Чтение онлайн

Пол наклонился в своем кресле, голос его звучал резко и отрывисто.

– Почему ты велел ей шпионить за мной?

Артур молчал.

– Почему?

Опять никакого ответа.

– Артур!

Артур Мэдисон тяжело вздохнул и медленно произнес:

– Я знаю, о чем ты думаешь, и знаю, в чем ты меня подозреваешь, но дело вовсе не в том.
– Пол видел бледные очертания его лица и капельки пота на нем.
– Причина совсем не в том, Пол.
– Он опять вздохнул.

– А в чем?

– Пол, я... Лучше не спрашивай меня.

Пол встал и ударил кулаком по столу.

– Но я спрашиваю тебя, Артур. И ты мне ответишь. Клянусь богом, ты мне ответишь!

– Его голос прозвенел по всей комнате и эхом отозвался назад.

– Пол, - снова начал Артур. Казалось, ему трудно было говорить.
– Это касается Джо.

– Все сейчас касается Джо.

– Джо и меня.

Артур поднялся из кресла и отошел к окну; очертания его фигуры были хорошо видны Полу. Высокий, подтянутый. Аристократическая, с благородной проседью голова отчетливо вырисовывалась на фоне окна. Древнегреческий профиль. Черты правильные и красивые.

– Джо и меня, - снова повторил он, глядя за окно на непрекращающееся ненастье.

Пол ждал. Стекла задрожали и опять стало тихо. Артур заговорил глухим, невыразительным голосом.

– Да, Пол, это касается нас с Джо. Ты тогда был в командировке. В Детройте. Прошлой зимой, Пол.
– Руки его поднялись и снова в отчаянии опустились.
– Я бы все отдал, чтобы не говорить тебе об этом, Пол. Даже свою жизнь.

– Продолжай, - хрипло приказал Пол.
– Продолжай.

– Я тоже не безгрешен, но я никогда не был предателем, Пол. Ты должен мне поверить. И я никогда не делал никому подлости.
– Он перевел дыхание и продолжал, - Но в конце концов, я поступил подло по отношению к тебе. К человеку, которого уважаю больше всех. Человеку, которого люблю больше всех. Даже больше, чем своих сыновей, Пол.

Он повернулся к Полу.

– Это был один-единственный раз, Пол. Да, я предал тебя. Я отдал бы все на свете, чтобы повернуть время вспять. Но это случилось.

Ветер завыл и стих.

– Я задержался в конторе в тот день, было много работы.. Вдруг дверь открылась и вошла она. Джо. Я не знаю, почему она это сделала, Пол. И никогда не узнаю. Никогда раньше я не проявлял к ней ни малейшего интереса. Она была твоей женой и я уважал её за это.

– Она была моей женой, - повторил за ним Пол.

Артур молчал. Потом продолжил:

– Пол, больше этого никогда не повторилось. Никогда больше. Я с отвращением вспоминаю ту ночь. Я ненавижу себя за это.
– И он повторил это тихо, словно через силу: - Ненавижу себя.

Случилось то, чего Пол не ожидал. Услышав это страшное признание, он вдруг почувствовал, что даже последние остатки чувств, которые у него оставались к Джо, исчезли. Исчезли навсегда, и он понял, что освободился от неё до конца своих дней.

Он никогда не встречал её, никогда не любил, и никогда не был женат на ней. А сейчас она лежала в его квартире. Мертвая навеки.

Снова послышался голос Артура.

– В понедельник, на этой неделе раздался телефонный звонок. Звонил человек по имени Эдмонд Перселл.

Артур замолчал, Пол ждал, когда он заговорит снова.

– Он узнал про ту ночь. И угрожал все рассказать Грейс, если я не дам ему денег.

– Это Джо рассказала ему, - отрывисто произнес Пол.

– Очевидно.

– Что было потом?

– Я дал ему десять тысяч долларов. И думал, что на этом все кончится.

– С такими подонками никогда нельзя быть уверенными до конца.

– Но что мне оставалось делать? К тому же, я был уверен, что Джо поделила эти деньги с ним. И подтвердит все, что он расскажет Грейс.

– Она бы это сделала. Представляю её бесстыдное лицо, с каким довольным выражением она рассказывала бы об этом Грейс. Убивая её этим.

Пол грубо рассмеялся, его смех эхом отозвался в темноте. Серое лицо было неподвижно, как камень.

– Перселл снова позвонил тебе. И потребовал ещё денег. Я сам могу сказать тебе, что было дальше. Он сказал, что Джо уйдет от меня в субботу. Навсегда. Что ты слышишь о нем в последний раз. А без Джо он не сможет ничего рассказать Грейс. Я прав, Артур?

Артур отошел от окна и снова опустился в кресло. Он сидел поникший, и даже в темноте Пол заметил, что он выглядел постаревшим и усталым. И вспомнил Грейс, какой старой и подавленной она показалась ему, когда он сообщил ей о смерти Джо.

– Итак, ты выписал ему второй чек на десять тысяч долларов и ждал субботы - когда Джо уйдет из твоей жизни. И все это время ты боялся меня. Что, если Пол узнает? Что тогда?

– Да, - прошептал Артур.

– Джо собиралась бросить меня. А вдруг как-нибудь, где-нибудь она совершит ошибку и признается мне. Тогда я все узнаю. И это будет хуже всего.

– Я боялся этого больше всего на свете, Пол.

– Почему? Неужели ты думал, что я убью тебя, если узнаю?

Артур уронил руки на стол.

– Я сам себя уже казнил за это, Пол, - сказал он.

В комнате опять стало тихо. Ветер, постучав в окна, полетел дальше.

– А как насчет Лорны Коллинз?

– Это Перселл прислал её.

– Я это знаю.

– Он настаивал, чтобы я принял её на работу. Это был мелкий шантаж, Пол, и я смирился. Тем более, мисс Морс все равно увольнялась.

– Да, этот красавчик обложил тебя со всех сторон, правда?
– мрачно пробормотал Пол.

– Мне кажется, он влюблен в нее, - сказал Артур.

– Он влюблен в самого себя. А с ней ложится в постель, - так она с ним расплачивается. Это старый способ. Переспи со мной, а я помогу тебе найти работу.
– Пол цинично рассмеялся и продолжил: - И ты назначил её моей секретаршей. И стал использовать в своих целях.

– Да, я велел ей сообщать мне о всех твоих телефонных звонках и твоей корреспонденции. К одной своей подлости я добавил ещё и эту.
– Голос Артура Мэдисона прервался.
– Я жил в страхе, Пол. Страх может уничтожить человека.

Пол холодно посмотрел на него.

– Артур, - произнес он.

– Что?

– Перселл клянется, что видел тебя около моего дома.

– Когда?

– В восемь. Сегодня вечером, Артур.

– Он лжет!
– Артур вскочил, охваченный гневом, его глаза горели. Меня и близко там не было, Пол.

– Но тебя и дома не было.

– Это правда. После твоего звонка я понял, что не смогу встретиться с тобой лицом к лицу. Не сегодня. Я знал, что Джо собиралась уйти от тебя. Я понимал, наколько виноват перед тобой. Пол, это было слишком для меня. Мои нервы не выдерживали.