Чтение онлайн

В кустах неподалеку качнулись ветки — я метнулся в сторону. Чье-то тяжелое тело повисло на плечах — и я резко присел, бросая врага через голову. В следующую секунду другой противник бросился под ноги, но я успел подняться и перепрыгнуть, после чего подхватил с земли здоровенный комель. Воспользоваться «оружием» не пришлось — сильный удар вышиб палку из ладоней, а я сам отлетел ровно к тому дереву, возле которого стоял. Все происходило на удивление тихо — никто не кричал, даже не ругался, что всегда присутствовало при рукопашных схватках. Святоша? Его люди? Слишком быстро все происходило, при том, что вокруг царила полутьма, мешающая увидеть врагов во всем их обличии.

Меня обуяла злоба — хотя бы нож висел на поясе, так нет! Какой я к чертовой матери, вождь, если сам так глупо напоролся на засаду? И, без меча, с которым практически никогда не расставался! Тем временем, враги окружили со всех сторон — не менее семи-восьми человек. То, что это люди, сомнений не вызывало. Никто не стоял на четырех лапах, никто не рычал — явно, не звери! И то, что меня собираются взять живьем, тоже понял, иначе уже давно получил копье в живот, или топор на голову! Что ж… посмотрим!

Уроки Черепа, некоторые приемы от Наты, да и собственные знания — ну давай, подходи!

Сразу двое ринулось ко мне с боков — и выброшенные вперед руки, замысловатый кувырок, да два жестких удара, отправили добровольцев в кратковременный нокдаун… как я надеялся. Еще один повис на шее — я просто со всей дури отпрыгнул назад, приложив нападавшего о ствол его же собственной башкой. От глухого звука стало не по себе — вероятно, череп бедолаги треснул пополам! Но мне не следовало думать о чужих проблемах — свои, могли оказаться явно хуже! Если это Святоша и его свора — меня ждет очищающий костер… Я отшвырнул от себя поникшего противника и буквально зарычал, оборачиваясь к остальным:

— Святоша, мать твою! Выходи!

Но поединка, один на один, здесь не планировалось. Искусно брошенный канат просвистел в воздухе, захватывая меня за шею. Рывок — и я оказался на земле, тщетно стараясь высвободиться от удушающих пут. Мгновением после, сразу несколько тяжелых тел навалилось на меня, не давая возможности подняться. Кого-то я успел отшвырнуть, но сразу после получил сильный удар по голове. Несколько секунд тумана — и меня живо связали по рукам и ногам, после чего рывком подняли и прислонили к тому же дереву, возле которого я находился… Я мог только скрипеть зубами — знакомые, хоть и изрядно потрепанные, черные куртки замелькали перед глазами! Похоже, это даже похуже монаха!

— Ни зашиби его…

Кто-то натужно прохрипел, повторяя:

— Не дергай, Башня… Плечо ему вырвешь — как потом говорить будем?

— До конца не сломаем, а базарить он и так сможет!

— Змей, что сказал? По-тихому, надо…

Я попытался двинуть плечом — веревка стала еще туже.

— Ну, ну… А еще что умеешь? Не рыпайся, кореш — целее будешь!

Я молчал, понимая, что никакие слова уже не помогут… Мелькнула запоздалая мысль — Вот и решение всех проблем… как надуманных, так и настоящих! То, что этих потом найдут и прикончат, сомнений не возникало — с Угаром охотники способны и иголку в прерии отыскать, не то, что бандитов. Но мне это вряд ли поможет — сейчас. А пока — я целиком и полностью в их власти…

— Молчит… Соображает, что кричать вредно. Связки болеть будут.

— Хорош базлать, Кречет. Фраерок и так весь бледный… испугался, наверное?

— Так есть, за что. Помнишь, как Сыч говорил — мол, если поймает гада — самого свое же дерьмо есть заставит! А он бы заставил…

— Ага. Где он теперь, Сыч этот? Кости, и то, крысы по всем скалам растащили. Так что, кто кого поймал — вопрос, давно решенный и не в его пользу. Стоит, и стоит себе — спокойно. А раз спокойно — значит, боится… да не сильно. Шел бы ты, по сторонам осмотрелся — вдруг, девка эта раскосая, назад вернется? Тогда, без крови не обойтись…

— Где Змей, в натуре? Этого ряженого скоро вся их шодла искать станет, если уже не начала! Что мы, как шестерки, всегда будем за него всю работу мостырить, а он на готовое, да?

— Да заткнись ты, Башня! А ты давай, на шухер! — тот, кого назвали Кречетом, поморщился и молча, нырнул в кусты. Остальные продолжали меня разглядывать — как и я их…

Положение настало не из веселых. Ульдэ уже удалилась достаточно далеко, да и возвращаться ей, вроде, как незачем — все сказано… Намерения бандитов пока неясны, но я не сомневался, что мне уготовлена незавидная участь — уголовники должны быть немало злы за то, что им пришлось вынести по моей воле.

— Башня, узлы ослабь, — старший, выделявшийся своим хриплым тембром, жестом кивнул на мои посиневшие запястья. — Пока Змей придет, он без рук останется.

— Ага, щас! Видел я, как он мечом орудует! И мявкнуть не успеешь — без башки останешься! Нет, пусть потерпит пока…

— Где меч, то? Он пустой весь.

— Все равно. Они голыми руками так наших рвали… Ворон, вон, до сих пор возле дерева лежит — он, по ходу, точняк ему башку проломил! А все вы со Змеем — надо на стрелку идти, да о будущем перетирать! Какое оно, будущее? Договоришься с этим, как же… Так что, неизвестно, к чему придем. Не добазлается с ним, братан наш, ползучий — вот и не придется лапки развязывать!

— Передавите кисть — и Док не поможет, — я поморщился от боли и добавил, — Если я вам живой нужен — все равно, никуда не денусь. Вон вас сколько…

— Ха! Заговорил!

— А то… — чей-то, узнаваемый голос прозвучал сбоку, после чего кусты раздвинулись, и передо мной предстал старый знакомый…

— Нет, деваться-то, ты как раз можешь. Наслышан, знаешь ли… А мне с тобой о многом перетереть надо. Так как, согласен потерпеть, или, совсем невмоготу?

— О чем говорить будем? — я сухо смотрел на Весельчака. Это был он, неведомо как уцелевший в недавних схватках, и запомнившийся мне еще с самой первой встречи. — О чем?

— Не торопись… — Весельчак выглядел как-то не очень уверенно, что было мне непонятно. В плену у бандитов, все-таки, находился я, а не он…

— Дай слово, что не дашь сразу деру в лес, и меня за глотку хватать не будешь… Потерпишь, пока не выслушаешь, что к чему. Тогда руки освободим.

Я, молча, кивнул.

— Вот и ладушки… Ты у нас умный, знаю. Был бы глуп — не смог Сыча завалить. А так, и сам живой остался, и своих корешей уберег…

Башня грязно выругался и злобно вставил:

— Ну, ты, Змей… Сыча не тронь. Эти дикари всех, кто в масти, поимели! Ни одного не осталось! А они тоже жить хотели! Ему, — он мотнул в мою сторону давно нечесаными волосами. — За это яйца бы через брюхо вытащить и кишки на член намотать! Сам не знаю, что вас слушаю… Руки чешутся удавить гада!

— Сдурел? — коротко бросил хрипатый, командовавший до появления Весельчака. — Что, вслед за ними в рай захотелось? Ну, так давай… пореши его — и я за твою гребаную жизнь и чинарика не дам! Найдут его дружки — и вслед за Мухой отправишься. Или забыл, как он на колу висел?