Чтение онлайн

Я попятилась к прутьям клетки и уперлась в неё спиной.

Цыкнув, Бен развернулся и процедил ему в спину:

— Начни с меня, Симпсон. У неё ничего нет.

Пока Бен не сказал этого, я думать не думала о том, что лежит в карманах моего плаща. А теперь вспомнила: зелье неодушевлённой памяти, зелье невидимости и ещё пару запрещённых эликсиров. Вскользь посмотрев на меня и увидев испуг в глазах, Бен едва заметно качнул головой.

— И до тебя очередь дойдёт, Шерман, — пробасил Симпсон, не сбавляя шага. — А вообще, мы своих не трогаем.

Бен злился и нервничал, но это видела только я. Изогнув бровь, он следил за всеми движениями гнусного жандарма. Я хотела ускользнуть, когда тот протянул ко мне свои огромные волосатые лапищи, но он проявил неожиданную ловкость и быстроту реакции.

Поймал меня за локоть и вернул на место, не забыв ударить о стену так, что все косточки задрожали. Публика в клетке ликовала и улюлюкала, наблюдая за спектаклем, предвкушая номер со стриптизом для нищих в моём исполнении.

Вдавив лицом в прутья, жандарм запустил процесс ощупывания путем тяжелых похлопываний, после которых я покроюсь синяками мерзкого сине-бордового оттенка. Хотелось отрешиться, оглохнуть на минуту и пропустить неприятное событие, происходящее со мной, но пузырьки в карманах плаща не давали расслабиться.

Когда руки Симпсона спустились по спине к тому месту, где начиналось самое интересное, он немного помедлил и вдруг скользнул ими в стороны, к карманам. Я замерла, вытянувшись от напряжения, не забыв подивиться тому, что движения копа, до этой минуты резкие и нарочно болезненные, стали легче и осторожнее.

Однако, ощупав карманы, он не удовлетворился тем, что обнаружил в них и сжал в ладонях для полной убедительности. Честно говоря, я сама пребывала в недоумении — в них было пусто! Что за чертовщина, куда подевались мои зелья?!

— Держи свои грязные мысли при себе, Симпсон, — процедил сквозь зубы Бен. — Не давай воли рукам, или я переломаю их тебе после смены.

— Когда выйдешь отсюда, — ухмыльнулся тот.

Я не успела моргнуть, как Шерман оказался рядом. Схватив за грудки, он протащил Симпсона к решётке и пригвоздил к ней. Тот ухнул и глаза вытаращил. То, с какой лёгкостью мой спаситель удерживал здоровяка на весу, не ускользнуло от моего внимания. Ничего-о себе…. Как это возможно? Симпсон же на голову его выше и шире раза в полтора!

Тем временем Бен чуть слышно произнёс ему в лицо:

— Я уже в обезьяннике, так что мне плевать, слышишь, Симпсон? Прямо здесь и сейчас начищу твоё свиноподобное рыло.

Жандарм заметно струхнул. Его глазки забегали, а руки поднялись в беззащитном жесте.

— Ничего лишнего, только досмотр, — пообещал он.

Бен мгновение сверлил его глазами, но потом резко отпустил ворот форменной рубашки и медленно отступил к лавке. Жандарм поправил одежду и двинулся в мою сторону. Раздражённо засопев, наклонился, продолжив осмотр. Ощупав мои ноги, он выпрямился и нехотя произнёс:

— Чисто.

— Как чисто? — не поверил Брейнт и приблизился к нам.

Я не спешила поворачиваться к мужчинам лицом, предпочитая смотреть на облезлую стену напротив. Троица в клетке замерла в ожидании продолжения, но его не последовало.

— Вот так — нет.

Хмыкнув, Брейнт шагнул к клетке и обошёл меня так, чтобы видеть лицо. Поджав губы, он с минуту сверлил меня яростным взглядом. Я выдержала его и улыбнулась в ответ. Брейнт посуровел и отступил назад — похоже, моя улыбка вызывала у него тошноту. Мелочь, а приятно!

Едва решила оторвать лицо от ледяных грязных прутьев, как Симпсон ткнул меня в спину, и я уперлась носом в дыру между железками. Ему повезло, но ненадолго.

Внутри поднялась огненная буря, и на миг я потеряла контроль над своим телом. Видела лишь, как резко разворачиваюсь и хватаю оторопевшего жандарма за рубашку на груди. Стены в помещении пришли в движение, а воздух накалился настолько, что обжигал при вдохе.

В голове кричали птицы, громко и наперебой, слышался шелест перьев, словно рядом с земли сорвалась стая воронов и пронеслась мимо. Глаза Симпсона полезли на лоб, а руки потянулись к моим запястьям, закованным в наручники.

Я не касалась его тела, только сгребла в ладони рубашку и заглянула в лицо. Холодная полуулыбка на губах, и в моих глазах вспыхнул яркий белый свет, на мгновение. Когда он погас, стены стояли на положенных им местах, а лицо жандарма покрылось испариной.

— Не смей так больше делать, — прошептала очень-очень тихо я и разжала пальцы.

Симпсон тут же отшатнулся от меня и попятился к столу, в который уперся задом и замер. Он видел то же, что и я. Чувствовал магию, расплавившую воздух в помещении, и больше никто. Пусть рассказывает товарищам, жалуется — всё равно никто не поверит.

Проследив за ним, я перевела взгляд на Бена. Слегка прищурившись, он смотрел на меня исподлобья. Отчасти удивлённо или даже одобрительно. И я усомнилась в том, что только мы с Симпсоном видели двигающиеся стены…. Но инспектор Брейнт не дал мне оглядеться и насладиться моментом триумфа.

— Симпсон, — грозно прорычал он, выходя из клетки. — Открой калитку.

Жандарм громко сглотнул. Осторожно шагнув ко мне, двинулся по стеночке, чтобы ненароком не прикоснуться к злой ведьме. Когда он замер в шаге от меня, я хмыкнула и отступила — замок оказался за моей спиной, и бедолага не мог подобраться и открыть его.

Компания в клетке, продолжавшая веселиться и издавать ободряющие возгласы, оживилась ещё больше. Ничего в их поведении не выдавало того факта, что они наблюдали всплеск магии, исходящий от меня. Немого полегчало. Вот только что тогда увидел или почувствовал Бен?

— Смотрите-ка! — с фальшивой бодростью воскликнул Брейнт, расстёгивая на мне наручники, пока жандарм со связкой ключей отпирал замок. — Наши завсегдатаи выказали вам радушный приёмчик. То-то вам будет весело ночью!

Криво ухмыльнувшись, я смерила детектива обжигающим ненавистью взглядом. Вскинув брови, он развернул меня за плечи лицом к открытой двери и втолкнул в обезьянник.

Вскоре очередь дошла до Бена. Он обернулся вполоборота к инспектору и несколько секунд сверлил глазами. Брейнт поджал губы, но позволил Шерману войти в клетку самостоятельно. А когда Симпсон запирал нас, он улыбнулся счастливой улыбкой. Я впервые видела искреннюю радость на лице Брейнта, и мне не понравилось.

— Приятной ночи вам.

Такое чувство, будто нас загнали в клетку к чудовищам. Оборванец на четвереньках пополз к нам с абсолютно диким видом. Проститутка будто проснулась и, широко раскрыв глаза. Скользнула к противоположной стене из прутьев и вцепилась в неё пальцами, изучая нас с плотоядным видом.