Чтение онлайн

Куин смотрела на язычки пламени и вспоминала, как много раз до этого разводила костры в дикой местности. Для неё эта ситуация не была новой – она провела годы в бегах и партизанской войне. Но теперь на ее плечах была не боевая группа солдат, а разношёрстная семья из изгнанников и ребёнка. “Справлюсь ли я?” – на миг закралось сомнение. Она крепче сжала пальцы вокруг жестяной кружки. Шрам на подбородке саднил от утреннего холода – старое ранение всегда напоминало о себе.

Хэдли укутал Селлу в тёплый плед, заботливо поправляя ей волосы. Он тоже был погружён в мысли. Его карие глаза смотрели на дочь, но видел он перед собой картину из прошлого: переполненный лагерь беженцев, колючую проволоку и холодные лица охранников Федерации.

…Три года назад. Хэдли стоял по колено в грязи под дождём, прижимая к груди восьмилетнюю Селлу. Девочка плакала, спрятав лицо у него на плече. Перед Хэдли возвышалась чёрная тень чиновника в плащ-палатке, лицо скрыто капюшоном. Хэдли слышал отрывистый голос: “Вас поймали при нелегальном переходе границы. Вам грозит тюрьма, а ребёнок перейдёт под опеку государства.”

Хэдли почувствовал, как тогда внутри всё оборвалось. Он крепче обнял Селлу, которая всхлипывала от холода и страха.

“Однако, – продолжил чиновник, – у вас есть шанс. Федерация Оурда набирает добровольцев для одной миссии… фактически это амнистия. Вы и девочка отправитесь далеко отсюда. Если согласны – вас не будут судить”.

Хэдли помнил, как закусил губу до крови. Это был не выбор, а издевка. Но ради Селлы он согласился на все условия, даже не спросив, куда их отправят.

“Очень разумно”, – сухо заметил представитель власти, подмахивая бумаги. – “Вы спасёте себя и дочь… если выживете в экспедиции”. Он развернулся, уходя прочь сквозь ливень, не удостоив их даже взгляда. А Хэдли стоял, держа на руках дрожащую от холода дочь, и понимал, что продал судьбу в обмен на ее жизнь…*

Хэдли моргнул, прогоняя видение прошлого. Сейчас, у огня Хови, он осторожно улыбнулся Селле, делая вид, что всё хорошо. “Ни за что больше не позволю вас разлучить”, подумал он про себя, глядя на дочь и украдкой – на Калеун.

Калеун, напротив, заметно повеселела, когда первые лучи солнца коснулись их поляны. Для неё каждое утро было благословением богини Эрауллюкс. Отпив глоток горячей воды, она прикрыла глаза и прошептала:

— Благодарю тебя, Освободительница, за новый день…

Её тихая молитва уравновешивала общую тревогу. Даже Конэрк, которая с религией не ладила, невольно прислушалась. Голос Калеун звучал умиротворяюще, словно колыбельная. Селла, склонив голову к матери, расслабилась, её страхи отступили. Напряжение рассеялось, оставив после себя усталость и голод – обычные спутники первых дней на чужбине.

После завтрака каждый занялся делом. Куин и Конэрк отправились вдвоём осматривать ближайшие окрестности более тщательно – нужно было найти пригодные материалы, еду и оценить рельеф. Хэдли остался в лагере привести в порядок импровизированный медпункт и проверить здоровье Калеун, чья рука все ещё ныла после ушиба. Селла же получила ответственное задание – собрать хворост для костра под присмотром матери.

Куин и Конэрк углубились на пару сотен метров в лесок за лагерем. Солнце поднялось выше, разгоняя остатки утреннего тумана. Лес дышал влагой и жизнью: повсюду тянулись к небу незнакомые папоротники ростом с человека, свисали лианы с толстых ветвей деревьев, из зарослей доносился треск мелких существ, скрывающихся при их приближении. Куин тихо шла впереди, поводя стволом самодельного копья из обломка металла. Конэрк держала наготове свое мачете, украдкой поглядывая на спутницу. До сих пор они с Куин не разговаривали по душам – лишь обменивались необходимыми фразами. Обе были женщины с нелегким прошлым, привыкшие к одиночеству.

