Чтение онлайн

Опасаясь повторной победы ортодоксов, светская оппозиция предпочла «меньшее зло»: поставила на голосование предложение оставить старое Правление до осени — срока выборов в новую общину. Большинство проголосовало за это, в результате чего негодующие ортодоксы обвинили председателя собрания в неправильном подсчете голосов. Звучали даже угрозы физической расправы с ним. Протест, поданный через несколько дней группой ортодоксов (с требованием скорректировать результаты голосования), был оставлен Правлением без внимания.

Практическая деятельность старого Хозяйственного правления и раввината продолжалась и после Февральской революции. В связи с перебоями в поставках продовольствия и введением карточной системы в городе, Правление добилось от властей предоставления для нужд прихожан 400-450 пудов кошерного мяса в неделю (по 1 фунту на человека). В начале мая М.Айзенштадт способствовал основанию общины пригородов Парголова, Озерков и Шувалова. Можно предположить, что не без его же участия в городе было основано общество «Тора ведаас» (Тора и знание), в чьей программе предусматривался широчайший спектр деятельности — от открытия синагог и иешив до организации развлечений (театров, концертов, выставок), юридической, медицинской и страховой помощи.

Не ограничиваясь декларативной поддержкой Временного правительства, Правление в июне решило приобрести облигаций военного займа на 125 тыс. руб., а также выделить средства на содержание лазарета для раненых воинов.

Тем временем 11 апреля в зале Общества «Иврио» было созвано заседание представителей общественных организаций, партий и всех синагог города (121 человек, 53 еврейских учреждения столицы). На заседании было решено создать комитет с чисто организационными функциями для подготовки выборов в новую общину «на основах всеобщего прямого, тайного и пропорционального голосования без различия пола».

Острые разногласия обнаружились по вопросу формирования Комитета. Социалистические партии требовали усиленного представительства в нем партий и профсоюзов (по два делегата), отводя всем остальным организациям, где эти партии перевеса не имели, лишь девять мест. При голосовании победило противоположное предложение, обеспечивавшее всем равное представительство (по два места).

И мая под председательством сиониста Александра Залкинда состоялось первое заседание Организационного комитета. Его первой задачей являлось назначение комиссии по составлению списков избирателей. Страсти разгорелись по вопросу, вносить ли в эти списки (то есть считать ли евреями) выкрестов (так презрительно называли крещеных евреев). Вопрос не имел серьезного практического значения, так как большинство крещеных евреев Петрограда давно порвали свои связи с общиной и не собирались их возобновлять. Небольшая секта (около 60 членов) запрещенных при самодержавии иудео-христиан, хотя и декларировала свою любовь к евреям, но не изъявляла готовности участвовать в еврейской общинной жизни.

Те же немногие выкресты, которые считали себя евреями, теперь.формально возвращались в иудаизм. Этот процесс начался в канун революции и заметно усилился после нее. 2 февраля 1917 г. первое удостоверение о возврате в иудаизм получил Давид Яковлев-Михелев Кенигсберг. 13 марта такое же удостоверение было выдано числившемуся евангелистом Соломону Лурье, будущему автору книги Антисемитизм в древнем мире, 20 октября — бывшей жене Алексея Н.Толстого Софье Дымшиц. Среди «возвращенцев» встречались носители известных в Петербурге фамилий: Гальперн, Берман, Цейтлин, Розенталь, Тейтель, Маркой, Штейнберг, Каплун, Брауде — по-видимому, родственники еврейских общественных деятелей. Всего в 1917 г. было зарегистрировано более 150 случаев возврата в иудаизм петроградских жителей. Едва ли прекратился этот процесс и в 1918 г., тем более что выкресты могли думать, что новая власть особо благосклонна к евреям.

На выборах в общину вопрос о выкрестах имел главным образом идеологическую и политическую подоплеку. Социалисты-секуляризаторы не могли допустить определения членства в общине по религиозному критерию. Один из них (И.Окунь) заявил, что и он не любит выкрестов, но, «устанавливая принцип принадлежности к религии, тем самым определяется сущность еврейской общины». Н.Гергель (партия С.-С.) и И.Штейн предложили «считать евреем всякого, заявившего себя евреем». Против предложенной формулировки резко возражали представители ортодоксии (Исаак Маркой и др.), а также Демократического объединения. При этом приводились и религиозные, и моральные аргументы. Сионист Арнольд Зейдеман предложил следующую формулировку: «В избирательные списки вносится всякий еврей, не заявлявший о своем выходе из еврейства». Предложение идишистского литературного критика Шмуэля Нигера (1883 —1955, партия С.-С.) «вносить в списки и тех, кто перешел в христианство по убеждению» вызвало смех большинства присутствующих. Раввин Айзенштадт, отвергнув идею о включении выкрестов, высказался за принятие в общину неверующих и тех, кто отпал от еврейства, но после революции вернулся. Результаты голосования (за предложение Зейдемана — 14 голосов, Штейна—Гергеля — 11, Нигера — 4) отвергли права выкрестов в общине. Заседание образовало также комиссии для подготовки к выборам и президиум для руководства комиссиями в составе АЗалкинда, М.Крейнина, И.Штейна, Яновского, Н.Гергеля, ВЛацкого, Г.Щербовского и И.Маркона.

