Чтение онлайн

Юй Сяолун выглядел уже опьяневшим, но получив чашу своего хуаньтесюна, тут же осушил её до дна и внезапно вышел из себя на виду у всех: в гневе перевернул стол, набросившись с кулаками на дядю, уважаемого небожителя Юй Цзымина. Это он укорял Хун Сянъюня в непочтительности к Нефритовому императору.

А на следующий день пошли слухи, что Бог войны из зависти отравил его величество. Ведь храмов у него в мире смертных ничуть не меньше, чем у нового Нефритового императора. Потому и захотел власти на Девяти Сферах. Но это не удивительно. Такова истинная натура главы клана Асюло, гнусного бунтаря и предателя.

Тёмный владыка оборвал музыку взмахом руки.

— Отправь на Пэнлай подарок.

— Какой, господин?

— Тело бессмертно Хэ с приветствием от имени Шань Лию.

Вечер казался душным. Поэтому, сравнив комнату и крышу главного дома на постоялом дворе, Люй Инчжэнь выбрала последнюю.

Она сидела на коньке неподвижно, напоминая гигантскую белую птицу, случайно задремавшую от усталости. Резкий ветер приятно овевал лицо, а над головой висела непривычно мелкая луна, окружённая яркими звёздами. В Небесном городе лунный диск выглядел крупнее, а его изъеденные кратерами моря напоминали ноздреватую дрожжевую лепёшку.

Люй Инчжэнь непроизвольно вспомнила о единокровном брате и тут же мысленно укорила себя в бесполезности. Прошло несколько дней, а она не только ничего не узнала о демоне, напавшем на императора, но и потеряла единственную улику… вместе с помощником из Пэнлая. Если об этом узнает Юй Цзымин, одними колкостями с его стороны дело не закончится.

Внизу послышались вкрадчивые шаги. Ин Сянхуа пожаловала! Где она была до этого позднего часа? Люй Инчжэнь щёлкнула пальцами, отправляя в сторону управляющей дворца Дафэн небольшой сгусток энергии. Та потёрла ушибленное плечо и принялась разглядывать крышу. Люй Инчжэнь поманила её пальцем. Через мгновение Ин Сянхуа оказалась рядом, села на черепицу и благовоспитанно расправила полы одеяния.

Прикрыв веки, Люй Инчжэнь терпеливо ждала объяснений. Ин Сянхуа была вынуждена уступить ей, принявшись торопливо оправдываться.

— Я ходила сегодня в город с сяо Сюэ, цзецзе. Ты ведь не станешь злиться из-за этого?

— А похоже, что я зла?

— Ну-у… ты в последнее время часто в плохом настроении.

— Неужели? — Люй Инчжэнь с укором взглянула на Ин Сянхуа.

— Да! — выпалила та.

— Возможно, моя управляющая занимается вопросами, не имеющими никакого отношения к тому делу, ради которого мы прибыли в Пустынный край?

— Инчжэнь-цзе, нельзя сказать, что я бездельничала! Не отрицаю, в полдень я отведала местные сладости на рынке и каталась с Сюэ в лодке. Представляешь, в песке здесь водятся драконы? Один меня едва за палец не укусил. Зубастая «рыбка» попалась. Если бы не Сюэ…

Ин Сянхуа осеклась под строгим взглядом Люй Инчжэнь и с виноватым видом поинтересовалась:

— Я не то говорю, да?

— Ещё замечаешь такие мелочи? Я думала, ты до утра будешь рассказывать, как хорош собой Сюэ.

— Цзецзе… — смущённо отозвалась Ин Сянхуа. — Не смейся надо мной!

— Что было потом?

— Потом? Когда Сюэ провёл меня на постоялый двор, я через время вернулась в город. Побродила по улицам, послушала разговоры… — Ин Сянхуа разгладила несуществующие складки на ханьфу. — Знаешь, цзецзе, никто не обсуждал смерть дочери хоу. Это так странно. Разве асуры не держатся вместе?

