Дым и перья в Академии Эгморра
Шрифт:
Любящее сердце никогда не поверит словам посторонних людей. Или на мужчин эта теория не распространяется?
Лорелея понимающе кивнула. Вздохнула, улыбаясь, и протянула мне руку. Я вложила в неё свою ладонь, улыбнувшись в ответ. Она всегда знала, что мне нужен другой, хотя относилась к Лукасу более, чем положительно.
Выглянув поверх рычагов, я с облегчением выдохнула: грабителям приглянулось что-то ещё, и они возвратились забрать это «что-то». Надеюсь, Лукас успеет — в конце концов, я сделала всё, что было в моих силах, и могу со спокойной душой ехать по своим делам. Хм…. Только как мне это сделать тихо и незаметно? Конечно, при помощи магии.
Перед нами раскинулся мрачный лес. Деревья здесь были настолько древними и высокими, что верхушками, казалось, задевали и щекотали луну. Дремучая зелень — переплетающиеся ветвями ели и дубы, вязы и сосны, образовывали густую крону.
Она накрывала лес лохматой изумрудной шапкой. Ветер играл на коже, трепал мои волосы, но деревьев не касался — ощущалась защитная магия, сквозь которую вряд ли будет легко пробиться. Но мы рискнём.
Первой шагнула вперёд Лорелея. Обернувшись, она едва заметно улыбнулась и направилась к лесу. Здесь не было слышно ночных птиц, не раздавались песни сверчков, и не шелестела листва — безмолвная тьма, от которой по коже побежали мурашки.
Лорелея походила на маленькую девочку в белом платьице, беззащитную и слабую. Хотелось догнать её, поймать за руку и не дать войти в тёмную таинственность. Но я же знала, кем она являлась на самом деле и не стала останавливать.
Разведя руками ветви, русалка заглянула во мрак леса. Магическая броня не оттолкнула её, хотя должна была. Направившись следом, я подняла глаза вверх и окинула высоченные деревья взглядом.
— Защитная магия, — едва слышно отметила Лорелея. — Ты её чувствуешь? Она повсюду, но по какой-то причине пропускает нас.
— Нас впустят, — согласилась я, — но не выпустят. Мы пытаемся пробраться в капкан.
Лорелея шагнула в лес и обернулась.
— Ты передумала? Ведь с самого начала было известно, куда нас несёт.
— А по мне заметно, что я передумала?
Лапы елей угрожающе нависали над тропинкой. Я пригнулась и вошла в зелёный омут, полный тайн и магии. За стеной растительности, огораживающей лес с внешней стороны, оказалось не так уж и темно.
Под ногами мерцала изумрудная трава, осыпанная бисером росы, мелкие голубые цветы, похожие на разбросанные драгоценные камушки. Я аккуратно ступала по траве, стараясь не наступать на них.
Когда ветви за спиной Лорелеи опустились, лес погрузился в сказку.
— За нами сплетаются ветви, — предупредила русалка, осматриваясь. Она выглядела невозмутимой, даже… умиротворённой, словно частенько бывала здесь, захаживала по грибы, и знала каждый пень и корягу.
— Я слышу, как шелестят листья, —кивнула я, но оглядываться не стала.
Деревья закрывали обратный путь, и я не хотела этого видеть. В воздухе витала магия, по коже скользили мурашки. Волшебство внушало страх путнику и сбивало с толку, но мы знали, с чем имеем дело.
Не обращая внимания на сосание под ложечкой, я двинулась дальше. Темнота была плотной, но серебристое сияние травы разгоняло её, освещая тропинку.
Лёгкий ветерок чуть шевелил густые кроны, будто невидимый великан гладил пальцами деревья. Нагибал их и перебирал листья. От этого движения у меня напрягались плечи.
Будто сама ночь была живой. По земле сочилась сила, стелилась мглой и поднималась по стволам деревьев, как масло по фитилю лампы. Кора завораживающе засияла золотом, и захотелось коснуться её. Я видела только это чудесное свечение и тянулась к нему.
Мир сузился, мрак охватил меня, обернул мягким пледом. Ещё шаг, и я смогу ощутить тепло чар….
— Эшли, — окликнула меня русалка. Я обернулась, магия разбилась и просыпалась искрящейся пыльцой на траву. — Не сходи с тропинки.
Закатив глаза, я шагнула по узкой тропе, петляющей между кустами, усеянными росой.
— Похоже на сказку, — усмехнулась я, стряхивая с себя золотую пыль. — На мрачную, полную неприятных неожиданностей и отвратительных монстров, сказку.
— Так и есть, — прошептала Лорелея.
— А?
— Я про монстров.
Я посмотрела на русалку. Изогнув бровь, она осторожно указала пальцем на старый дуб, ствол которого был настолько широким, что мы бы вдвоём не смогли бы охватить его руками.
Кудрявые ветви отбрасывали причудливые тени, но когда я присмотрелась, то заметила движение. Ветра не было, поэтому стало ясно, что вовсе это не тени. За нами наблюдали фантомы — сторожи леса.
— Мы их не трогаем, и они нас не тронут, — произнесла я и сглотнула.
— Ты уверена? — с сомнением протянула Лорелея.
— Нет. Я предполагаю. Давай двигаться дальше. Думаю, дом Вивиан уже близко, — я посмотрела вдаль на искорку жёлтого света, которой мог оказаться уличный фонарь.
Русалка с опаской покосилась на подвижные тени за деревом. Пожав плечами, я зашагала по тропинке. Из-за дерева послышалось глухое рычание. Я замерла и посмотрела через плечо на русалку.
Её белокурые волосы свесились и загородили лицо. Опустив руки вдоль тела и глядя под ноги, она подняла ладони вверх. Звук, похожий на рык крупного хищного животного, стал громче и внушительнее.
В груди зажгло, когда фантом рванул на нас, и я выставила ладонь ему навстречу. Лорелея сделала то же самое, взметнув копной золотистых волос в зелёном полумраке. Мелькнула тень, искрометно пронеслась под деревом, чёрной дымкой закружилась вокруг ствола, обвила его, будто змея, и накрыла нас облаком.
В тот же миг ладони Лорелеи засияли, и сквозь них пролилась магия — голубой сверкающий вихрь, похожий на водоворот морской воды, рассеял дымку, разогнал бестелесную черноту.
Испуганный вскрик разнёсся по лесу, разорвал тишину и умчался ввысь, исчезнув в густоте листвы. Ничто живое такой звук издавать не может. Он пробежал по другим фантомам, как огонь по сухим ветвям. Лес ожил — тьма ожила.
Не успел он унестись прочь, как из-за другого дерева появился другой. Мне он напомнил огромного чёрного волка, пронзающего мрак блеском алых глаз. Издав тихий гортанный вой, нематериальный зверь пригнулся перед прыжком и рванул на меня.
Взмах руки — сила ударила тень прямо в воздухе. Испуганный фантом кубарем упал на траву и заскулил. Он пополз ко мне наказанным псом и притих у самых ног.
Я пронзила его грудь магией, но не насквозь. Жёлто-белый сгусток энергии подсвечивал изнутри сотканное из ночи тело, словно пламя свечи в ладонях. Захотелось наклониться и погладить пса по холке, но от него веяло потусторонним холодом.