Чтение онлайн

Ментально. На одно лишь краткое, почти неощутимое мгновение.

Она до сих пор не понимала: было ли это случайностью? Или Вавилонский ПОЗВОЛИЛ ей увидеть? Специально? Чтобы напугать? Предупредить? Или это был просто какой-то побочный эффект их столкновения, откат от разрушенной связи? Она увидела лишь фрагмент, крошечный кусочек его жизни… Бесконечно долгой жизни.

И это была не земная жизнь.

То, ЧТО она там увидела… И то, КАКИМ она его увидела… Это был не человек.

Ни в одном из известных ей манускриптов, которые она изучала под руководством Папы Легбы, не было описано существ, обладающих такой силой. Это просто… незаконно. Это противоречит самим основам мироздания, всем известным законам магии и физики. Это не укладывалось в голове.

Но что, если мироздание НЕ ПРОТИВ существования таких сущностей? Если их существование допустимо законами вселенной, если для них есть своё место, своя роль…

Тогда она, Аиша, дочь султана, могущественный Маг Тени… она просто ничтожество. Пылинка. Муравей под ногами гиганта.

Она не понимала, как жить дальше с этим знанием. Как смотреть в глаза отцу, который считает себя величайшим правителем? Как общаться с Папой Легбой, этим самодовольным стариком, возомнившим себя чуть ли не богом?

Ведь если есть один такой, как Вавилонский, то могут быть и другие.

В этом мире она знала лишь двоих поистине сильных людей, чья мощь раньше казалась ей почти безграничной: своего отца, султана Мурада, и старого колдуна Папу Легбу. И Папа Легба, пожалуй, был даже сильнее отца. Величайшие силы, известные ей, способные подчинять себе, вызывать стихийные бедствия, играть судьбами целых народов.

Но даже он — Папа Легба, по сравнению с Вавилонским, с тем, кого она увидела в том коротком, сводящем с ума видении… казался всего лишь ребёнком. Капризным, жестоким, но всё-таки ребёнком, играющим с опасными игрушками, но не понимающим их истинной силы и последствий своих игр.

А Вавилонский… он был другим — древней и могущественной силой.

И эта сила теперь обращена против неё.

Аиша снова задрожала всем телом. Ей хотелось кричать, бежать без оглядки, спрятаться так, чтобы её никто никогда не нашёл.

Нет, она точно уедет на Липарские острова. Маленький, затерянный в море архипелаг. Подальше отсюда. Подальше от Стамбула, от отца, от Легбы. Подальше от Теодора Вавилонского. Может быть, там она сможет начать новую жизнь. Если он позволит…

Министерство обороны

Город Петербург, Российская Империя

— Да что за едрить-колотить там вообще происходит?! — в очередной раз прорычал министр обороны Потёмкин. — Сплошной бардак! И ни одного внятного доклада!

— Не кипятись, Александр Петрович, — начальник службы безопасности Керенский плюхнулся в кресло напротив. — Новости я тебе принёс. И, должен предупредить, они весьма шокирующие.

— Ну, давай уже, не тяни резину! Что там опять? Австрийцы решили сдаться всем скопом?

— Почти угадал, — хихикнул Керенский. — Только не австрийцы, а швейцарцы. Они с Лихтенштейном мир заключили.

Потёмкин недоумённо уставился на Керенского.

— Мир? Швейцарцы? — он нахмурился, пытаясь переварить новость. — Хм… А что, так можно было?! Вавилонский этот, я смотрю, не дурак! Похоже, всё-таки собрал контрибуцию, молодец! А то бы их смяли с двух сторон! Этот парень определённо умнее, чем я ожидал.

Керенский усмехнулся ещё шире.

— Ты не понял, друг мой. Это швейцарцы заплатили.

— В смысле? Ты сейчас шутишь, что ли? Чтобы эти жмоты, которые франки считают до десятого знака после запятой, заплатили?! Да как это?!

— Так они его президента похитили. Как бы… Не совсем официально пригласили на переговоры. Ну и переговорили… с пристрастием.

— Какого ещё президента?! — Потёмкин уже почти ничего не понимал.

— Швейцарского, разумеется. Того, который Тюркильмаз. Они его похитили.

— КТО 'ОНИ"-то?!

— Ну, лихтенштейнцы!

— Коля, скажи честно, ты пьяный?!

— Нет, друг мой, нет, — Керенский покачал головой. — Трезв как стёклышко. Реальность, как говорится, иногда превосходит самые смелые фантазии. Более того, как думаешь, КТО именно это провернул? Ну, сам захват?

Потёмкин нетерпеливо махнул рукой.

— Нет у меня настроения в твои угадайки играть! Кто?!

— Вася Панкратов. И его ребята из «Альфы».

— ЧТО, БЛЯХА?!!! — Потёмкин заорал так, что в соседнем кабинете, наверное, упал со стены портрет российского императора.

— Да-да, я так же отреагировал, когда узнал, — невозмутимо кивнул Керенский.

— Но этот же мудак Резников божился, что «Альфа» уничтожена?! Что Вавилонский их всех… Врал, сука?!

— Резников уже свалил из государства к османам, прихватив с собой не только свои шмотки, но и, по слухам, пару мешков казённых денег.

— Вот урод! — Потёмкин хлопнул ладонью по столу. — Знает, падла, что я его недолюбливаю! Ну ладно, я его и в Стамбуле достану! Не долго ему осталось! Козлина вонючая!

— И не поспоришь, — согласился Керенский. — Но это ещё не все вишенки на торте, Александр Петрович. Швейцария войну Франции объявила.

— Да ну?! — Потёмкин уже просто не знал, как реагировать на этот фестиваль безумия. — Из-за чего хоть?

— Собрались Ривьеру отжать. Флот у них теперь, видишь ли, есть. Подводный.

— Подводный… флот… у Швейцарии… — Потёмкин схватился за голову. — Коля, скажи честно, что с этим миром не так?! Может, я сошёл с ума? Или мы все в какой-то дурной комедии снимаемся?! Я уже ни хрена не понимаю!

— Мир как мир, Александр Петрович, просто немного закрутился, — Керенский посерьёзнел. — А вот что действительно не так — разведка доложила, что османы с австрияками договорились. Те им коридор дают до Лихтенштейна. Войска перебрасывают. Видимо, мало ты их колбасишь на Кавказе, вон сколько у них сил свободных есть.

Вот тут Потёмкин окончательно взорвался.

— ДА СУКА!!! ОНИ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛИ?! Я ИМ СЕЙЧАС УСТРОЮ!!! КОРИДОР?! ВОЙСКА?! А ВОТ ХРЕН ИМ!!!

Он с силой шарахнул по кнопке селектора на своём столе, едва не разбив её.