Чтение онлайн

Дима побледнел, а Тёма испуганно ойкнул.

–  Вот-вот. Вы сильно облегчили врагу жизнь, создав замечательную и очень опасную связь между вами. Насколько я понял, именно ты, Дима, автор сего нетривиального заклятья?

–  Ага!
– встрял Артём.
– Я хотел убить его, а он не дал, связав наши жизни! Здорово, правда?

–  Н-да… - Повелитель Камии озабоченно потёр лоб: - Ты можешь её разрушить, Дима?

–  Я её даже не вижу. Почти вся моя магия используется как оболочка для Смерти. Маг сейчас из меня никудышный…

–  Но голова-то у тебя по-прежнему на плечах! Думай! У тебя две первостепенные задачи - найти способ держать в узде Смерть и разорвать связь с Тёмой, чтобы обезопасить его. И повторяю ещё раз: не смей соваться в Лайфгарм бесконтрольной Смертью! Сам сдохнешь и друзей за собой потянешь, и не только друзей - в загробном мире тесно станет. Ладно, о плохом лучше не думать… - Олефир побарабанил пальцами по столу, о чём-то размышляя, и после долгой паузы произнёс: - Вернёшься в Лайфгарм, поговори с Витусом, возможно, он даст тебе дельный совет.

–  А Вы уверены, что Витус не является моим загадочным недругом? Всё-таки он высший маг и всегда поддерживал решения Совета. Я не доверяю ему.

–  Что ж, дело твоё, - едва заметно улыбнулся Олефир и подмигнул Валечке: - Но ты-то навестишь учителя?

–  Конечно, - важно кивнул Солнечный Друг.
– Мне необходимо обсудить с ним ряд животрепещущих вопросов, весьма важных для моего дальнейшего развития как мага, а также проведать мамочку. Я ведь просил Витуса позаботиться о ней.

–  Ну-ну. Поцелуй мамочку, обсуди животрепещущие вопросы и передай старому прохвосту привет и огромную благодарность за всё хорошее, что он для меня сделал. Только сообщи ему всё это в начале встречи, а то, боюсь, к концу у тебя язык ворочаться не будет.

Повелитель Камии благодушно рассмеялся, а Валентин поджал губы и, буркнув: "Ладно", демонстративно отвернулся.

–  Что ж, Тёма, время служить пришло, - отсмеявшись, заявил Олефир.
– Забирай друзей и отправляйся в Камию, в ту минуту, откуда пришёл. Ты должен помочь Диме справиться с его врагом. И ко мне больше не возвращайся. Встретимся в будущем. Действуй!

–  Есть!

–  Спасибо, дядя, - прошептал Дмитрий и задохнулся от подступивших к горлу слёз: он стоял в спальне камийской мечты и смотрел на безжизненное тело возлюбленной…

Крики принца и целителя смолкли так резко, что Хавзе показалось, будто он оглох. Камиец потряс головой, потёр уши и неверяще уставился на магов: меч князя исчез, холодные белые искры в глазах потухли, а Валентин и Артём, ещё мгновение назад трясшие Дмитрия за плечи и оравшие, как полоумные, в глубоком молчании стояли по обе стороны от друга, точно скорбные каменные изваяния.

Несколько секунд в спальне царила тишина, а потом бледное лицо Димы исказила гримаса отчаяния. С губ слетел краткий, полный боли стон, и в рукоять кинжала, торчащего из груди Милены Маквелл, вонзился ослепительно белый луч. Распавшись на бесчисленные сияющие нити, он оплёл мёртвую женщину и пропал вместе с ней.

–  Прощай, Маша… - еле слышно проговорил маг и, повернувшись спиной к кровати, зашагал к двери.

–  Стой!
– хрипло, словно простуженный ворон, гаркнул Ричард и заступил побратиму дорогу: - Ты не имел права так поступать! Почему ты не дал мне проститься с ней?

Нереально белое лицо Дмитрия болезненно исказилось, в глазах заплясали опасные точки. Объяснять Ричарду причины своего поступка не было ни сил, ни желания: едва Артём вернул их в настоящее, в сознание вновь хлынули чудовищные картины пыток, а Смерть забился в стенах своей тюрьмы, требуя кровавой мести. Покосившись на дверь, маг вздохнул и с бесконечным терпением уставился в грозные серые глаза.