В преддверии выборов борьба политических партий разгорелась и вокруг устройства новой общины. Сионисты старались распространить ее компетенцию на возможно большее число сторон еврейской жизни — просвещение, социально-экономическую помощь, здравоохранение, эмиграцию, религию, а также на работу в пользу Палестины.

ЕСДРП Поалей Цион также боролась за широкую компетенцию будущей общины. Однако, в отличие от сионистов, выступавших за сохранение роли синагоги и за гебраизацию школ, поалейционовцы хотели полной секуляризации общины и обучения детей на идише.

Близкой к Поалей Цион была позиция сионистов-социалистов, слившихся в мае 1917 г. с СЕРПом в Объединенную еврейскую социалистическую рабочую партию (Фарейнигте). Резолюция 6-й партийной конференции С.-С. требовала секулярной и демократической общины с широкими полномочиями в области просвещения, здравоохранения, профессиональной подготовки, регулирования эмиграции, общественного призрения. С точки зрения Бунда роль общины должна была ограничиваться культурной автономией на языке идиш.

Особое значение строительству новой общины придавала Фолкспартей: согласно ее платформе именно община должна была стать главным фактором выживания еврейского народа в диаспоре. Пройдя между Февралем и Октябрем через кризис и возрождение, партия провела активную предвыборную кампанию и представляла определенную силу на общинных выборах в Петрограде.

Еврейская народная группа, признавая необходимость расширить сферу деятельности общины, занимала компромиссную позицию по главным конфликтным вопросам общинного строительства — роль религии и выбор языка преподавания в школах. Ее программа предполагала «сохранение религиозного элемента в еврейских национальных светских школах, как фактора национальновоспитательного и культурно-экономического значения», и преподавание в школе «на родном языке учащихся» (т.е. на идише или русском), сохранив изучение иврита. Бюджетный источник для поддержки таких расширенных функций общины группа видела в ассигнованиях со стороны органов государственного и местного управления. Ближе к выборам, в связи с упадком популярности кадетов и поляризацией еврейского общества между социалистами и сионистами, Еврейская народная группа лишилась части своих избирателей.

С компромиссной программой выступало и образованное в Петрограде Еврейское демократическое объединение. Но так как время компромиссов уходило в прошлое, партия собрала на выборах в общину даже меньше голосов, чем количество записавшихся в Объединение на его организационном собрании 24 марта.

Полной неудачей закончилась и другая попытка национального объединения — основание Еврейского народного союза, который даже не дожил до дня выборов.

Проигранный бой за власть в старом Правлении для петроградских ортодоксов стал, похоже, стимулом для перехода к более современным методам борьбы за голоса. В мае было объявлено о создании новой партии «Нецах Исраэль» (Вечность Израиля — ивр. — одно из наименований Бога). Инициатива исходила от раввинов Петроградской Хоральной синагоги Давида-Тевеля Каценеленбогена (почетный председатель), Моисея Айзенштадта (товарищ председателя), ученых-гебраистов, старост синагоги Исаака Маркона (товарищ председателя) и Абрама Гаркави, а также группы богатых, близких к синагоге евреев. Организаторы, выступавшие в первую очередь против секуляризации общины и школы, провозгласили себя выразителями мнения религиозного большинства русского еврейства, «подлинного народа, молчаливого и разрозненного», голос которого «почти что не слышен» среди голосов партий и групп, «духовно с ним порвавших».

Программа «Нецах Исраэль» исходила из концепции единой еврейской нации, объединенной общностью происхождения и веры. В соответствии с программой в еврейской школе дети в возрасте от 6 до 13 лет должны были ежедневно по нескольку часов изучать иврит и Танах. Предполагалось и изучение общеобразовательных предметов, включая государственный язык. В общинной жизни организация выступала за сохранение всех традиционных функдий общины, при условии демократизации управления и расширения сферы ее деятельности для удовлетворения экономических и культурных нужд ее членов. Программа отмечала огромную важность распространения иврита как языка религии, науки и культуры, но признавала и идиш как язык еврейских масс. Выступая в духе времени за демократическую республику в России и права трудящихся, «Нецах Исраэль» требовала права евреев на соблюдение субботы и, по возможности, снабжения еврейских солдат кошерной пищей.