Чтение онлайн

— Агтулх… у вас… на меня, да? На меня ведь?! — Мы не глядели друг другу в глаза. Сердце её растопил бугорок в моих штанах, остальное моё тело, как и душа, не имело никакого значения.

— Рабнир, ты избранная, ты та, кто друг Кетти, семья, что обошла печати богов… — Многозначно говорю я и, вместо охов и вздохов, ловлю немую паузу, полное молчание. Гнетущая тишина, женские переглядки, кто-то выпустил когти, скрежетая по камням, с негодованием, злобой, готовился исправить недоразумение, допущенное богами или мной.

— Она медоед… — прошипела Ахерон, — наверное, Агтулх, это ошибка. Такой как вы…

— Я Кетти! — Вскочив на ноги, оттолкнув от себя всех, кто был сверху, радостно воскликнула Рабнир. — Сомнений нет, мы Медоеды и вправду ближе к вам, к бунтаркам Кетти, чем к послушным Чав-чав. — В глазах Рабнир блеск, и губы выгнулись в наивной, радостной улыбке. Слезинка, одна единственная, что в момент накапливаются у её век, срываются по красным щекам и единой каплей падает на торчащую грудь.

— Рабнир… я могу ошибаться… — Видя искренность её чувств, испытывая стыд, говорю я.

— Но цветок без плодовитой почвы под ним, без любви, никогда не приживётся, не пустит корни.

Рабнир, взяв меня за кисть, притянула ту и положила себе на грудь.

— Разве цветение не доказательство ваших чувств? Разве то, как моё сердце рвётся из груди при виде тебя, Агтулх, не доказательство бессилия проклятия? Я же сильная, я могу противостоять любому проклятию, но влечению к тебе никак не могу. Так неужели эти чувства — ошибка?

Вот и как тут ответить?

— Нет, вовсе нет. — Склонив голову, словно извиняюсь, сказал я.

Рабнир в восторге, отпустив меня и схватив рандомную кошку, она прижимает к себе ту, что ранее сидела у неё на пузике.

— Сёстрёнка! — Кричит Медоед. — Я знала, что мы похожи! — Радость её с воссоединением семьи недолгая. Оттолкнув кошку сразу после объятий, Рабнир вновь обнимает меня, с глазами полными радости, упирается своим лбом мне в грудь, после чего просит:

— Позволь разделить с тобой проклятье…

— Хорошо, — говорю я, — но…

— Но? — С настороженностью поглядела на меня Медоед.

— Мне нужна жрица, та, что была на небесной птице и знает все таинства ритуала. Так же, нужна преступница… До ночи Агохлу и Онохо ещё далеко, но нужно подготовиться, провести обряд, иначе… — Я таинственно замолчал, отвёл взгляд в сторону.

— Иначе? — В один голос, вместе с Медоедом, спросили другие кошки.

Да хуй знает что иначе!!!

Мне нужно как-то помочь нашим девочкам, сблизить их с местным обществом, показать, что их присутствие необходимо. Ведь из личного опыта я мог удовлетворить минимум двоих, а в конце, в добавок, успокоить и нашу девочку. Так почему бы не…

— Иначе жизнь обернется смертью, наслаждение проклятьем, а сила — слабостью, обрекающей на…

— Хватит! — Внезапно прервала меня Кетти. То была та самая, которую я с наслаждением и несдержанностью заставил лишиться дара речи, а потом, на некоторое время и ходьбы, Мир-ри…

— Мир-ри, это правда? — Спросили у неожиданно явившейся кошки, подруги.

— Правда-правда! — Воскликнула Кетти. — У меня после встречи ноги отказали, да только благодаря молитвам жриц я и хожу!

