Чтение онлайн

— Мама? — прошептал он.

Из-за дома вышел его отец. Он выглядел молодым и сильным.

— Пойдем в дом, сынок. Ужин стынет.

А потом он увидел Мэй Лин. Она стояла под старым дубом и махала ему рукой. Она была прекрасна. Она была жива.

Это было невыносимо. Боль и тоска, которые он так долго подавлял, хлынули наружу, грозя затопить его. Он хотел побежать к ним. Обнять их. Вернуться в тот мир, которого его лишили.

«Нет! — голос Уголька был как удар грома, как ушат ледяной воды. — Это яд для твоей души! Они ненастоящие! Вспомни! Вспомни пепел! Вспомни холодное солнце! Вспомни их смех в небе! Твоя ненависть! Используй ее как клинок! Разруби эту ложь!»

Ненависть. Да. Он чуть не забыл.

Он закрыл глаза. Он перестал смотреть на манящие образы. Он сосредоточился на том чувстве, что стало его стержнем. На холодной, черной ярости. Он представил ее не как огонь, а как лезвие из обсидиана. Он вспомнил техники Закалки Души из свитков древнего ордена. Он собрал всю свою волю в одну точку.

«Это не моя мать. Это иллюзия».

Он нанес ментальный удар по образу матери, и тот на мгновение пошел рябью.

«Это не мой отец. Это ложь».

Образ отца задрожал.

«Это не моя любовь. Это призрак».

Он ударил своей волей по образу Мэй Лин.

И тогда он почувствовал его. Узел. Центр формации. Он был невидимым, но он ощущался как крошечный сгусток чужеродной, управляющей энергии. Он был слаб. Это была простая, сигнальная ловушка, рассчитанная на то, чтобы сломить волю случайного путника.

Лу Ди вложил всю свою ненависть, всю свою боль, всю свою тоску по утерянному миру в один последний ментальный удар. Он представил, как его обсидиановый клинок воли разрубает этот узел.

Раздался тихий звон, похожий на звук лопнувшей струны.

Иллюзия исчезла.

Он снова стоял на узкой горной тропе. Он тяжело дышал, его лицо было мокрым от слез, которых он даже не заметил. Он стоял на коленях, упершись руками в землю. Но он был в сознании. Он победил.

Он не просто выдержал атаку. Он ее проанализировал и уничтожил. Он прошел первое испытание Гу Шэня.

Он медленно поднялся. Усталость была чудовищной, но в глубине души он чувствовал новый прилив сил. Уверенности.

Он добрался до вершины гребня и посмотрел вниз, в Пасть Демона. Отсюда ущелье было как на ладони. Он видел извилистую тропу, ведущую вглубь. Он видел патрулирующих внизу Теней-Стражей. И он видел то, что искал. Далеко внизу, почти у самого дна ущелья, в стене противоположного склона, он заметил вход в пещеру. И из этой пещеры исходило едва заметное, болезненное, зеленоватое свечение.

Логово.

Он нашел его. Он прошел первую линию обороны. Теперь начиналась самая сложная часть. Спуск в пасть и охота на самого демона.

Он сел на камень, достал из мешка флягу с водой и кусок вяленого мяса. Ему нужно было восстановить силы. И подумать. Он больше не был наивным мальчиком. Он был воином, проникшим на вражескую территорию. И он не собирался умирать.

Лу Ди просидел на холодном камне утеса несколько часов, не двигаясь. Ветер трепал его волосы и одежду, но он не чувствовал холода. Все его существо было сконцентрировано на анализе, на поглощении информации, которую он получил, одолев иллюзорную формацию. Он словно заново проигрывал в уме эту ментальную битву, препарируя ее, изучая каждый ее аспект. Он понял, что формация была не просто ловушкой. Она была и сигнализацией. Гу Шэнь, скорее всего, почувствовал, что его «паутина» была потревожена. Он мог не знать, кто и как это сделал, но он знал, что в его владениях появился незваный гость, обладающий достаточной силой воли, чтобы противостоять его магии.

Это означало, что элемент внезапности был частично утерян. Прятаться стало еще важнее.

«Твоя победа над иллюзией — это палка о двух концах, мальчишка, — подтвердил его мысли Уголёк, чей голос звучал в сознании на удивление серьезно. — С одной стороны, ты доказал, что ты не очередной заблудившийся осел, которого можно сломить простейшим фокусом. С другой стороны, ты превратился из неопознанной ряби на воде в конкретную, заметную рыбу. Паук теперь знает, что в его паутину попал не мотылек, а оса. Он станет осторожнее».

— Значит, и я должен стать осторожнее, — прошептал Лу Ди.

Он не стал спускаться немедленно. Он посвятил остаток дня и всю ночь отдыху и восстановлению. Он не медитировал, поглощая энергию — это могло создать слишком заметные колебания Ци. Вместо этого он практиковал техники Закалки Души из найденных свитков. Он сидел, закрыв глаза, и выстраивал в своем сознании ментальные барьеры, представляя их в виде стен из гладкого, черного обсидиана. Он учился делать свой разум тихим, спокойным, похожим на гладь глубокого подземного озера, чтобы никакая сторонняя воля не могла вызвать в нем волнения. Эта практика изматывала не меньше физической, но давала ему чувство контроля, чувство внутренней крепости, которого ему так не хватало.

Когда на рассвете первый робкий луч солнца коснулся заснеженных вершин, он был готов. Он не спускался по главному склону. Вместо этого он начал долгий и опасный обход по гребню, чтобы найти более безопасное место для спуска, подальше от главного входа в ущелье.

Сам спуск стал испытанием. Отвесные скалы, живые камни, готовые сорваться из-под ног от любого неосторожного движения, ледяной ветер, который пытался сбросить его в пропасть. Здесь ему пригодилась вся его ловкость и сила, приобретенные за месяцы тренировок. Он двигался медленно, но уверенно, цепляясь за малейшие выступы, используя Ци не для атак, а для усиления хватки пальцев и улучшения равновесия.

К полудню он был на дне ущелья.

Здесь царила совершенно иная атмосфера. Если наверху был лишь холод и ветер, то здесь, внизу, стояла гнетущая, мертвая тишина. Стены каньона вздымались к небу, почти полностью скрывая его. Солнечный свет сюда почти не проникал, и в вечном сумраке все приобретало серо-фиолетовые оттенки. Земля была усеяна острыми камнями и обломками скал. Растительности почти не было, за исключением чахлых, скрюченных деревьев, которые росли прямо из трещин в камнях, и лишайников ядовито-зеленого цвета.

Воздух был тяжелым, с привкусом озона и разложения. Но хуже всего была сама аура этого места. Она давила на разум, вызывая безотчетный страх, нашептывая образы смерти и отчаяния. Любой обычный человек сошел бы здесь с ума за несколько часов. Но Лу Ди, благодаря тренировкам Закалки Души, мог противостоять этому давлению. Он выстроил в своем сознании ту самую обсидиановую стену, и волны страха разбивались о нее, не причиняя вреда.

Он начал продвигаться вглубь ущелья, в сторону пещеры Гу Шэня. Он не шел. Он крался. Он использовал «Саван Тени», и его фигура стала почти неразличимой на фоне темных скал. Он двигался от тени к тени, от одного укрытия к другому, постоянно останавливаясь и сканируя пространство своими обостренными чувствами.