Чтение онлайн

— Он умрет и так… — пробормотала она вполголоса.

— Почему?

Вместо ответа она пожала плечами, но мы уже и так поняли, что случилось… Многие из пораженных джейров имели темные пятна на шкуре, и вблизи сразу стало видно, как возле этих очагов вздулась и оголилась кожа. Стоя рядом с животными, все обратили внимание и на запах — не свежей крови, выливающейся из ран, а гниения… Смерть, предсказанная Доком, пришла с той стороны, откуда ее особо не ожидали — не люди поселка, а сами прерии стали опасным источником неведомой заразы.

— Назад. Все назад! — неузнаваемым, внезапно осипшим голосом, я остановил Бена, склонившегося было над тушей, одновременно рванув его за руку.

Элина обернулась к остальным:

— Все назад, в форт! Не трогайте ничего!

Почти с той же скоростью, с какой мы бежали сюда, наш отряд удалялся прочь — даже воздух, казалось, был пропитан невидимым ядом, несущим гибель всему живому! Входя в форт, я оглянулся, словно опасался того, что стадо, почти полностью оставшееся лежать у воды, теперь следует за нами…

На немой вопрос Наты, встретившей нас возле ворот, я смог только глухо выдохнуть:

— Чума… Стадо все больно чумой.

Она вскрикнула, но сразу взяла себя в руки.

— А люди? Вы видели людей?

— Нет. Но это еще хуже! Нет, мы видели только зверей… Поохотились.

— Это Джейры. Док прав — коротко и красноречиво ответила на все вопросы Элина.

В форте пронесся неуловимый ветер паники — но Стопарь, сразу отославший всех в разные стороны, не дал людям времени на обсуждение. Он отвел меня в сторону и спросил:

— Вы не ошиблись?

— Нет. Все видели, как раз то, о чем Док и предупреждал.

За моей спиной вырос сам лекарь, суровый и угрюмый. Он держал в руках свою сумку и запихивал в нее на ходу какие-то склянки.

— Ты куда?

Я воззрился на него широко раскрытыми глазами.

— На берег. Не смотри такими глазами — мне нужно их осмотреть.

— Ты можешь заразиться!

— Я же не собираюсь их есть? Кроме того, мне необходимо это сделать немедленно… Пока их не растащили свинорылы, или, иные падальщики. Они пришли к реке — а ведь джейры раньше никогда не рисковали подходить к открытой воде… Разве не так? В этом есть какая-то загадка. И я хочу разобраться. Может быть, тут кроется разгадка болезни?

— Это опасно — на запах смерти выползут все прибрежные твари! Вспомни ящера! Хорошо, — я не стал его переубеждать, видя, как он отрицательно и упрямо качает головой. — Возьми с собой несколько мужчин!

— Нет. Я не знаю, сколько мне придется находиться возле них. И не хочу, чтобы, хоть кто-нибудь… Ты понял?

Я вздохнул. То, что он готов жертвовать собой, было вполне разумно… но и отпускать его одного, все равно, нельзя. Уже шла вторая половина дня, через несколько часов начинались сумерки. А вечером, даже так близко возле форта, на него могли напасть шастающие в это время волки, или собаки. Да и сам Док мог подхватить эту болезнь, и принести ее в форт…

Он рисковал — отчаянно и без особой надежды на успех. Но это был шанс. Наш Док, мягкий и слабоватый характером, когда дело касалось его самого, нерешительный в обращении с женщинами и боязливый, если на него повышали голос — он становился резким, злым и очень твердым, если дело касалось, спасения, чьей-либо жизни… И никто не смог бы ему помешать, решись он делать операцию тяжело раненому охотнику, или то, что он собирался сделать сейчас.

Я посмотрел ему в глаза — обычно голубые, слегка поблеклые с возрастом, они сейчас застыли как две льдинки.

— Иди. И… возвращайся.

— Если что — ты и Ната знаете, что надо делать.