–  Ричи!
– К инмарцу подскочил землянин.
– Оставь Диму, я объясню…

–  Заткнись!
– У Ричарда руки чесались дать побратиму в морду, и не будь они заняты спящей Никой, он сделал бы это не раздумывая.
– Твоя болтовня мне не интересна, Валя! Я хочу услышать Димины объяснения, иначе…

–  Что, иначе? В драку полезешь? Решил одним махом ото всех избавиться? Имей в виду, если Дима не удержит Смерть, нам хана! Понял?!

Ричард всем корпусом повернулся к Вале и посмотрел на него сверху вниз:

–  Что ты несёшь?

Воспользовавшись заминкой, Дмитрий обошёл побратима и продолжил спасительный путь к дверям, а Валечка быстро ответил:

–  Объясняю суть дела. Дима не может позволить себе роскошь оплакать Машу, как полагается. И не потому, что не хочет… Если найдёшь в себе силы успокоиться и выслушать меня, то всё поймёшь. Идёт?

Инмарец вгляделся в непривычно серьёзное лицо Солнечного Друга и мрачно выплюнул:

–  Я выслушаю тебя, но…

–  Вот и отлично! Давай-ка, для начала, устроим Нику, а потом сядем и поговорим.

–  Ага, - встрял Артём, оторвав, наконец, глаза от опустевшей постели.
– Отнесите Веренику в мои покои, и… - Он скользнул быстрым взглядом по лицу спящей девочки и отвернулся.
– Боюсь, вам придётся и дальше заботиться о ней. Я должен быть рядом с Димой. Это приказ магистра и моё желание. Я найду вас, если что.

Временной маг замолчал, шумно выдохнул и исчез. Ричард огорошено взглянул на то место, где только что стоял их друг, и с тревогой посмотрел на Солнечного Друга:

–  Причём здесь Олефир? Или Тёма уже с покойниками беседует?

–  И об этом я расскажу.
– Валентин уныло вздохнул и обратился к Хавзе, который тенью стоял у стены.
– Ты с нами?

Камиец согласно кивнул, и комната опустела. Мгновение - и в гулкой, безмолвной тишине празднично-яркая спальня камийской мечты стала преображаться. В призрачной ряби исчезли картины и гобелены. Словно раны затянулись окна и дверные проёмы. На девственно-чистых стенах вспыхнули магические светильники, каменный пол покрылся лёгкой изморозью. И лишь широкая массивная кровать почти не изменилась: скомканное в изножье покрывало, отброшенное в сторону одеяло, шелковые простыни в грязных бурых пятнах, примятая подушка, а на ней - одинокие угольки красно-оранжевой орхидеи…

Лишённый надежды.

Почувствовав тупую, ноющую боль в спине, Витус открыл глаза. Он не заметил, как задремал. "Надо же, как я вымотался", - рассеяно подумал гном, потянулся, расправляя затёкшие мышцы, и прислушался. За те несколько часов, что он спал, в мире ничего не изменилось и это несказанно радовало.

–  Значит, Фира справился. Великолепно.

Витус сотворил кубок благоухающего хноца, сделал приличный глоток и откинулся на спинку кресла. Получив возможность перекроить будущее, Олефир оставил его прежним, и целитель мысленно отсалютовал бывшему ученику, поборовшему соблазн изменить мир. Временная петля затянулась, и действовать нужно было осторожно, тщательно просчитывая каждый шаг, по крайней мере, до тех пор, пока не придёт видение. В том, что оно последует, Витус не сомневался: Артёма в Лайфгарме не было, и влиять на провидческие способности магов он не мог. А вот на всё остальное… Витус многое бы отдал, чтобы хоть одним глазком заглянуть в Камию и узнать, что там происходит. Тонкая ниточка связи с Валентином, исчезнувшая на пару минут, восстановилась, но странно пульсировала, словно рыжеволосый пройдоха испытывал постоянную смену эмоций, попеременно впадая в их крайние степени. "Надеюсь, он не сошёл с ума, как Тёма, для Розы это стало бы ударом. А потрясений в нашей жизни и так хватает!"