Зачем-то вступилась за наших девочек Мир-ри. Вскинув в сторону Ахерон руку, она вытянув указательный палец, словно собираясь обвинить, привлекает всеобщее внимание. Все, включая Медоеда, сосредоточили на ней свои взгляды. Тут, из-за спины моей, появилась вторая кошка, незнакомая. Быстро вложив бумажку цвета грязи мне в руки, она уходит. Пока Мир-ри эмоционально рассказывает, какая она хорошая и какие они недостойные вещи со мной делала, я вычитываю очень тревожные, опасные для всех нас новости:

«Армия существ неизвестной расы, огромного числа и с нравом пожирать поверженных, причалила к берегу. Лёша, грядёт война. Заставь этой ночью медоеда подчиниться твоей воле, стать твоим другом, союзником, женой. Только так мы сможем сравнять наши шансы. Только так сможем подчинить Кетти себе».

Далеко-далеко в лесу.

В главный лагерь объединённого племени пришла весть о высадке иноземных захватчиков. В этот раз появление их стало полнейшей неожиданностью. Чав-Чав были слишком заняты поиском второго воина Гончьей, а Медоеды — грызнёй за право занять место своего командира. Исчезновение Рабнир, героя племени и столь послушного командира, что при помощи грубой силы контролировала своё племя, серьёзно ударило по дисциплине во всей армии. Чав-Чав потеряли надежного союзника, одного из лучших воинов, при этом даже не вступив в войну. И теперь, как новый вызов, появление заскальных свинорылов.

Агроса из Черных Хвостов, третий по силе воин племени, носившая прозвище Полуночный Вой, обладала достаточной силой для контроля над малыми покорёнными племенами. Однако с исчезновением Рабнир контроль над Медоедами, Пандца, Когтистыми Беа и здоровенными Муфало был полностью утрачен. Ранее, с Рабнир, все знали, кто сильнейший, никто не мог её одолеть, а теперь, стоило спору начаться, все хватались за оружие, намереваясь ещё до встречи с врагом уменьшить число союзников. Чав-Чав охватил страх, ужас и уныние, ведь с исчезновением всего двух важных самок в селении начался раскол.

— Агроса! Гонцов к Кетти отправили? — спрашивает четвёртый воин Чав-Чав, Рыжая Гаргаран из рода Огненных Волчиц.

Появление старой подруги, отвечавшей за охрану Горного хребта, стало для Агросы искоркой надежды в тёмной, мрачной пещере, скрывавшей ужасное будущее.

— Да, мелких из рода Гончьих отправила, — ответила воительница, после чего, сделав подруге шаг навстречу, крепко обняла её. — Почему ты здесь?

— Давно не спаривалась, — так же обняв подругу, ответила Гаргаран. — Очередь на эту Агохлу и Онохо выпала, вот вырвалась к вам. Видимо, сами боги вели меня на случку в эти дни. Что с Второй и Первой, вести есть?

Агроса кивнула, её карие глаза встретились с красными глазами Гаргаран, волчицы, что была выше её на голову:

— Наши говорят, что после того, как самец по прозвищу Джордж отказал Рабнир, между Медоедом и Гончьей что-то случилось. Они о чём-то говорили, а затем, никому ничего не сказав, отправились в лес.

— Бой на смерть между Гончьей и Медоедом из-за самца? — Гаргаран задумалась. — Стоил ли он того? — Агроса кивнула.

— Выше тебя ростом на полголовы, шире в плечах, большие руки, ноги, грудь мягкая, а живот… им даже можно накрыться в холодных горах, — с трепетом в голосе проговорила Агроса.

Гаргаран присвистнула, облизнувшись недовольно, выдала:

— Да, семя такого Муфало даст жизнь настоящим гигантам. Надо глянуть, что там за зверь…

— Не до самцов, названная сестра, — откинула эту мысль Агроса. — Говорят, что вслед за первой волной кораблей шла ещё одна. В этот раз всё по-другому. Саблезубые свиньи строят на берегу лагерь. Всего за одну ночь, пока мы собирали передовой отряд, они возвели крепость, а затем причал, к которому один за другим с большой земли идут их древесные скакуны. Будь с нами Безумная Рабнир, мы могли бы попытаться выбить их с берега, загнать в воду, но… — Агроса смотрит на очередную ссору между Пандца и Медоедами. — Сейчас это нас убьёт.