Чтение онлайн

— Это безумие… Но… Ты говорила. Ты была без сознания, но иногда бормотала непонятные слова. — Он помолчал и продолжил вполголоса: — и насекомые. Вели себя очень странно. Однажды прилетел целый рой пчел и облепил все окно. А ночью за окном кружили светлячки. Я впервые такое видел. Еще жалел, что ты не видишь. А ты, кажется, видела нечто покруче светлячков, — он улыбнулся устало и немного виновато.

— Светлячков я тоже видела. И позвони Жанне, пусть привезет мою одежду. И ботинки. И куртку!

Деревья чангу монументальными колоннами подпирали блеклое предрассветное небо. Звезды ушли на покой, а солнце все еще нежилось в теплой колыбели. Зима нависала над Ирвеоном, но все не осмеливалась опуститься на несчастную землю. Проклятие Звезд насмехалось над природой, дразнило невесомой снежной крошкой, исчезающей, стоило ей коснуться земли.

В лесу было сумрачно, тихо и душно. Воздух застыл, запутавшись в сплетении серых ветвей. Титанические деревья внушали трепет, но не из-за них я едва сдерживала дрожь. Я словно вернулась домой после долгого путешествия. Сложно признаться, но на мгновение я возненавидела родной мир, своих друзей, за то, что не отпускали. Совсем недавно я пыталась вырваться отсюда, а теперь бежала обратно. У меня была цель, но, кажется, я только сильнее запуталась.

Как и в прошлый раз, я очнулась посреди леса. Брела на автопилоте, загребая ботинками прелую листву, сшибая гигантские тонконогие грибы и тщательно обходя выступающие из земли корни. Многоцветные твари не показывались, и в целом лес казался еще более безжизненным, чем прежде. Крупная плотная листва почти полностью облетела, на макушках остались только куцые пучки широких листочков, из которых весной распустятся огромные многолепестковые цветы.

Пологий склон то и дело проклевывался скоплениями серых, покрытых рыжим лишайником, валунов. Деревья в этих местах стояли широко, уступая каменистую почву низкорослому кустарнику. Чем дольше я шла, тем чаще на пути попадались каменные завалы. Приходилось искать безопасный спуск или идти в обход.

За одним из крупных завалов я наткнулась на усыпанную бурой листвой площадку. В каменистом, будто нарочно срезанном, склоне темнел полускрытый колючим кустарником провал пещеры. Некогда его закрывал плоский валун, теперь сдвинутый настолько, чтобы внутрь мог протиснуться человек. И этого «человека» я знала.

Он пришел к пещере раньше, но я успела заметить очерченную огненными бликами фигуру, скрывшуюся в провале. Очень интересно. Подождем.

Я уселась на камень, закрытый от входа колючим кустом, вытянула ноги. В этот раз я неплохо подготовилась к путешествию. Ботинки на толстой подошве не слишком подходили для лазанья по горам, но все лучше, чем босиком. А вот заботливо собранная Фаридом сумка пропала. Исчез даже складной нож, лежащий в кармане. Осталась только одежда, кольцо на пальце и зажатый в кулаке луч.

Долго ждать не пришлось. Он вышел, погасил огонь и задумчиво оглядел темный провал.

— Нашел что-нибудь? — Я поднялась с насиженного места.

— Да мать твою, чтоб тебе пусто было! — Он подпрыгнул почти на метр.

Ого! Впервые на моей памяти мне удалось застать дракона врасплох.

Рэнс уставился на меня безумными глазами, медленно подошел почти вплотную. Эмоции на его лице сменялись так быстро, что я рассмеялась. Недоверие, страх. Да, нечасто дракона увидишь таким растерянным!

— Таира?! — Он потыкал мне пальцем в плечо, не доверяя глазам. — Ты тут откуда?

— Оттуда, — я неопределенно качнула головой. — Вот, прихватила случайно, пришла вернуть. — Выуженный из кармана луч сегодня выглядел на редкость тусклым и невзрачным. — А еще мне нужно найти кое-кого… Ой! Раздавишь! А теперь поставь меня на место, пожалуйста.

Дракон отступил на пару шагов, осмотрел с ног до головы и обратно.