Наконец Конэрк первой нарушила молчание:

— Ты, похоже, не первый раз в таких передрягах, да? – она кивнула на бритвенно-острые листья, которые Куин аккуратно отводила копьем на пути.

Куин усмехнулась краем рта:

— Не первый. Доводилось жить и в джунглях, и в горах. И прятаться, и сражаться. – Она бросила взгляд на Конэрк: – А ты, я смотрю, уверенно ориентируешься по компасу. Навигатор ведь?

Конэрк кивнула:

— Угадала. Космические маршруты – моя стезя. Правда, больше контрабандные, чем официальные… Ну, сама знаешь. – Она помолчала. – Забавно, что на земле ориентироваться сложнее, чем в космосе. Там хотя бы звёзды всегда видны, а здесь одна зелень…

Куин на миг улыбнулась:

— Привыкнешь. Тут свои звёзды – мхи да деревья. Вон, гляди: видишь мох на стволах? С севера гуще растёт. Уже подсказка.

Конэрк удивлённо подняла брови:

— Не знала. Учту.

Их разговор прервал резкий крик птицы – или зверя – совсем близко. Обе мгновенно замерли, вслушиваясь. Где-то над ними промелькнула тень, сбив несколько листьев. Но спустя мгновение всё стихло. Конэрк выдохнула:

— Нервы на пределе…

Куин качнула головой:

— Главное – не потерять бдительность. Пойдём дальше.

Спустя час поисков им удалось найти съедобные коренья и ягоды, похожие на вчерашние, а также наткнулись на нечто любопытное. На небольшой поляне, заросшей высоким бурьяном, высилось странное дерево с толстыми клубящимися корнями. Его серо-синяя кора была испещрена узорами, напоминающими лица, и в ветвях покачивались крупные зелёные коконы или плоды. К одному из корней будто приросла древняя урна или сосуд. Конерк присвистнула:

— Чёрт побери… что это за дриада такая?

Куин осторожно приблизилась и провела рукой по шершавой коре: ей почудилось слабое вибрирование, словно отклик на прикосновение.

— Похоже на священное дерево, – тихо сказала она. – Видела подобное на одной из планет фронтира… местные называли “древо душ”. Говорят, в таких деревьях могут обитать духи или сущности.

Конэрк недоверчиво фыркнула, но уважительно отступила:

— Не хотелось бы тревожить духов. Обойдём стороной.

Они решили не трогать странное дерево, лишь отметили мысленно его местонахождение. Лагерь Хови как раз находился неподалёку – можно будет показать Калеун. Возможно, она увидит знак богини в этом явлении.

Вернувшись, Куин и Конэрк застали остальных за работой. Калеун как раз накладывала свежую повязку себе на плечо под руководством Хэдли. Рядом Селла аккуратно складывала небольшие камни в кружок – помогала обустроить новую очаговую яму. Девочка старательно выкладывала камешки, нахмурив лоб, словно это было самое важное задание на свете.

— Мам, пап, смотрите, как красиво! – позвала она родителей, показывая свой идеально ровный круг из камней. Хэдли улыбнулся дочери:

— Отлично, милая. Настоящий мастер-класс.

Калеун тоже похвалила Селлу, и девочка просияла. В эти редкие минуты согласия между родителями Селла расцветала от счастья.

Куин и Конэрк поделились находками: показали ягоды и коренья, рассказали про необычное дерево. Калеун заинтересованно выслушала и попросила потом сводить её взглянуть – возможно, это знак, посланный им свыше. Хэдли скептически пожал плечами, но промолчал, не желая снова спорить.

В ближайшие дни жизнь вошла в относительное русло. Каждый день похож на предыдущий: утром совместный скромный завтрак, днём работа – сбор еды, укрепление лагеря, изготовление простых орудий труда. К вечеру – короткий отдых у костра, обсуждение планов. Они старались не тратить понапрасну рацион Федерации, экономя паёк на крайний случай. Охоты пока не было – незнакомых существ опасались. Поэтому питание было в основном растительным: дикие фрукты, съедобные корни да немного съестных запасов с корабля.