Если мы когда-нибудь встретимся вновь
Шрифт:
Глава 21
Пульс Фарры участился от волнения и возбуждения. Она и раньше видела, как парни ласкают себя — в порно. Но это её не особо трогало. А вот смотреть на Блейка? Это казалось даже более интимным, чем она представляла себе сам секс.
Пламя похоти окутывало её, заставляя грудь ныть, а всё тело — изнывать от жажды. Ситуацию усугубляло то, что Блейк сидел рядом, выглядя прекраснее, чем любой человек имел на то право. Его глаза, потемневшие и затуманенные желанием, наблюдали за тем, как она во второй раз за эту ночь ведет руками по своему телу.
— Ничего страшного, если на этот раз не получится, — его голос, хриплый, но успокаивающий, обволакивал её. — У нас будет следующий раз, и еще много других. Впереди целая вечность.
На самом деле времени у них было в обрез. Они оба это понимали, и именно поэтому Фарра отказывалась отводить взгляд, пока ласкала себя. Она не давала себе сбежать в те уголки сознания, где обитали сомнения и страхи. Вместо этого она сосредоточилась на том, как вибрирует её тело, оживая под пальцами. И когда сомнения пытались утянуть её в привычное одиночество, она фиксировала взгляд на Блейке — на том, как он смотрел на неё, словно боялся моргнуть. Словно никогда и никого не желал так сильно, как её.
В этот момент она поверила всему, что он когда-либо ей говорил.
Дыхание перехватило. В голове всплыли образы Блейка, доставляющего себе удовольствие. Её движения стали быстрее, резче.
Так близко.
Ресницы затрепетали. Темный уголок сознания снова поманил её к себе. Фарра стиснула зубы и приказала мыслям замолчать. К её удивлению, они повиновались. Но это не шло ни в какое сравнение с тем потрясением, когда меньше чем через минуту её накрыл оргазм. Волна наслаждения была настолько мощной и внезапной, что она не сразу осознала происходящее.
— О боже, — выдохнула она, когда всё начало стихать.
Фарра была так поглощена кульминацией, что не заметила, как Блейк придвинулся ближе. Его губы заменили её руку. Его язык обвил её чувствительную плоть, облизывая и дразня, а затем он глубоко втянул её в рот.
Фарра вскрикнула. Она попыталась отстраниться, но сильные руки Блейка мягко удержали её на месте, пока он продолжал пиршество. Дыхание стало прерывистым. Она горела. Горела так жарко и так упоительно, что это было почти невыносимо, и всё же она не хотела, чтобы это заканчивалось.
Тело Фарры не успело оправиться от первой вспышки, как Блейк снова довел её до пика. Она зависла там на целую вечность, прежде чем рухнуть вниз с такой силой, что это потрясло её до глубины души. Она уже была на пределе, но он не останавливался, выжимая из неё всё новые и новые капли наслаждения, пока у неё не осталось сил.
Когда последние судороги утихли, Фарра, обмякшая и обессиленная, рухнула в объятия Блейка.
— О боже, — повторила она.
Это было всё, на что она была способна. Мысли путались. Она даже собственного имени вспомнить не могла.
Он прижался губами к её шее.
— Хорошо?
— Очень, очень хорошо. Вау.
Теперь Фарра понимала, из-за чего весь этот шум. Неудивительно, что подруги так восторгались оральным сексом. Она могла бы заниматься этим весь день напролет.
Смех Блейка отозвался вибрацией на её коже.
— Тебе повезло, детка, ты нашла лучшего спеца в этом деле. — Он обнял её за талию и притянул к себе так, что она прижалась спиной к его груди. Он положил подбородок ей на плечо. — Спасибо, что доверилась мне.
Фарра повернулась к нему:
— Спасибо за то, что заслуживаешь доверия.
Всё это звучало так ванильно, что она бы поморщилась, прочитай она такое в книге. Но это была не книга. Это была её жизнь. И сейчас она была идеальной.
Они лежали в тишине, наслаждаясь близостью. Фарра рассеянно покрутила кулон на ожерелье. Три месяца. Три месяца в университете ничего не изменили, кроме внешних обстоятельств: новые пары, новые друзья. Но внутри она оставалась прежней. Три месяца в Шанхае изменили всю её жизнь.
Подумать только, она была в шаге от того, чтобы выбрать Париж. В какой-то альтернативной вселенной другая Фарра гуляет по Парижу с другими друзьями, целуется с другими парнями и учит другой язык. Фарра вздрогнула; сердце разрывалось от жалости ко всем своим версиям, которые сейчас не лежали в объятиях Блейка. Потому что здесь был рай, а все остальные миры — лишь бледная имитация.
— Ты всегда так делаешь.
— Что именно? — Она прижалась к нему плотнее, чтобы убедиться, что он настоящий.
— Играешь с кулоном, когда о чем-то глубоко задумалась. Или нервничаешь. Или злишься. Или грустишь. — Блейк коснулся пальцами серебряной подвески. — Ты вроде не нервничаешь и не злишься, по крайней мере, я на это надеюсь. Так что выкладывай, о чем думаешь.
Фарра накрыла его руку своей.
— Это ожерелье подарил мне отец.
При воспоминании о том дне глаза защипало. Папа заехал за ней на их еженедельный обед в In-N-Out. Они всегда ходили туда, потому что сидеть в обычном ресторане было слишком неловко. К её удивлению, он вручил ей подарок сразу после того, как они расправились с бургерами.
— Он купил его на моё пятнадцатилетие. До праздника было еще несколько недель, но он сказал, что не может ждать. Хотел, чтобы оно было у меня пораньше. Это было еще до того, как я застала маму плачущей, и я… — Губы Фарры задрожали. Блейк обнял её крепче и поцеловал в плечо. — Как ни странно, оно меня утешает. Когда оно на мне, кажется, что папа рядом, и я могу сказать ему всё то, что не успела, пока он был жив.
Блейк долго молчал, а потом выдал:
— То есть ты хочешь сказать, что твой отец наблюдал за всем тем, что мы тут сейчас вытворяли?
— Блейк!
— Прости, прости. — Он уткнулся лицом в её волосы. — Вечно я шучу в самые неподходящие моменты.
На губах появилась улыбка. Блейк всегда умел разрядить обстановку.
— Всё нормально. Мне нравятся твои дурацкие шутки. В большинстве случаев.
— Зря ты это сказала, детка. Теперь меня не остановить.
— Ты же великий Блейк Райан. Разве тебя вообще можно остановить?
Он тихо рассмеялся.
— Подловила. Но ты так и не ответила. О чем ты думала на самом деле? Ты замолкаешь только тогда, когда уходишь в себя.