмет конфликта, но и получив от нее выгоду. Она просто изумительная!

Путь начали молча. Дорога, однако, была неблизкой, и вскоре тишина стала казаться надоедливой, а осторожные и в то же время хитрые взгляды и улыбки Айлин вынудили Дарре заговорить.

— Расскажи про Окинос, — так неожиданно попросил он, что Айлин даже ресницами захлопала от удивления. И тут же почувствовала, как Дарре напрягся, словно ожидая отказа. Почему? Разве она могла хоть в чем-то ему отказать?

— Про их медицину? — уточнила она. Дарре качнул головой и улыбнулся.

— Про их медицину я каждый день слышу от твоего отца, — ответил он. — А также про их целебный климат, научные школы и поддержку государства. Есть у тебя что-нибудь менее нудное? Хотя бы про булочки.

Айлин еще раз хлопнула глазами, переваривая шутку, а потом вдруг весело рассмеялась, избавляя Дарре от неловкости.

— Да, папе только дай волю, — объяснила она свою реакцию. — Он мне все детство вместо сказок рассказывал правила оказания первой помощи. Надеялся, что я по его стопам пойду. А я вот… разочаровала…

Дарре качнул головой.

— А по-моему, Эйнард только что от гордости не лопается, когда о тебе говорит, — заметил он и усмехнулся: — Когда на плюшки налегает, уж точно.

Айлин, не удержавшись, тоже прыснула. Она и подумать не могла, что у Дарре есть чувство юмора. Все его угрюмым и нелюдимым считала. А он… нормальный парень, как оказалось. И над собой способный поиронизировать, и за другими грешки замечающий. И… так просто избавивший ее от еще одной порции угрызений совести.

— Кажется, здесь кто-то слишком часто думает о моей выпечке, — подловила она его. Дарре повел плечами.

— Вкусно, — без тени смущения сообщил он. — Очень.

Айлин довольно заулыбалась: более приятного комплимента она не получала еще никогда в жизни.

— Я рада, — ответила она. — Мне всегда нравилось стряпать, но, конечно, и в голову бы не пришло организовать собственную пекарню, если бы не побывала в Окиносе. Там такие лавочки очень популярны. В них приходят не только сладкоежки, но и просто занятые люди, которые не могут позволить себе тратить время на приготовление завтрака или обеда. Купил, например, несколько пирожков с мясом или капустой — и на весь день хватит. Или можно даже пирог на целую семью заказать — там и такое практикуют. Главное же распробовать, понять, насколько это удобно… — тут она осеклась, поняв, что увлеклась. Вздохнула. — Боюсь только, в Армелоне такой номер не пройдет. Тут новое не любят. Папа вон сколько госпиталь свой отстаивал, а уж что может быть нужнее его?

— Эйнард в одиночку пробивался, — заметил Дарре. — А у тебя родители, сестры, других родственников полный воз. Будут желающие помочь. Надо только подход найти.

— Печеньем? — лукаво поинтересовалась Айлин, и Дарре понял, что она намекает на него самого. Но вместо привычного раздражения ощутил только осторожное удовольствие.

— Если начнешь с меня, то печеньем, — согласился он, и Айлин почти незаметно выдохнула. Неужели надеялась именно на такой его ответ? И искала именно его поддержки?

— Начну, — еле слышно проговорила она, и удовольствие в груди Дарре подобралось к самому настоящему восторгу. Так и захотелось сотворить что-нибудь безумное, чтобы дать ему выход. Пройтись колесом, как Вилхе. Изобразить выдуманный танец, как Ана. Или… как отец… заключить любимую в крепкие объятия, заглянуть в счастливые глаза, шепнуть что-то невозможно нежное и понятное ей одной, а потом…

— Дарре!.. — огненный вихрь, именуемый Беатой, тоже выражал восторг по-своему. Бросился Дарре на шею и повис на ней, болтая ногами и обдавая срывающимся дыханием. Дарре улыбнулся, чуть приобнял Беату, взъерошил и без того растрепанные волосы и только после этого спустил ее на землю. Глаза у Беаты сияли, как звезды.

А у Айлин мигом испортилось настроение. Ревновать к малолетней сестре было невероятно глупо, но Айлин отдала бы все на свете, чтобы очутиться сейчас на ее месте. Если Айлин от одного прикосновения Дарре к своим волосам сомлела, едва на ногах устояв, то в его объятиях, наверное, и вовсе голову бы потеряла. Как когда-то… Два года назад…

— Дарре! — это уже Кайя: улыбнулась скромно, а в глазах ничуть не меньшее счастье, чем у названой сестры. Айлин отвернулась, чтобы не смотреть и не завидовать. И не испортить все своим характером. Одного раза хватило. Второго Дарре точно не простит.

Милейшую идиллию нарушил звон бубенчиков и цокот копыт: приближался сын древотеса с досками. Дарре заметно посерьезнел и посторонился, увлекая за собой и Кайю с Беатой. Те глянули на него с удивлением, но ни одна, ни вторая не ударили по больному, поинтересовавшись причиной.

— Можешь выпрячь ее на время и к ограде привязать, пока я доски перетаскаю? — попросил Дарре, и мальчишка, кивнув, повиновался. Айлин провела их на задний двор, показав освобожденное для работы место, потом напомнила гостю об обещанных пирожках и пошла в дом.

Утро в волнении и предчувствии встречи было потрачено впустую, а Айлин, между прочим, обещала приготовить специально для Дарре что-нибудь необыкновенно вкусное. Поэтому сейчас, пока он разбирается с витриной, должна была приложить все усилия, чтобы сдержать слово.

— Могу я помочь? — неслышно проникла в кухню Кайя, и Айлин кивнула, почувствовав нежданное облегчение. Хоть названая сестра не претендует на Дарре, предпочтя его обществу очередной урок по кулинарии. А вот родная явно поставила себе целью извести Айлин, кружась возле Дарре, бросая на него игриво-томные взгляды, используя любой повод, чтобы прикоснуться. Дарре, занятый работой, казалось, ничего не замечал, а вот Айлин, раз за разом наблюдая из окна одну и ту же картину, просто полыхала от гнева. Дернул же Энда сестричку подняться сегодня куда как раньше полудня! Спала бы себе спокойно, сладкие сны смотрела, так нет, подвизалась Дарре помогать. Какая из нее помощница? Молоток держать не умеет. Пилу только в книжках видела. Для чего нужны гвозди, тоже явно не догадывается. Зато в очередной раз палец поранить и бежать к Дарре за лечением — это всегда пожалуйста!