Джирмийское клеймо
Шрифт:
Друзья поднялись на второй этаж и по длинному коридору направились к покоям Сальте. Неожиданно дверь одной из комнат распахнулась, и к ним бросился мальчик лет шести, волоча за собой тяжёлый меч. Джирмийцы остановились, с любопытством наблюдая за стараниями малыша поднять оружие.
– Вы собираетесь с нами драться, молодой человек?
– улыбнулся принц.
– Если так, то Вам следует сменить меч на кинжал.
Мальчик поднял на Марвина заплаканные глаза и решительно заявил:
– Я всё равно убью вас, принц! Я отомщу за папу и сестру!
Марвин и Жерар переглянулись. Эльф осторожно забрал у малыша меч и, присев на корточки, спросил:
– Как тебя зовут?
– Ваоро.
– А где твои старшие братья, Ваоро? Почему они не бегут защищать сестру и мстить за смерть отца?
– Они бояться Вас, сударь.
– А ты?
– Я тоже боюсь, - шмыгнул носом мальчик, - но должен же кто-то отомстить.
Марвин погладил малыша по голове:
– Ты смелый эльф, Ваоро. Идём со мной.
Принц взял ребёнка за руку и вошёл в покои атамана. Рамина вскочила, увидев рядом с джирмийцами сына.
– Отпустите его, Ваше высочество!
– вскрикнула она и упала на колени.
– Вы отняли у меня мужа и дочь. Пощадите моего малыша, прошу Вас.
– Встаньте, сударыня!
– приказал Марвин.
– Я не собираюсь убивать Ваоро. Более того, я назначаю Вашего младшего сына главой клана Ласточки.
– Что?
– опешила Рамина.
– Ему всего шесть лет!
– Это не имеет значения!
– отрезал принц и посмотрел на Жерара: - Составь указ, я его подпишу, а вечером мы объявим об этом клану.
– Наследник Бернара потрепал мальчика по щеке и ласково произнёс: - Я надеюсь на тебя, Ваоро. Не подведи.
– Я ненавижу Вас, сударь.
– Я знаю, Ваоро, но это тоже не важно, - задумчиво пробормотал Марвин и, вздохнув, добавил: - На Вашем месте, Рамина, я, первым делом, научил бы мальчика держать язык за зубами. Боюсь, такие речи не продлят ему жизнь.
– И принц вышел, оставив Рамину в недоумении.
– Хорошая шутка, - заметил Жерар, нагнав друга.
– Я приехал мстить, а не убивать детей!
– сквозь зубы процедил принц.
Эльф схватил его за рукав и заставил остановиться:
– Нам нужно поговорить, Марви! Ты полон эмоций! Они прут из тебя, как тесто из квашни! Скоро не только я, но и вся свита поймёт, что с тобой что-то не так! Следи за собой, Марви!
Принц отдёрнул руку и молча пошёл вперёд. С досадой покачав головой, Жерар зашагал следом. Друзья вышли из дома и зашагали по тихим, словно вымершим, улочкам Наполя.
– Ты не прав, Жерар, - неожиданно заговорил Марвин.
– Это раньше со мной было всё не так, а теперь я стал самим собой. Бернар всю жизнь внушал мне, что я должен руководствоваться холодным расчётом, а не чувствами. За малейшее проявление эмоции он наказывал меня строже, чем остальных. И только путешествие с Эллардом и борьба с заклятьями Камиллы и Сов помогли мне понять, чего боялся Бернар. Он не хотел, чтобы я стал похож на своего отца, мага-прощелыгу!
– Ты говоришь ерунду!
– возразил Жерар.
– Все дети Леопольда мертвы, за исключением Элларда.
– Значит, не все, - пожал плечами принц.
– И на чём же основана твоя уверенность?
– Я умею делать тоже, что и Эллард, и даже больше. Тебя никогда не смущало, что я так легко справился с магией Беркутов и Ласточек?
– Ты уникальный маг.
– Вот именно, Жерар. Откуда взяться такому магу на Аргоре, если он не сын Леопольда? Только родство с ним ставит всё на свои места! Бернар с самого начала знал, кто я. Он забрал меня в Джирму, чтобы использовать как оружие для переворота. И я посадил его на аргорский престол.
Эльф хмуро взглянул на принца:
– Ты - отличный боевой маг и хороший товарищ, Марвин. Чтобы ни думал Бернар, ты верен касте, и пока это так, я на твоей стороне. Но постарайся держать эмоции в узде, дружище, иначе предводитель всё-таки отправит нас на плаху.
Марвин согласно кивнул и остановился:
– Пришли.
Жерар взглянул на большой двухэтажный дом, стены которого украшала затейливая вязь магических узоров, и присвистнул:
– Ты действительно собираешься войти туда, Марви?
– Мы уже были там однажды, - усмехнулся принц.
– Да помню я, - поморщился эльф, - но эта Эладия…
– Можешь подождать меня здесь.
Жерар снова взглянул на дом и поправил меч:
– Я не могу оставить Бернара без красочного описания твоей битвы с лучшей эльфийской провидицей.
– Думаешь, будет битва?
– рассмеялся Марвин.
– Хвастун, - буркнул эльф, снедаемый дурными предчувствиями, и стиснул рукоять меча: - Пошли уж, чего тянуть.
Принц Аргора смёл охранное заклинание и вошёл в дом. Жерар тенью следовал за другом.
Огромный полутёмный холл встретил джирмийцев могильной тишиной. В глубоких нишах, наполовину завешанных тяжёлыми коричневыми портьерами, мерцали магические свечи. По стенам, как живые, передвигались серые причудливые тени, а под арочным потолком, словно тучи мошкары, вились мелкие красные искры. Внезапно свечи ярко вспыхнули, и красные искры ринулись на незваных гостей. Джирмийцы одновременно вскинули руки, и пол усеял розоватый пепел.
– Эладия!
– крикнул Марвин.
– Выходи! Хватит прятаться!
Тяжёлая портьера дрогнула, и из дальней ниши выступила эльфийская провидица. Белые распущенные волосы серебристой мантией окутывали её статную фигуру.
– Вижу, ты разобрался в нашей магии, - сухо произнесла она и скользящей походкой приблизилась к принцу Аргора.
– Вижу, ты и с собой разобрался, мальчик. Это похвально.
– Спасибо, - криво усмехнулся Марвин.
– Я выношу тебе смертный приговор за предательство, Эладия. И если не будешь сопротивляться, умрёшь быстро, ибо я решил проявить милосердие. Ты, как-никак помогла выжить моей жене. Итак, ты готова умереть, Эладия?
– А ты, джирмиец? Я - провидица, и знаю, чем закончится наш поединок.
– Значит, поединок, - небрежно проронил принц.
– Я рискну убить тебя, - мягко улыбнулась Эладия.
– Ты готов умереть, джирмиец?
– Я готов ко всему, ведьма.
Эльфийка что-то пробормотала себе под нос, и Марвин отшатнулся, увидев вместо Эладии своего двойника. Провидица воспользовалась его замешательством и вытянула руки, будто желая заключить принца в объятья. Руки стали стремительно удлиняться, и в мановение ока сомкнулись на горле опешившего Марвина. Жерар выхватил меч и, прошептав заклинание, рубанул по запястьям эльфийки. Эладия вскрикнула, отскочила от принца и вновь стала собой.