— С ума сойти, это, и правда, ты! Но как? Твой зеленый сказал, ты погибла. Сгорела. Все твердил про какой-то колодец. Я говорю: может быть, утонула? А он заладил: сгорела, да сгорела. А ты живая! Чудеса!

— И не говори. Как Илам?

— Живой, что ему сделается? Меру подлатала. Как новенький почти. Я на следующий день вернулся, а вас нет. Тут он приперся весь в крови, рука до локтя располосована. Ну, я ему еще чуть голову не оторвал за тебя, но гляжу, совсем парню плохо, хоть и виду не подает, оставил разборки на потом. Отлежался он, я к нему. Рассказывай, говорю, зелень (он реально зазеленел от кровопускания). А он все про колодец этот несчастный. Где говорю, колодец? Молчит. Тронулся малясь головой. А тут еще чародеи эти насели: неси, мол, нас всех в Наронетор. У Меру видение, вы без нас сдохните. С вами, говорю, мы в два раза быстрее копыта откинем. Но, что делать? Пришлось нести.

Не переставая рассказывать, Рэнс запечатал пещеру плоским камнем и зашагал рядом со мной вниз по склону, с трудом подстраиваясь под мой короткий шаг. Болтал он, вроде бы, непринужденно, но изредка бросал на меня косые взгляды.

— Представляю, как он обрадуется. Может, обратно мозги на место встанут.

Я натянуто улыбнулась. Встречи с лесовиком я боялась, и сама не понимала, почему.

— Ну а ты как тут оказался? Неужели война уже закончилась?

— Куда там! Еще и не началась толком. Не так-то просто до Наронетора дотопать. Это тебе не на драконе летать. Слава демонам, что у них нет драконов. Иначе нам была бы крышка. Да нам и так крышка. Хорошо если Арон десятую часть армии соберет. Но сомневаюсь. Наемники бесплатно воевать не станут, а почти все население, способное держать оружие, давно в Тувосарию переселилось. Сейчас по лесам прячутся, что бы их свои под шумок не пристукнули. Слышал, тюрьмы там и так переполнены. Хватают всех подряд. Якобы потенциальные предатели. Даже шеттеры притихли до лучших времен.

— Плохо дело. Так что ты в горах забыл?

— Да я мотался, одним глазком на тувосарцами приглядывал, и на досуге припомнил слова папаши. Дай, думаю, проверю, может, что интересного найду. Но тут уже кто-то побывал. Выгребли все подчистую. Ни записей, вообще ничего.

— А ты уверен, что это именно та пещера?

— Уверен. Там на камне знак защитный… Нерабочий уже, за столько лет-то. Так что зря только время потерял.

— А как же я? Меня ты нашел. И еще луч.

— Толку от этого луча… — отмахнулся Рэнс, походя, сорвал шипастую веточку, повертел в пальцах и щелчком отбросил в сторону.

— А для чего же его Егар искал? Должен быть толк, главное — понять, какой.

— Ага. Это называется: хвататься за соломинку. Бессмысленно все это. Я уж думал, не слетать ли, втихаря короля поджарить. Вот они удивятся, побегают без своего величества. Знаю, подло, но и они не овечки.

— Кстати, о короле. Его уже поджарили. И я даже знаю, кто.

Рэнс недоверчиво задрал брови, слушая мой сухой рассказ о визите во дворец. Лес, между тем, постепенно мельчал. Деревья становились корявее, ниже и шире. С кривых ветвей свисали бороды бурого мха. Корни выступали из-под земли фантастическими арками. Потревоженный нашими шагами опад, дышал нам в спины прелой листвой, сырой землей и грибами. Зимой тут и не пахло, все та же поздняя осень. Не золотая, а серая, мрачная и неуютная. Черные ветви разбивали угрюмое небо на тысячи осколков. Того и гляди рухнет на голову.

— Нет, я знал, стоит оставить вас без присмотра, начнется канитель, но чтоб такое! И как тебе в голову пришло, к королю посреди ночи лезть?

— Ты вообще меня слушал? Нет никакого короля. Испепелил его твой драгоценный Арон.

— Чушь собачья! — Он отмахнулся от слишком низко спустившегося мха. — Вот только по королевским спальням он не шатался! Может, Его Величество курил в постели, с кем не бывает? Ну, спалил кровать. Что тут такого? Арон сам столько простыней пожег, можно Башню завесить сверху донизу.