Он повернулся, намереваясь уходить. Стопарь дотронулся до его плеча:

— Возвращайся, Док. Право дело, жизнь еще только начинается. Обидно будет умереть так рано… А тебе еще нужно и детей успеть настругать.

— Я постараюсь… Что?

Он недоуменно посмотрел на кузнеца и, поняв неуклюжую шутку, усмехнулся… Док кивнул и зашагал к воротам. Повинуясь моему сигналу, Бугай отодвинул засовы и выпустил его из форта. Мы столпились на стенах, провожая его в такое близкое и в такое далекое путешествие.

Док не вернулся. Ночью, от того места, где находилось стадо, донесся знакомый и жутковатый шум — ночные хищники вволю пировали на трупах погибших, не сознавая того, что смерть последних скоро станет гибелью и для них самих! И мы были бессильны, что-либо изменить — тащить животных к лесу, чтобы сжечь, не подхватив при этом заразу, невозможно… Док говорил и об этом — и теперь сам был там, где опасность исходила, как от заболевших джейров, так и от вездесущих трупоедов. А сбросить в реку… Тогда вся Синяя оказалась бы заражена чумой. И также глупо пытаться закопать их в землю — свинорылы просто скажут нам спасибо… Я надеялся, что среди тех, кто сейчас рвет на части мясо копытных, нет собак или волков. Крысы, по уверениям Дока, всегда были более устойчивы к заразе. Хотя, полной уверенности в этом не имелось и у него.

Пропал не один доктор. Ушли и словно исчезли Череп с Ладой, а с фермы не вернулись две женщины.

Я выслал на поиски врача Бугая, Джен, Чера и Ульдэ. Первого — если бы Дока пришлось нести назад на руках, остальных, искать его следы, если Док решил уйти в прерии. Кроме этого, им было поручено найти и предупредить Белую Сову. Оставить друга в неведении смертельно опасной болезни я не мог…

Охотники отсутствовали шесть дней. Вернулись трое — Чера среди них не было. Едва войдя во двор, осунувшаяся и угрюмая Ульдэ, буквально упала на руки подоспевшего Стопаря, первым встретившим их из прерий.

— Вы одни… Док?

— Нет Дока. Там смерь, Дар. Там — только смерть.

Видя, что она потрясена и не может ничего связно объяснить, я велел отнести ее в землянку, под присмотр подоспевших женщин. Джен и Бугай, уставшие не меньше девушки, встали возле меня.

— Что-то случилось, — говорил Бугай, а Джен еле стояла, опершись о легкое копье. — И это не звери. Док пропал, не сам по себе… Кто-то увел его в травы, перехватив еще до реки. Чер сразу сказал, что нужно разобраться, а потом уже звать, на подмогу. Он ушел до того, как мы вышли на берег, чтобы не терять время. Направился к Сове — как ты велел. Чер не был уверен, но… — Бугай замялся… — Вроде, как охотники из поселка. Он пытался прочесть следы — но там все затоптано и размыто. Ульдэ тоже смотрела — она расскажет. Док не осматривал убитых джейров — Ульдэ говорит, его захватили и увели раньше, чем он нашел стадо. Мы тоже пошли по следам, на восток — но потом, Ульдэ наткнулась на другие следы… Короче, я в этом мало что понимаю, а она предпочитала молчать. В конце концов, она сказала, что нужно вернуться и рассказать тебе, что случилось.

— Она правильно сделала. Не вернулись Череп с Ладой, ушедшие в лес, за приготовленными дровами. Салли с Милой пошли на поле Стопаря, и тоже пропали.

Они потрясенно молчали. Я стиснул губы — нашим друзьям грозила смертельная опасность, и я, впервые, после появления Сыча, не знал, кто за этим стоит. Неужели, Святоша? Но монах бы побоялся действовать настолько нагло. Кроме того, вряд ли его приспешники отважились на открытое выступление, без прямого указания новоявленного «патриарха»… А следы?