— Возможно Шань Лию здесь боятся. — Люй Инчжэнь оглянулась через плечо — где-то вдалеке ей почудилась музыка. — Меня другое волнует. Бессмертный Хэ исчез. Хоу сказал, сбежал от его прислуги в городе. Не верю, что бессмертный так легко ослушался моего приказа… и куда-то ушёл.

Мелодия стала чуть громче. Высокие, чуть хрипловатые переливы дицзы. Она ни с чем не спутает любимый инструмент асуров! Люй Инчжэнь поднялась на ноги, балансируя на остром изгибе крыши.

— Цзецзе? — взволнованно донеслось сбоку.

— Ты слышишь? — обратилась к спутнице Люй Инчжэнь.

— Что?

— В пустыне играют на дицзы…

Люй Инчжэнь приложила ладонь к груди. Где-то под рёбрами болезненно сжалось вдруг затрепетавшее сердце. Отчего этот необузданный звук вызывает в теле такое неприятное ощущение?

— Нет, цзецзе. Я ничего не слышу. Тебе показалось.

Показалось? Её слух всегда отличался необычайной остротой. Люй Инчжэнь чувствовала ноты каждой частью души и тела. Она не могла ошибиться! Взглянув на растерянно слушающую ночь Ин Сянхуа, она с досадой поморщилась. Управляющая не сильна в музыке. Впрочем, как и во многих других искусствах.

— Спускайся первой, мэймэй.

Ин Сянхуа послушно слетела вниз, опираясь на воздух широкими рукавами ханьфу. Небесную силу она тоже не использовала, поэтому напоминала какого-нибудь особо одарённого даоса, охотящегося за бессмертием. Те тоже пользовались цингуном безо всякой меры, напоминая огромных бабочек, мечтающих о небесах.

Люй Инчжэнь прислушалась ещё раз. Дицзы упрямо продолжала петь. Плаксиво-печально, с резкими переливами. Играл способный музыкант, искусно вплетающий мелодию в звуки ветра. На какое-то мгновение ей показалось, что она хорошо с ним знакома. И от осознания этого ци буквально перевернулось в даньтяне. В горле тут же стал комок, а потом в рот просочилась кровь.

Да кто это такой и что за мелодия такая, выворачивающая всю душу?! Люй Инчжэнь наклонилась вперёд, сплюнув кровь. Плохи дела. Эликсир сокрытия небесной искры в её духе продолжал сильно замедлять циркуляцию ци. Вероятно, этим и вызван сегодняшний застой в меридианах?

Она ещё раз посмотрела в сторону дикой пустыни. Звук пропал, а вместе с ним ушло неприятное ощущение в даньтяне. Пора возвращаться в комнату, хватит выдумывать всякую ерунду! Дицзы не может заставить небожителя плеваться кровью. Это противоречит естественному ходу вещей в Трёх мирах.

Белёсое облачко появилось у ворот постоялого двора и сразу же растаяло, обернувшись двумя мужчинами в чёрных одеждах. Тёмный владыка окинул крышу скептичным взглядом. Две девы в белоснежных ханьфу, сидящие на крыше, походили на комки снега, случайно занесённые ветрами в пустынные края. Не спится чиновницам из Небесного города!

Он сотворил заклинание, чтобы незаметно провести на постоялый двор Чжу Хуэя. Чиновницы никак не отреагировали. Видимо, погружены в беседу? Что же, большей глупости он ещё не видел. Расслабились в самом логове древнего врага. А значит, уже побеждены.

Внутри гостевого дома от резной колонны, удерживающей крутую лестницу, ведущую на второй этаж, отлепилась долговязая фигура командующего.

— Я снял комнату, как ты и велел, Цуймингуй-басюн. Хорошую комнату.

— Веди.

Сюэ Моцзян не соврал. Эта комната оказалась самой дальней в левом крыле и была раза в два больше той, где ночевали небесные чиновницы. А ещё в ней имелся отдельный балкон.